Волшебные и страшные мифы леса. От феникса до Иггдрасиля - Якопо Сильвестре

Первого из детей Локи звали Йормунганд. Это был самый огромный змей, которого Один когда-либо видел. Чудовище продолжало расти, так что Тору то и дело приходилось ослаблять цепи, чтобы монстр их не порвал. Извивавшееся кольцами тело Йормунганда было мощным как корни дуба, а из пасти его стекала мерзкая лиловая слюна, такая ядовитая, что прожигала полы Асгарда.

Второе дитя было девочкой. С правой стороны она выглядела как прелестная девчушка с длинными светлыми волосами и алыми губами, а слева — как отвратительный разлагающийся труп. Таким образом, она была наполовину живой, а наполовину мертвой. Третье дитя Локи напоминало самого настоящего волка с серым мехом и янтарными глазами, а единственным его отличием от обычного зверя было то, что он очень хорошо разговаривал на человеческом языке. В первую очередь Один занялся Йормунгандом, который своим все ускоряющимся ростом пугал его больше остальных.

— Тор, возьми этого змея и скинь его в море Мидгарда. Будем надеяться, что оттуда он больше никогда не покажется на свет, — приказал Отец богов, и Тор подчинился.

Боги видели, как змей погружался в морскую пучину, но продолжал при этом удлиняться: за короткое время он вырос так сильно, что смог обвить собой, как живым кольцом, целый мир, ухватив себя за кончик хвоста. С того самого дня Йормунганд был прозван Змеем Мидгарда. Затем наступила очередь девочки. Прежде чем вынести свой приговор, Один решил задать ей несколько вопросов.

— Как тебя зовут, девочка? — спросил он ее.

— Я отзываюсь на имя Хель, Отец всего сущего, — отвечала она.

Ее правый глаз мерцал волшебным изумрудным цветом, как у Локи, тогда как раздутый белесый левый глаз прогнил почти насквозь.

— Кто ты такая, девочка? Женщина или мертвец? — снова спросил Один.

— Полагаю, я — это я, не более и не менее того, Отец всего сущего. Надеюсь, что это вас не беспокоит, — отозвалось дитя Локи.

Один криво усмехнулся: девочка была умна и воспитанна, в отличие от собственного отца, но верховный бог знал, что полностью доверять ей нельзя.

— Нарекаю тебя Хель, королевой мертвых, — наконец произнес Один. — Ты будешь править подземным миром Хельхеймом, а души усопших, которые там находятся, станут твоими подданными.

Девочка с воодушевлением поблагодарила Одина и, пока другие боги сопровождали ее в подземное царство, продолжала улыбаться, словно получила в награду наилучший подарок, о котором только могла мечтать. Перед троном Одина остался лишь говорящий волк, который отзывался на имя Фенрир. В Асгард он попал волчонком, но так же, как и его брат-змей, быстро вырос и всего за несколько дней стал большим и крепким взрослым волком. Все боги боялись его. Все, кроме Тюра.

Тюр и Фенрир стали большими друзьями. Бог приносил волку сырое мясо, и вместе они играючи боролись на лугах Асгарда, пока силы не оставляли их. Фенрир был лучшим другом, который когда-либо был у Тюра, и вдвоем они могли болтать часами напролет. Однако чем больше времени проходило, тем огромнее и страшнее становился Фенрир. И когда волк стал размером с целый дом, Один, который никогда не упускал его из виду, приказал позвать Тюра и других обитателей Асгарда.

— Я посоветовался с рунами, — прогремел голос Отца богов, — и выяснил, что Фенрир несет смертельную угрозу всем нам. Поэтому мы должны заранее обезопасить себя от него.

— Отец, — возразил Тюр, — Фенрир умен и добр, он ни за что не восстанет против нас.

— Напомнить тебе, чей он сын? — отвечал Один. — Именно то, что он умен, и беспокоит меня. Когда Фенрир станет таким мощным, что одной лапой сметет Асгард, тогда мы будем в огромной опасности.

Тюр воздел руку, чтобы возразить, но тут же опустил ее. Его отец, как всегда, был прав.

— У Фенрира есть слабое место, — наконец произнес Тюр, — его непросто обмануть, однако он никогда не откажется от состязания. Давайте предложим ему следующее: пусть он попробует выбраться из клетки, которую невозможно разрушить? Он точно согласится, и мы заточим его в ней.

Узнав об этой слабости Фенрира, боги долго обсуждали, что же делать, и в итоге решили пленить волка. В горнилах Асгарда разожгли огонь и выковали такую тяжелую и крепкую цепь, которую даже Тор разорвал бы с огромным трудом. Один нарек ее Лединг. Удовлетворенные результатом, боги отправились на поиски зверя.

— Здравствуй, Фенрир, — произнес Один, когда они его нашли, — ты и на самом деле очень вырос, и, как мы знаем, твоя сила тоже растет с каждым днем. Поэтому мы хотели бы предложить тебе поединок!

— Что за поединок? — ответил волк, польщенный комплиментами.

— Тюр утверждает, что ты способен разнести в щепки любые путы, вот мы и сковали цепь, которую даже сами не можем разорвать, — продолжил Один, — сомневаюсь, что и тебе это по силам!

С дикой улыбкой Фенрир взглянул на цепь и проговорил: «Тут и делать нечего! Свяжите меня!» Тор с Тюром тщательно связали волка.

— Посмотри-ка на меня! — гордо прошептал Фенрир, как только Тюр к нему приблизился.

Но бог не улыбался, как обычно, во время их игр. Один взмахнул копьем, дав начало поединку. Волк сжал пасть, напряг все мышцы, а затем выпрямился. Нужно ли говорить, что цепь мигом разлетелась на тысячу кусочков? Фенрир победно завыл, а затем мрачно посмотрел на Одина: «Я разорвал ваши путы и выиграл поединок. Смотрите, не забудьте об этом».

— Мы не забудем об этом, Фенрир. Мы не забудем, — только и пробормотал Отец богов.

На следующий день Тюр был печальнее прежнего. Он принес волку груду мяса, но совсем не хотел играть с ним.

— Ты видел, с какой легкостью я освободился? — спросил Фенрир, пытаясь понять, почему его лучший друг имел такой поникший вид.

— Ага, ты был превосходен! — ответил молодой бог.

— Я смог бы разорвать любую цепь! Если у них только хватит мужества снова меня испытать… — воскликнул волк.

Тюр вздохнул и ласково погладил Фенрира по морде.

— У них хватит, мой хороший Фенрир, — произнес бог и добавил: — я поставил бы на это свою правую руку.

И действительно, пока Тюр разговаривал в лесу с Фенриром, в кузнях Асгарда ковали новую цепь, еще более крепкую, чем Лединг. Каждое кольцо в ней весило как обломок скалы, и никто из богов, даже Тор, не смог растянуть и разорвать