Иноземец с черной аурой - Александр Владимирович Немченко

У меня холодок пробежался по спине. Теперь я прекрасно осознаю, что он намного сильнее.

Внезапно холодная волна, сменилась горячей, внутри все задрожало. Пусть он намного сильнее и в прошлый раз победил меня без шансов, но сейчас я тоже научился управлять аурой и стал сильнее. Теперь он точно почувствует мои удары. Но этого мало. Я должен победить.

Сжав кулаки, я направился в сторону пристройки, где обычно ночую. Похоже, пока рано ложиться спать, нужно еще потренироваться.

* * *

В течение двух дней я отрабатывал просто удары руками, ногами, головой, коленями и локтями. Все они были необычными, непривычными, неудобными, но каждый раз, когда поглядывал в сторону остальных учеников, то натыкался взглядом на Итаниса. Перед глазами сразу всплывал тот вечер, когда он хорошо так мне надавал. А учитывая, какой он силой обладает, я понимаю, что бил он меня даже не в полную силу, и это бесит больше всего. Со мной забавлялись так же, как подростки с ребенком. Когда тот пытается бить и атаковать изо всех сил, а мальчишки повзрослее лишь смеются и отвешивают ему подзатыльники и пинки.

— Сосредоточься. Пока очень плохо. Если с простыми ударами у тебя еще туда-сюда, то вот колени и локти вообще никуда не годятся, — произнесла Тэн Ли.

В этот момент раздался звон.

— Так, все на обед. Через час продолжим тренировку, — раздался голос Виона.

Как и всегда во время обеда меня перехватила Сили. Мы уселись на скамейку под деревом, что расположилась в сторонке. Краем глаза я замечал, как нет-нет, да поглядывает в нашу сторону Шэнь. К нему наклонился Итанис и что-то прошептал на ухо.

— Леша, почему ты стал заниматься боевыми искусствами? — внезапно спросила Сили.

— Почему? Ну… я был сиротой и занятие боевыми искусствами, а также бои на турнирах — это был мой билет в достойную жизнь. К тому же у меня был талант к ним.

Сили, помолчав некоторое время и переварив услышанное, произнесла:

— Мои родители тоже были мастерами. Начать, наверное, надо с того, что отец дедушки Виона — Канан основал эту школу стиля змеи. Он был невероятно талантливым мастером боевых искусств. И даже несмотря на то, что родился простым крестьянином, смог подняться благодаря своей силе и умению. Он сам разработал философию этого стиля и преподавал его сначала сыну — Виону — а потом и остальным.

Она вздохнула, глянула наверх, на синее небо, по которому плывут белые облака, как льдины по морю во время весны.

— У такого талантливого человека, просто обязан был родиться талантливый отпрыск. И дедушка Вион уже в двадцать лет превзошел Канана. Но случилась трагедия. На турнире провинции, где дедушка должен был стать чемпионом, ему в противники попался сын главы провинции. Более талантливый и более сильный, а также обучаемый лучшими мастерами, он постиг глубинные техники с использованием ауры и во время боя нанес дедушке такие увечья, что его каналы ауры были перебиты, и он на многие десятилетия потерял возможность пользоваться аурой. А потом, когда она вернулась, ему, по сути, пришлось начинать все заново. Его отец к тому моменту умер, а сам Вион отказался от амбиций, потому что у него уже появилась жена. Его дочь — Селия, моя мама, оказалась чрезвычайно талантлива, пусть она была и не настолько невероятна, как дедушка Вион в ее годы. К тому же в школе появился молодой и перспективный парень Веньян. И все так удачно сложилось, что и сам парень оказался с потрясающим талантом, и моя мама в него влюбилась, что их союз должен был привести к тому, что у них родится гений.

— И вот родилась ты? — уточнил я.

— Верно. И поначалу, когда я с пяти лет начала активно заниматься, все прочили мне великое будущее. К десяти годам я освоила все техники школы в идеале, а сила моей ауры достигла почти пяти сотен.

Я чуть не подавился рисом, закашлял, стал бить себя в грудь. Даже Сили… вот уж не мог подумать, что она настолько сильна. Десятилетняя девчонка, что сильнее любого громилы-бойца из моего мира.

— С тобой все в порядке?

— Да. Просто не в то горло попало. Ну, продолжай. Почему ты бросила заниматься?

— Потому что моих родителей убили. Убили на арене, во время турнира провинции. В спаррингах дозволено все — каждый должен продемонстрировать максимум своих сил, доказав преимущество стиля своей школы. Поэтому нередко люди на турнирах становились калеками, а некоторые умирали. Я до сих пор вижу это, как будто произошло вчера. Сначала в бою погибает папа. Мама, победившая до этого, выходит на бой с тем, кто отправил в иной мир отца. Убитая горем она бросается на противника с голой яростью, а затем также погибает. Каждую ночь я засыпаю, а перед внутренним взором предстают безжизненные глаза мамы, что смотрят на меня. С того момента я перестала заниматься ими. Практиковать боевые искусства, которые привели к смерти родителей — выше моих сил.

Девушка обхватила себя за плечи, лицо ее стало бледным.

— Я ненавижу боевые искусства и не понимаю вас — бойцов. Разве это весело — сражаться? Рисковать своей жизнью, биться даже когда противник сильнее?

Наступило молчание. Я еле смог доесть остатки риса, отложил чашку и палочки в сторону и задумчиво глянул вперед. Возможно, и на спаррингах происходит подобное. Не зря Итанис так хищно улыбался и говорил, что вот теперь-то его никто останавливать не будет.

— Почему все так устроено?

— Как? — спросил я.

— Почему силой определяется все?

Я закинул в рот с помощью палочек комок из риса и откинулся на спинку скамейки.

— Все и всегда определяется силой. Только вот что трактуется силой — это другой вопрос.

— В смысле?

— У вас, в вашей империи, непосредственно мастерство и физическая сила, ну еще и сила ауры — являются силой.

— А в твоем королевстве разве не так? — спросила она. — Ты же говорил, что занятие боевыми искусствами для тебя открыло дорогу в жизнь.

— Верно. Но в моем королевстве сила — это деньги. Это у вас боевые искусства развились настолько, что один человек может справиться с сотней и тысячей простых людей. А у нас не так. В нашем мире твоя физическая сила может помочь против одного или двух невооруженных людей. И по большей части бои — это вид развлечения толпы, не более того. За это платили деньги, но, естественно, не такие, какими обладали самые могущественные люди моего края.

— Значит, в вашем