Дача для Забавы - Дирижабль с. чудесами

— Отлично. Ну а пока твоя техника для интеллектуального труда отдыхает, иди задействуй мышцы. Кони сегодня в ударе. Столько навалили, — воодушевлённо обрадовала она свою работницу.

Забава шутке не посмеялась, но покорно взяла вилы.

— А у тебя сегодня ещё занятия будут? — спросила она.

— Хочешь, чтобы я тоже гребла? После целого дня на ногах с учениками? — удивилась Тася, явно не ожидавшая такой наглости.

— Да я не про это! — возмутилась Забава. — Можешь со мной постоять? Вдвоём веселее.

Таисия посмотрела на неё, сдвинув брови домиком, словно сомневалась.

— Вообще-то я бы уже с удовольствием помылась, переоделась и легла под бочок к Андрею киношку какую-нибудь посмотреть, — призналась она.

— Я тебе сейчас сама расскажу всякого, — пообещала Забава. — Ты такого даже в турецких сериалах не видела.

Выражение лица Таси тут же сменилось на заинтересованное.

— С этого и надо было начинать! — заверила она. — Дай я хотя бы до туалета добегу и вернусь.

Забава проследила за убегающей на всех парах Таисией и приступила к работе.

После той моральной встряски, какую устроил ей бывший, конский навоз перекочёвывал с вил на тележку вдвое быстрее. Злость придавала сил. Подумалось даже, что этот бессмысленный разговор с мужем был вовсе не бесполезным.

Вскоре вернулась и Тася. Она пристроилась на перевёрнутом ведре, закинув ногу на ногу с кружкой кофе в одной руке и шоколадным печеньем в другой.

— Наконец-то хоть глоток кофейка могу сделать, — вздохнула она. — С утра об этом мечтала. Ну что, рассказывай, что у тебя?

— Тебе с какого места?

— А там прям есть где разбежаться? Начинай с начала!

И Забава начала. Рассказала Таисии про чудесную встречу, про то, как Вася её защитил, и про то, как Фёдор названивал ей с абсурдными заявлениями.

— Нет, ты представляешь? — возмущалась она. — Ты, говорит, быстро себе мужика нашла! Пять лет — это быстро, Тася? Или я что, должна была отходить без мужчины срок, равноценный количеству прожитых с ним лет, и на старости начать знакомиться?

— Во! Вот это я понимаю. Наконец-то ты правильно мыслить стала. Хотя и бывшего твоего можно понять. Ясно же тут шерше ля фам! Любаня постаралась. Настропалила мужика!

— Понятно, что это она ему про Васю рассказала, но дальше-то он сам! Не она же ему про «слишком быстро нашла» задвигала.

— Ну, ты ж сама знаешь: стоит только завестись как следует, а там из человека такое попрёт, за что ему потом самому стыдно станет!

— Да зачем ей это вообще нужно-то?

— Как зачем? Представь, ходит она уже в эту квартирку, как в свою. А тут раз — и ты под окнами гуляешь с мужиком каким-то. А Феде-то перед этим говорила, что через суд можешь общее имущество поделить. Она бы на твоем месте так и сделала. Вот и испугалась. Позвонила твоему бывшему, нажаловалась, что мать ты непутёвая, что связалась с каким-то проходимцем… и вообще…

— То есть, это не ревность?

— Ну и ревность, конечно. Это как в том мультике про бурёнку, которую мужик продать хотел. А как только покупатель нашёлся, так сразу «такая корова нужна самому».

— Надеюсь, мне показалось, что ты меня с бурёнкой сравнила, — проворчала Забава.

Тася посмеялась беззлобно.

— А что ты про Васю думаешь? — поинтересовалась она.

— Я же говорила… Он своей дочери так и сказал, что я не в его вкусе.

— Ха-ха! Говорить и делать — вещи разные. Видимо, связался раз-другой с искательницами сокровищ. Есть такие дамы, которые мужика до нитки оберут — и в закат. Вот дочурка и переживает за отца. Я же говорю, смотреть надо, готов он ради тебя с дивана встать или нет. Потому что если пока ухаживает не готов, то когда конфетно-букетный закончится, тем более не дождёшься.

Она снова с наслаждением отпила кофе.

— Я тоже есть хочу, — призналась Забава.

— Что ж вы в городе не поели? Не поверю, что этот мужик не остановился у какой-нибудь кафешки.

— Вася к дочери заезжал, звал к ней в гости, но мне неудобно было. Да и не очень-то хотелось. Он вернулся, а от него так котлетами пахло, что у меня слюнки потекли. Вот тогда я даже пожалела, что не зашла.

— Неудобно на потолке спать — одеяло падает, — ввинтила Тася. — Надо было зайти и поесть. Что ты в самом деле? Ну не переживай. Этот денник самый грязный. Дальше будет получше. Сейчас закончим, сено коням дадим — и сами перекусим.

Забава вздохнула, поднимая вилами очередную кучу.

— Кстати, пока тебя не было, Миша заходил.

— Ну приходил и приходил, — проворчала Забава, бросая навоз в тележку. — Скучно ему, наверное, вот и шарахается.

— Скажешь тоже, — не согласилась Тася, — Мужики сейчас такие, что лишний раз с дивана не встанут, разве только это им очень сильно нужно. А Миша твой определённо зачастил.

— Да не мой он. Ты же помнишь, что ему 28? А я тётка уже, что ему со мной делать?

Тася хихикнула.

— Тебе прямо вслух сказать? Понятно что! Ты прям как маленькая.

— Ну хорошо, допустим… А лет через десять из меня уже песок сыпаться начнет.

— Да кто сказал, что вы десять лет общаться будете? Наслаждайся моментом!

— А, то есть ты думаешь, он раньше сбежит.

Забава с такой силой метнула навоз, что комья перелетели через тележку, едва не угодив в Таисию.

— Вот что ты за женщина? — спросила она, невозмутимо сделав очередной глоток кофе. — Ещё ничего не началось, а уже думаешь о том, как закончится. Да даже если и закончится, то что? Ты всё думаешь, что скажет муж, что люди скажут, что завтра будет … А завтра у тебя может и не быть.

— Ну спасибо!

— Да я не в том смысле, что ты старая. Просто… Если отказывать себе в удовольствии только потому, что оно когда-нибудь закончится, то можно никогда не стать счастливой!

Забава воткнула вилы зубьями вниз и оперлась на черенок.

— Ну допустим, я тебя послушаю, — сказала она серьёзно. — Вот начнём мы встречаться… Он меня ни друзьям показать не сможет, ни родителям…

— А тебе его друзья и родители очень нужны?

— У тебя, Тася, всё так просто…, - психанула Забава и снова принялась кидать навоз.

— Да потому что всё действительно просто. Нравится — общайся. Может, вы разойдётесь через месяц. Но весь этот месяц у тебя будет молодой красивый мужик! А если будешь сопли распускать, что он слишком молодой и что подумают соседи, то не будет никакого.

— А если я привыкну и привяжусь, а он меня бросит?

— Как