У нас всё хорошо - Владимир Войновский

— А Ксюша, где?

— Она к подружкам пошла, как управились.

— Мам, я с тобой посижу, помогу, — зевнула супруга.

Я потихонечку приоткрыл дверь и вошёл в прихожую. Дедушка с внуком сидят за столом в зале. Решил их не отвлекать. Но интересно, как у них обстоят дела. Присел на пуфик, наблюдаю.

— Дедушка, ты взялся за пешку, значит ею и ходи. Чего мухлюешь?

— Ёсики-колёсики, я даже не дотронулся…

— Я видел, — сердится Иван.

— Ну, я же взрослый, мне виднее, — не сдаётся Абрамыч.

Игра продолжается в тишине.

— Ты, куда? А, ну ходи! — хозяин приосанивается.

— Почему я должен ходить?

— Ты тронул «слона», вот им и ходи!

— Я? Я даже не коснулся фигуры…, — Ваня взрывается. — Самому можно, а мне…

— У меня руки вон, какие большие. Я провел над доской и… смотри, все зашевелились…

— Дедушка, так не честно! — сыну деваться некуда, он хватает «слона», передвигает его по клеточкам.

— Во-о-о-от…, — удовлетворённо растирает руки тесть.

— Хлюздя всегда выведет на правду! — подытоживает юный шахматист.

— Да, да, да…, — чёрный ферзь устремляется в атаку. — Шах и мат! Ура-а-а-а!

Тесть выходит из-за стола и танцует. В какой-то момент он замечает меня и прикладывает указательный палец правой руки к своим губам.

— Дед, хватит крутить попой, садись играть, — я чуть не упал с пуфика.

Ваня делает уверенный ход. Абрамыч свой. Сын делает второй, хозяин перемещает коня.

— Дедушка, поставь мою пешку на место!

— Какую пешку? Я ничего не брал… а-а-а-а, эту? Так я её срубил…

— Я больше с тобой играть не буду! — встаёт «чемпион». — И помогать к тебе никогда больше не приду.

— Ишь разошлась вша в кафтане. Садись! Я поставил твою пешку на место. А помогать ты бабушке приходил сегодня, у меня свои дела были.

Партия продолжается. Стучат фигуры о доску. Сосредоточенные лица. Абрамыч двигает ферзя. Внук расплывается в улыбке и потирает руки, подражая оппоненту.

— Ох! Етить вашу… Вань, давай я перехожу… Очки не надел, совсем не увидел, что сделал…

— Нет! — отрезал внук и передвигает «офицера».

— Постой! Ну, пожа-а-алу-у-у-уйста!

— Хорошо…, — «офицер» и ферзь откатываются на свои места.

— Ха-ха-ха! — торжествует старик. — А теперь… вот так… шах!

«Эх, молодость», — промелькнуло в голове. Ребёнок с ненавистью передвигает короля.

— Хи-хи-хи! — растирание рук и…, — мат! Партия!

Ваня увидел меня в прихожей, встаёт из-за стола. Не обращая внимания на танцующего родственника, проходит мимо:

— Пошли домой! Я к нему, — поворачивается на Абрамыча, — больше никогда не приду. Обманщик! Буду деду Иосифу помогать!

Парашют

Осень. Сентябрь. Ванюшке семь, Ксюше тринадцать. Детвора с первого учебного дня, не откладывая в долгий ящик, делает уроки сразу после школы. И правильно. Так выходные проходят в работе на участке, помогают родителям. Потом за играми с друзьями и подругами.

Очередной выходной. С раннего утра работаем всей семьей на огороде и в саду. Каждому есть дело. Сын собирает яблоки, дочка убирает помидоры и перцы. Жена готовит банки под закатки, а я мою и чищу собранные овощи.

Дети быстро справились с поручениями. Вместе спустили в погреб яблочки, и только мы их с Соней видели, разбежались по своим делам.

— Мама, можно я возьму пакет? — домой вихрем влетел Иван.

— Там! — Соня кивнула на ящик стола.

Сын нашел нужный пакет.

— Пап, я в сарае возьму бечёвку?

— Без вопросов…

Я пропускаю помидоры через соковыжималку, супруга режет кольцами лук. Его запах по всей веранде и глаза слезятся у обоих.

— Мама, папа, а где у нас плёнка тепличная? — это уже, тяжело дыша, спрашивает, вбежавшая Ксюша.

— В сарае… наверху над верстаком…

— Нам квадратик небольшой надо. Можно отрезать?

— Да-а-а-а…, — не сговариваясь, тянем в два голоса с женой.

В какой-то момент, ровное жужжание соковыжималки и потрескивание на сковороде, разрывает истошное «Мя-я-яу-у-у…». Мы бросаемся на улицу. От сарая с криком мимо нас проносится кот с волочащимся полиэтиленом, привязанным к нему бечёвкой.

На крыше подсобного помещения стоят наши дети. Лица сосредоточены. Сын скрестил руки на груди. Дочь, подперев под локоток правую руку левой, упирается в подбородок.

— Что случилось? — вопрошаем в один голос.

— А! — махнул рукой Иван.

— Мал пакет для Барсика, — заключает Ксюшенька.

— Поджарка, — всплеснула руками жена и скрылась в помещении.

— Будем искать другой вариант, коллега, — дочь положила руку на плечо брата.

— Да! — выдавил из себя сын.

Я вспомнил про работающий агрегат и забежал в веранду.

Барсик — наш второй хвостато-усато-полосатый домашний любимец. Он не просто кот — тигр. Не знаю, что за порода, но он похож на диких таёжных собратьев, если судить по картинкам в Интернете. Да-да, и масса его, несмотря на молодость, восемь килограмм.

Что-то коснулось моих ног. Я вздрогнул.

— Барсик… чёрт, напугал меня, — кот был уже без верёвок. Он терся об меня и урчал.

— Обидели нашего котика, — ласково проговорила Сонечка.

Любимец сказал громко и протяжно: «Мя-яу-у», — и подошел к ногам жены.

— Не ходи больше к ним…

Боковым зрением мне было видно, что дети сидят на лавочке у забора и что-то оживленно обсуждают, размахивая руками. Повернувшись в следующий момент, я их на прежнем месте уже не увидел.

День прошел плодотворно. На полу веранды, накрытые одеялами, стояло: десять трёхлитровых банок с томатным соком, пять яблочного компотов. Также десятка два литровых и восемьсот граммовых банок с салатами, и десяток пузатых «малышей» со свекольной поджаркой.

Я протопил баньку. Уже ближе к девяти вечера первыми ее посетили девчонки, потом пошли париться мужчины.

С ночи по крыше барабанил дождь. Утром на улице непривычно темно. Понедельник. Собираемся на работу и в школу.

— Варлаам, ты не видел мой зонтик?

— Мне делать нечего, как смотреть за твоими вещами…

— Я серьёзно, — Соня растерянно смотрит мне в глаза.

— Я тоже… Не видел!

Задав тот же вопрос детям, жена пошла искать. От меня не ускользнула кислая мимика детских лиц и бегающие глазки.

— Где зонтик?

— Это… там… нам… ну…, — начал, было, сын, выкручивая себе пальцы.

— Где?

— Папа, понимаешь…? — Ксюша пытается помочь брату.

— Да! Где мамин зонтик?

— Я… это… парашют для Барсика сделал…

— ???

— Он даже не мяукнул, когда парил с крыши…

— Вечером покажешь, — приложил я палец к губам, давая понять: «Маме ничего не говорим».

Они быстро исчезли в своих комнатах.

— Не нашла, — разочарованно проговорила супруга.

— Вечером найдём. Бери мой. Я не раскисну, чай не сахарный…

После работы ехали с Соней в хорошем настроении. Ветер перегонял через дорогу опавшую листву. Кроны деревьев качались, сбрасывая желто-красные парашютики. От свежести и прохлады после дождя, дышалось легко полной