Исцеляющий миры. На расколе миров. Часть 1 - Таня Некрасова

— Плохая? Ну…эм… Я его потеряла, — уныло вздохнула Габриэль.

— А в чем разница?!

— В контексте!

— Ничего не понимаю, — озадаченно смял виски Адам.

Габриэль прокашлялась и с лицом старого сказочника поведала другу о своем странном приключении:

— …Я бежала-бежала, и вдруг все потемнело. А потом я оказалась на звездолете. Я сразу поняла, что это корабль инопланетян, потому что там все было такое… ну, инопланетное. А еще была куча мониторов и на одном из них крутили наше ТВ, представляешь? В новостях говорили о том, что с тех пор, как в Станвелле объявились пришельцы, во всех магазинах мира начали пропадать продукты питания, а многие миллионеры единовременно потеряли миллионы, будто кто-то устроил глобальное ограбление мира! Но страшнее всего — это корма для животных! Кому пришло в голову красть еду для животных?

— Хм… Я тоже про это слышал. По радио обсуждали «Бога бездомных», говорили, что он кормит нуждающихся по всему свету, — вспомнил Адам.

— Бог-Робин Гуд! Теперь понятно, чьих рук это дело. Ну или какие там у этого Бога конечности?. . .

— Ладно, давай вернемся к чемодану?

— Ах, да… чемодан. В общем, потом я услышала шаги из закрытого коридора. Я попыталась бежать, но не успела. Дверь открылась, и пришелец выстрелил в меня из крутого бластера, но я ловко выставила перед собой чемодан, прямо как средневековый щит!

— Как что? — побледнел Адам.

— Смертельный луч ударил по чемодану, и тот вылетел у меня из рук. А потом я сделала шаг, и снова очутилась в лесу. Пау! — и звездолет исчез!

— Как?

— Не знаю. Просто исчез. Словно мираж или типа того.

— А как выглядел инопланетянин?

— Как человек. Мужчина лет тридцати. Крутое чёрное пальто. Модная причёска. Симпатичный… Ах, да! Ещё на нем были солнцезащитные очки!

— Возможно, это тот, кого я ищу, — промямлил пришелец себе под нос. — Как бы то ни было, — прибавил он голос, — нам нужно выбраться отсюда. Тебе-то хорошо — ты человек. А меня препарируют.

— Ну и каков план?

Офицер Фицман нервно махал кулаками, разговаривая по телефону со своим начальством, которое сидело где-то в Лондоне и попивало чаек, пока он тут отдувался за все человечество. Для солдат это была минута свободы. Пока тиран под тяжелой рукой другого тирана, есть минутка перевести дыхание и побездельничать. Именно этим они и были заняты. Одни оживленно курили и болтали, другие — хлебали чай (А может и что-то покрепче).

Все было тихо. Ничего не предвещало беды, как вдруг по лесу разнесся женский крик: «Помогите! Кто-нибудь! Помогите! Человеку плохо!»

Давненько Габриэль так не кричала. Даже в горле пересохло. А все тому причиной очередной странноватый план ее странноватого инопланетного друга. Адам предложил сымитировать свою собственную смерть. Подробностей он не выложил, да и времени на расспросы и объяснения не оставил — сразу приступил к исполнению.

Адам активировал соединенный с ЦНС датчик на правом виске. Пару секунд пришелец вдумчиво считывал какую-то информацию, которую видел только он: она была воспроизведена прямо на сетчатке его странно-сиреневых глаз. После чего он установил соединение с наручными часами. На экране появились полосы и символы. Адам поводил по экрану пальцем, вновь коснулся датчика и повалился на бок. Часы вспыхнули, промигались и отключились вместе с ним.

— Помогите! — вопила Габриэль, громче, чем ее дед на футбольном матче.

Солдаты недовольно повыплевывали сигареты и побросали одноразовые стаканчики с чаем, которому безнадежно сулило быть разбавленным моросившим дождем.

— Что случилось? — всполошились они при виде бессознательного тела.

— Он… он просто… Ему стало плохо, и вот… — Солдаты сняли с Адама наручники и вытащили из машины. У дежурного врача наконец появилась работенка. Человек в белом халате подбежал к мужчине, и первым делом прощупал пульс на запястье.

— Странно… — На лбу у врача выступила испарина. Он встревожился и достал стетоскоп.

— Что такое? — спросил офицер Фицман, пока Габриэль с любопытством наблюдала за происходящим из транспорта.

— Сердце не бьется…

Озадаченные неожиданной смертью молодого человека, все дружно заткнулись.

«Как не бьется? — испугалась Габриэль. Нельзя же сымитировать смерть вот так — с настоящей остановкой сердца? Все ли идет по плану? А что… если нет?»

— Мне жаль… — сказал врач, будто бы Гарри Фицману и другим свидетелям кончины Адама было не плевать. — Он мертв.

У Габриэль упало сердце, а ноги будто свело судорогой. Дверь автомобиля не заперта, солдаты отвлечены. Это именно то, чего добивался Адам? Мышцы девушки напряглись в предвкушении рывка. «С ним всё будет нехорошо, — внушала она себе, успокаивая сердце дыханием. — Он же пришелец как-никак».

Габриэль так нервничала, что её бросило в жар, кожа под браслетами наручников покраснела. Не рискуя смотреть себе за спину, девушка высыпалась из машины и рванула прочь, морально настроившись ощутить в затылке пулю.

— Эй! А где девчонка? — спохватился один солдат.

— Она убегает!

— Вижу её!

Военные похватали автоматы и встали наизготове.

— Отбой! — вякнул офицер, голой рукой отводя вниз первое попавшееся дуло. — Пускай бежит. У меня такое чувство, что это не последняя наша встреча. — Он сплюнул и раскатисто рассмеялся.

Глава 7. Оливия

15 июня 2016 года, 8:20 утра:

Профессор Нортон встречал очередное утро среди сонной молодежи и симпатичных официанток в белых фартуках в кафе на окраине города. Он любил это место по понедельникам, потому что кофе здесь было такое же крепкое и горькое, как и этот день недели, но достаточно бодрящее, чтобы устоять на ногах. Профессор вышел на пенсию, но ненависть к понедельникам отложилась у него в костях, словно толстый сталактит. Хотя если бы вы спросили, работает ли он, старик бы не задумываясь ответил: «Да, больше, чем когда-либо. Каждый день видеть лица людей и выслушивать