Киллер – черные слезы мира - Сергей Шишкин

— Бегом в театр, Лёд нужна подпевка! — услышала она взволнованный голос отца, после чего связь прервалась.

— Какой к черту лёд, какая подпевка? — с раздражением подумала она, кладя на аппарат телефонную трубку.

Через минуту в голове щелкнуло — это же Ольга Лёд, самая знаменитая у них в республике певица. Её песни звучали по радио каждый день, а Буй-Буй так даже не по одному разу. Буквально через десять минут, хорошо что театр был совсем рядом, Айнура знакомилась с знаменитой певицой и её подругой. Девушки оказались простыми, без всякого зазнайства, на которое успела насмотреться у приезжих артистов. Тем постоянно что-то не нравилось, а какой торг они устраивали из-за гонорара, там любой базар отдыхает.

Концерт прошел на отлично, что впрочем не удивительно, его показали не только у них в республике, но и по центральному телевидению. На следующее утро она проснулась звездой, а ещё через пару недель стала заслуженной артисткой. К званию добавилась не только премия, но и спецраспределитель, в котором можно было покупать дефицитные товары. Примерно через месяц, на фестивале музыкальных коллективов Средней Азии, состоялось выступление ансамбля Советского Ангела, так в газетах начали называть Ольгу Лёд. Коллектив группы был почти весь женским, за исключением ударника, молодого веселого парня. Они тогда долго репетировали новые песни, заодно учились красиво и эффектно двигаться на сцене. На следующее утро у них была запланирована фотосессия, в которую включили и её, как постоянного участника группы. Она тогда даже расплакалась, не могла поверить что принята в коллектив, который уже звучал по всему Союзу.

Снимала их девушка, поэтому было не так стыдно, наряд амазонки лишь чуть-чуть прикрывал голую попу (ну не считать же стринги нормальной одеждой). Фотографии получились бомбическими, плакаты и календари с «воительницами» было не достать, она не раз видела у ларьков Союзпечати драки. Отец по секрету рассказал, что украденная после первого выступления одежда Ольги и Кати, а особенно нижнее белье, пользуется у некоторых товарищей огромным спросом.

Тогда перед выступлением Лёд была задумчивая, отвечала невпопад, думали от волнения, а оказалось… Это были наверное самые страшные минуты, которые она пережила в своей жизни. Они тогда вернулись со сцены радостные и возбужденные, с огромной кучей цветов, Ольга что-то тихо сказала Катюше, а потом упала без чувств, её сердце остановилось. Хорошо девчата не растерялись, тут же начали проводить искусственный массаж сердца, который в итоге принес свои плоды. Она тоже участвовала в спасении Лёд, убежала вызвавать «неотложку» и встречать врачей, иначе бы они целый час плутали по задворкам театра.

Девчата сделали чудо и Ольга осталась жива, её потом переправили в Москву специально прилетевшим самолетом. Через несколько дней она пришла в себя, а ещё через пару недель ей передали от Ольги пластинки и деньги. Как объяснила Кондучалова, этот гонорар за плакаты и календари, Лёд разделила на всех поровну. На конверте винила долго рассматривала их общую фотографию, ту самую, где они в костюмах амазонок. Нетрудно догадаться, что пластинка сразу стала дефицитной как плакаты и календари, достать её можно было лишь у спекулянтов. В магазине она появилась всего пару раз, где её расхватали за считанные минуты.

Популярность самой Айнуры тоже зашкаливала, предложений руки и сердца давно перевалило за сотню, но она с выбором не спешила. Вот и сейчас она отшила очередного жениха, открывая дверь своего автомобиля. Именно своего, её давняя мечта сбылась, денег за плакаты с лихвой хватило на «единичку». Вечером ей позвонила Кондучалова, попросила срочно вылететь в Москву, там намечалось выступление на день Советской милиции. Стоит ли говорить, что этой ночью её семья не ложилась спать, готовили для Ольги национальные блюда, решали какие дарить подарки. Вещей к утру набралось полный багажник, хорошо что её встретят в Московском аэропорту, иначе она там точно застрянет. Мама даже немного всплакнула, страшно было отпускать в такую даль, хорошо папа встал на её защиту.

Весь перелет она волновалась, дальше Фрунзе она никогда не была, боялась как её встретят. Страхи оказались напрасны, в аэропорту к ней сразу подошла симпатичная девушка, представилась Ниной Белкиной.

— Карета подана, — смеясь сказала она, помогая на тележку укладывать сумки и чемоданы.

По дороге она внимательно рассмотрела свою встречающую, которая с ног до головы была одета в фирму, да один только золотой браслет чего стоил! Помада, тушь для ресниц, а главное духи, были явно заграничные.

— Я как и Ольга Викторовна предпочитаю Ив Сен Лоран, мне он больше всего нравится, — заметив как она рассматривает её макияж пояснила Белкина.

— Вот тебе и домработница! — ахнула про себя Айнура, к тому же ещё и на новеньком автомобиле.

Время в дороге пролетело незаметно, она расспрашивала Нину о всяком разном, пытаясь понять что её ждет в будущем, какой характер у Ольги. Толком так ничего и не поняла, кроме одного — Лёд девушка резкая и крайне злопамятная.

— Приехали! — нажимая на клаксон сигнала сказала Белкина.

Внушительные ворота через пару минут распахнулись, автомобиль осторожно въехал на выложенную плиткой дорожку.

— Это Айнура, она поет с нашими девушками в ансамбле, — представила её Нина открывшему ворота седому мужчине.

— Аким Дмитриевич Белобородько, можно просто Митрич, — ответил довольно крепкий старик.

— Он здесь самый главный, следит на даче за порядком, — добавила Белкина.

— Точно так, сейчас затворю ворота и помогу с багажем, — ответил Митрич.

С багажем пришлось управляться самим, Белобородько только начал закрывать створку, как матюгнувшись «появился зараза», выскочил на улицу.

— Приплыли, это затянется не меньше чем на полчаса, не завидую я здешнему участковому, — хмыкнула Нина.

Айнура осторожно выглянула из-за ворот и пораженно замерла: Белобородько наседал на невысокого мужика в милицейской форме, который судорожно вцепился в седушку своего велосипеда.

— Ну что едем? — поторопила её Белкина, усаживаясь обратно в автомобиль.

Дальше были настоящие чудеса, такого большого, можно даже сказать огромного дома она никогда не видела. В нем поражало абсолютно всё: форма, огромное панорамное окно и конечно выложенный диким камнем первый этаж с полуподвалом.

Выделенная комната с большой кроватью ей понравилась, особенно впечатлила уборная с импортным унитазом, чугунной ванной и душевой кабинкой. Перед обедом познакомилась с Борисевскими, которых на дачу привез их старый друг, а около пяти появилась София со своей маленькой