Хроники демонического ремесленника. Алхимик XI-XII - Тайниковский

Ну, разве это не замечательно?

— Хорошо, идем, — ответил я девушке и стоило нам пройти сквозь толпу культистов, которые услужливо уступали нам дорогу, как к нам присоединилась еще одна фигура, закутанная в сутану и с капюшоном на голове, который полностью скрывал лицо.

Разумеется, это была Сумира и уже втроем, мы поспешили в сторону той огромной черной дыры, которую мы с вуалью, видели ранее.

* * *

— Да что же тут такое твориться! — не веря своим глазам, произнесла Франческа, когда перед ее глазами развернулся самое настоящее кровавое месиво в котором, практически в равных пропорциях соединились как рэтлинги, так и культисты.

Вторые, к слову, проигрывали из-за своей малочисленности.

— Первый раз видишь крысолюдей? — я даже немного удивился.

— Да, — кивнула Арбитр. — Слышала, но никогда не видела.

— А что же насчет их лаза? — я кивнул на огромную дыру, из которой они сочились.

— Она появилась не так давно. Наши разведчики, сообщили, что она ведет в тупик, и мы забыли о ней, — ответила пророк.

Я покачал головой.

Да уж, у власти в этом культе стоят не самые умные люди, — подумал я, и вдруг заметил то, от чего на моих губах сразу же появилась улыбка.

Словно снежинка, посреди грязной лужи, в сторону бойни, не спеша, шел он — белоснежный рэтлинг альбинос, перед которым расступались обычные крысюки, и который в отличии от остальных тварей, носил на себе некое подобие брони и был вооружен посохом, навершие которого пульсировало темно-зеленым светом.

Разумеется, появление такого уникального персонажа не осталось незамеченным, и Франческа тоже обратила на него свое внимание.

— Смотри! — она указала пальцем туда, куда я и сам уже вовсю смотрел. — Кто это⁈

— Видимо, их предводитель, — ответил я девушке, наблюдая за действиями рэтлинга альбиноса, который вдруг остановился и направил свой посох на сражающихся.

Мгновение, и земля под ногами как крыс, так и культистов, вдруг, превратилась в вязкую жижу, зловоние которой чувствовалось даже на отдалении, на котором мы с Франческой находились.

И вонь, как оказалось, спустя несколько секунд, была не основной проблемой техники рэтлинга.

Правильнее, даже, будет сказать, что запах был лишь небольшой досадной неприятностью, по сравнению с основным эффектом жижы, которая оказалась токсичной.

Люди и крысы, попавшие в нее, сразу же начали гнить на глазах. Их кожа, большими шматками отделялась от костей, и падала в тягучую зеленую массу, растворяясь в ней.

Если до этого момента, я думал, что пахнуть тут хуже уже не может — я ошибался.

— Что… — Франческа сняла маску и ее начало рвать. Может, Арбитр и был хорош в проникновении в тайные культы, то вот практики ведения боя, в частности такого, который происходил на наших глазах, ей явно не хватало.

Мне нужен этот рэтлинг и его оружие, — промелькнула мысль в моей голове.

— Стой здесь, я сам во всем разберусь, — сказал я девушке, и та, продолжая изрыгать из себя рвотные массы, закивала.

Я сделала глубокий вдох, и пошел вперед.

— Могу нейтрализовать их главаря, — рядом со мной соткалась Сумира.

— Не рискуй, я сам со всем разберусь, — сказал я вуали и она молча кивнула.

Я сделал еще несколько шагов, и тварь альбинос, наконец, обратила на меня внимание. Оскалившись, рэтлинг что-то сказал на своем языке, и развернулся в мою сторону.

Какого…

Откуда у него эти маски⁈ — успел подумать я, когда увидел несколько демонический артефактов, вроде тех, что носили пророки, прежде чем он атаковал.

Навершие его посоха вновь запульсировало темно-зеленым светом, и мое чувство опасности забило тревогу.

Бездна! Что происходит⁈

Глава 9

Моему удивлению не было предела, когда по указке крысы альбиноса, меня, вдруг, атаковали те самые мелкие химеры, которые градом обрушились на меня с потолка.

Получается, этих тварей создали не культисты а рэтлинги⁈

Ничего не понимаю!

Неужели, эти антропоморфные крысы преуспели в химерологии?

Признаться, честно, в это было сложно поверить, но это действительно было так, ибо другого логичного объяснения этому у меня просто не было.

Я покачал головой, а затем, использовал ледяное дыхание, прямо в толпу несущихся на меня химер и рэтлингов, в мгновение ока, превращая их в ледяные статуи.

— Сумира! Займись ими! — крикнул я вуали, а затем, сразу же использовал кровавую хватку на предводителя крыс, сжав ему легкие, после чего рванул в его сторону.

Альбинос, тем временем, упал на колени и начал задыхаться.

Нее, этим я тебя не убью! — подумал я, все ближе и ближе приближаясь к предводителю рэтлингов, который интересовал меня не только духовной рудой, которую я мог извлечь из его тела, но и своим оружием.

Посох, как и другие предметы этих нелюдей, были уникальными вещицами, и разумеется, я не мог упустить шанса завладеть одной из них.

Вот только убивать его кровавой хваткой я не собирался.

Теперь, у меня было оружие, которое могло делать меня не только сильнее, на определенное время, но и на постоянной основе.

И альбинос был лакомой целью.

Я хищно улыбнулся, и прокладывая себе дорогу сквозь обмороженных рэтлингов, попутно убивая их точечными ударами стилета, уверенно шел к их предводителю, который, уже даже не мог стоять на коленях, и задыхаясь, лежал пластом в грязи, подняв свою белесую голову, чтобы не захлебнуться.

Оказавшись возле него, я уже собрался было всадить в него демонический артефакт, поглощающий силы и передающий их мне, но альбинос вдруг исчез.

Какого…

— Бездна! -выругался я, когда понял, что земля под моими ногами, вдруг, резко стала мягкой.

Он снова использовал свою технику!

Я сразу же призвал щит, и пока трясина рэтлинга не успела меня полностью поглотить, кинул его на поверхность, и забравшись на него, оглянулся назад. Сумира находилась достаточно далеко, поэтому не задумываясь я активировал царство вечной мерзлоты, замораживая все в округе.

В том числе и проклятую землю, которую пытался создать рэтлинг.

Спрыгнув с щита, я оглянулся и убедившись, что вуаль не попала под действие активируемого свойства Ледяной погибели сделал несколько шагов вперед по замороженной проклятой земле, в сторону альбиноса, который был погребен в ледяном гробу из гнилостной трясины, которую сам же и создал.

Я усмехнулся, смотря на то, как его сердце, с каждой секундой начинает