Сумеречный Стрелок 4 - Сергей Харченко

— Наслышан, — ответил я, стараясь не прыснуть от смеха и невзначай встретившись взглядом с Софьей, стоящей у стены.

Она поймала мой взгляд и вопросительно взглянула на меня, я же отрицательно помотал головой.

— Мне кажется, или на нас пялится вон та рыжая? — Уфимцев кивнул в сторону красивой девушки в серебристом платье, стоявшей в компании ещё нескольких аристократов.

— А это не на нас, а на Пётра Геннадьевича, — ответил я, кладя руку ему на плечо. — Мне кажется, самое время брать ее штурмом. Поверьте, я уж знаю эти взгляды.

— Да нет, она смотрит на меня, точно говорю, — Уфимцев тут же раскраснелся.

— Вас, Глеб Демидович, жена не так поймёт, — ответил некромант. — Она уже что-то чувствует, я даже вижу её взгляды, — хохотнул некромант, затем поправил бабочку. — А мне, холостому, можно, — Черепов поплевал на пальцы и пригладил волосы на макушке, затем выдохнул. — Всё, пошел.

Некромант приблизился к рыженькой особе. Она заулыбалась… и всё-таки взглянула в мою сторону. Но надо отдать должное некроманту, он её заговорил, а она хихикнула, переключаясь полностью на беседу с этим дамским угодником.

— Вот же котяра! — воскликнул Уфимцев. — А почему, спросите, она сейчас общается с ним? Девушки ищут безопасность. И для каждой это деньги. Именно состоятельность их привлекает в мужчине больше всего…

— Не завидуйте, граф, — обратился к нему. — У вас очень красивая жена. Вам-то зачем?

— Для разнообразия, а как же? — удивлённо посмотрел на меня Уфимцев. — И моя жена не против. Все понимает! Привет, милая…

Это уже граф обратился к своей супруге. Слегка полненькая фигура, в темно-зеленом платье, усыпанном блестками, взгляд слегка напряжённый.

— Я видела, куда ты пялился, — Уфимцева категорично посмотрела на своего муженька, затем повернулась ко мне и натянуто улыбнулась.

Дернув за руку графа, она повела его в сторону диванов, где под уютным светом небольших ламп отдыхали и общались парочки. И почему мне кажется, что Уфимцев выдавал желаемое за действительное, когда говорил, что она не против?

В это время неподалеку я услышал идиотское хихиканье Тугодума. У меня на этот звук тут же срабатывал рефлекс — сжимались кулаки и хотелось вмазать. Понятно, что Чернобаев действовал из лучших побуждений, но, сам того не понимая, появлением этого дебила разрушил нормальную атмосферу на корню.

— Товарищ некромант, у меня есть редкий ингредиент, — Тугодум, скорчив обрадованно-удивлённую рожицу, протянул Черепову то, что наковырял в носу.

— Пошёл прочь! — зарычал на него густо покрасневший Пётр Геннадьевич, а его дама прыснула со смеху, как и остальные рядом стоящие.

Вот же сволочь! Петр Геннадьевич, судя по его красному лицу и гневному взгляду, готов был разорвать шута на мелкие кусочки.

Я решил тут же вмешаться, хотя меня пыталась остановить подскочившая Катя.

— В средние века таким шутникам, как ты отрезали языки… а затем прилюдно избивали на площади кнутами, — сказал я, обращаясь к Тугодуму. Стоящие вокруг прочувствовали мои слова, и смех пропал почти у всех…

Тугодум посмотрел на меня ироничным взглядом, затем выпрыгнул на середину зала.

— О, к нам пожаловал кровавый маньяк! — воскликнул он, переключаясь на меня, и многие потеряли интерес к трапезе и беседам, повернув головы в мою сторону. — Сколько голов вы оторвали сегодня, ваше маньячество⁈

Черепов хотел вмешаться, но сдержался. Оставаясь в компании барышни, он напряженно следил за развитием событий.

Я махнул рукой. Что связываться с убогим? Пошёл обратно к Кате и слушал его хихиканье за спиной. Этот придурок ковылял за мной следом.

— Ваня с рудника сбежал, паучиху отъ*бал, и отрезал сто голов, он и счастлив и здоров… — шут запел противным голоском. — На закон он наплевал…

— Ещё слово, и я лично отрежу твой поганый язык, — резко повернулся к нему.

Тугодум всмотрелся своими безумными глазами в мои, затем подмигнул и поклонился:

— Кровавый маньяк, прошу прощения! Вам, наверное, не понравился мой вокал…

Затем шут вновь захихикал и переключился на зал, принялся кривляться, изображая различных животных. А он не такой тупой, оказывается. Все прочитал в моем взгляде.

К Кате присоединилась Марина, и они предложили пройти за столик в районе диванов, сыграть в весёлую игру — алкогольные шашки. Я знал правила игры в обычные шашки, но в чем отличие? Катя мне объяснила, что вместо фигур здесь используются маленькие стеклянные стаканчики с виски. Кто теряет «фигуру», тот и выпивает порцию, которая плескалась в ней.

Я думал, что умею играть. Но меня вдруг победила Катя, затем её успех повторила Софья. С каждым разом во мне увеличивалось количество виски, которое надо признать оказалось весьма недурственным.

Я потребовал реванш и выиграл у обоих, но тоже терял фигуры в процессе, так что заправился ещё некоторым количеством янтарного напитка.

Уфимцев наконец отделался от супруги и сел за стол следующим. Битва разыгралась не на шутку. Сначала победил я, затем он, следом вновь я. Когда Уфимцева, который чуть не уснул за столом, забрала супруга, я понял, что выпил чуть больше нормы и я даже немного поплыл. В итоге бал толком почти не помнил, только изредка реагировал на крики возмущенной Марины, которой я в очередной раз наступал на ногу, и извинялся.

От кружений по залу мне стало дурно. Я решил выйти на свежий воздух. Проходя мимо столиков, встретился взглядом с тем самым мужиком с седой бородкой. Я его видел, по моему на побережье, когда мы сидели в броневике. Кто он такой, черт его дери⁈ Он проводил меня прищуренным изучающим взглядом, деля вид, что смотрит на тех, кто рядом со мной.

Так, срочно надо трезветь, Рагнар! Что-то тут не так, а ты находишься не в выигрышной позиции, перебрал изрядно.

Я почти дошёл до выхода, как увидел Марину. Как она так быстро оказалась здесь? Или это была не она? Нет, точно Марина. Платье тоже, немного открытое со спины и фигура та же.

Вот с ней и выйдем, прогуляемся. Я игриво хлопнул ладошкой по её аппетитной попке, затем прижался сзади.

— Ну что, красотка. Поехали домой? — прошептал я ей на ухо.

Ну а затем я увидел разгневанное лицо того самого Вяземского, плечистого парня с прилизанной чёрной шевелюрой.

— Поля, ты его знаешь⁈ — вскрикнул он, сжимая кулаки.