Секрет Сибирского Старца - Юлия Ефимова

Гера не нашелся, что ответить, и промолчал, пообещав себе в следующий раз обязательно посмотреть на глаза Евы повнимательней.

– Так вот, она мне сказала, что видела монаха, и Влад его тоже видел в ночь перед тем, как утонуть. Более того, она уверяет, что Влад пытался выяснить, не ребята ли его пугают, и по их реакции понял, что не они, и даже испугался, – проговорил Гера и сам почувствовал, как это глупо звучит со стороны.

– Интересно, – задумался Вовка и даже улыбнулся, чего не делал со вчерашнего вечера.

– А я ведь тебе говорил и им говорил, а они все мне не верили. Есть монах, потому, как и легенда не просто так существует, под легендой обязательно что-то должно крыться. Вовка, что мне делать? Подсказывай давай, – прошептал Герасим. – Я хочу быстрее отсюда сбежать. Монах не оставит свою охоту, твои три дня истекут, и я останусь один на один с проблемой. А там так на себя злиться начну, что впаду в депрессию и запью, и тогда уже не будет ни деда твоего, ни тебя соответственно. Так что если хочешь жить пора нам начинать действовать.

– У тебя, Герасим, непереносимость алкоголя, – сказал Вовка, улыбаясь. – И хватит уже меня проверять. Видишь, думаю я, как нам лучше поступить. Наверное, вначале надо с ребятами поговорить. Знают они что-то, но не говорят. Сильвестру дед перед смертью хотел что-то сообщить, что-то такое, чем сам был очень расстроен, но не успел.

– Так что с дедом? – спросил Герасим. Этот вопрос мучил его всю ночь.

– Умер дед, – качнул головой Вовка, и было видно, что ему по-настоящему жалко старика. – Пока не понятно, может, и сам, старый он был, да еще переживания на него посыпались, как горох… Могло, конечно, и сердце не выдержать. Теперь дело за полицией, проведут все экспертизы, как надо, и скажут.

Было видно, что Вовка недоговаривает, бережет родственника.

– А ты что, не знаешь? – удивился Гера. – Я что, тебе в будущем про деда не рассказывал?

– Ты тут не наседай сильно, – погрозил Вовка пальцем, как маленькому. – Нельзя так, эффект бабочки, забыл? Все должно происходить, как тогда, не могу я вмешиваться. Ты лучше дуй с ребятами поговори.

– Бесполезно, – махнул рукой Герасим. – Мне они точно ничего не скажут.

– Считают тебя чудиком и предателем? – быстро согласился Вовка, и хоть именно это Гера и имел ввиду, но, произнесенные Вовкой, слова заставили его покраснеть.

– Тогда так: сейчас водные процедуры, потом быстрый завтрак, я так понял, столовая уже во всю работает, – сказал Вовка, выглядывая в окно, где виднелся черный вход здания столовой. Там уже повариха важно курила, сидя на лавке. – А потом, – продолжил Вовка, немного полюбовавшись колоритной женщиной, – я иду к ребятам, а ты разговариваешь с Евой.

– Зачем? – удивился Герасим.

– Значит так, дальний родственник, – перешел на возмущенный шепот Вовка. – Включай мозги, они у тебя должны быть, потому как я твой потомок, а у меня они присутствуют точно. Хотя… – он засомневался на мгновение. – Бабуля у меня очень умная была, кандидат наук. Ладно, о генах потом, сейчас думай! Конечно, никакого монаха не было, но кого-то она все же видела, а это уже зацепка. Расспроси, как этот монах выглядел, или, может, было что-то особенное в его поведении.

– Например, он проходил сквозь стены, – Гера не шутил, а даже немного психовал на родственника за то, что тот тоже не верит в предание.

– Мать у меня тоже большая умница, все-таки женская линия не подкачала, видимо мозги все оттуда, – в сторону сказал Вовка и продолжил, уже глядя на Геру: – Например, от него пахло табаком или монах хромал. Все, от планов переходим к действиям, – и, схватив Герасима в охапку, потащил умываться, забавно цитируя «Мойдодыра»: – Надо, надо умываться по утрам и вечерам!

Герасим тоже робко улыбнулся. У Геры не было ни братьев, ни сестер, а также близких друзей, так, больше товарищи по школе и институту, а сейчас рядом с Вовкой он в первый раз почувствовал – каково это, иметь человека, который вместе с тобой, по-настоящему с тобой, по-человечески.

Парни не видели, но когда они вышли, Сильвестр резко сел на свою кровать и нервно почесал бороду. В последнее время эта забытая привычка вернулась. Услышанное было глупой выдумкой, но то, что это произносилось шепотом и не для чужих ушей, делало сказанное зловещим и еще более непонятным. Одно было ясно: этот Вовка, который ему вчера так понравился, здесь не просто так.

Но все мысли вылетели, когда Сильвестр увидел Татарина. Огромный пес лежал у кровати и громко вздыхал, словно бы прося у него сочувствия.

21 октября 1825 года

Крым

Георгиевский монастырь

(Балаклава)

Ночь Александр провел в молитве и был так искренен в ней, что и не заметил, как пролетели часы. Лишь сильный ветер с моря постоянным шумом напоминал о том, что время не остановилось, а продолжает свой бег. Когда за маленьким окошком кельи, подготовленной специально для императора, мелькнули солнечные лучи, в небольшой келье, подготовленной специально для императора, скрипнула дверь и вошел монах. Александр не видел его лица, тот стоял, склонив голову, и широкий капюшон закрывал его полностью.

– Прошу вас пройти за мной, – сказал он без церемоний и почестей, но Александра это не задело.

Как говорил про него Наполеон, он был человеком с тысячью лиц. Да, конечно, император бы не признался в этом публично, но наедине с собой Александр соглашался с французом. Причина таких метаморфоз была в том, что с самого детства маленький Александр разрывался между бабкой императрицей и вечно опальными по ее воле родителями. Он рано понял, чтоб избежать ненужных конфликтов, необходимо вести с людьми так, как они того от тебя ждут. Подле Екатерины милый и ласковый Александр, на которого у нее были большие планы, вел себя прилежно и придерживался всех взглядов бабки, чем умилял ее безмерно. Но изредка, когда ему приходилось ехать к отцу и матери в Павловск, то услышь бы их разговор бабка Екатерина, то она ни за что бы не узнала своего милого внука.

В разговоре с Павлом, который