Проданная. На стороне солнца - Таня Свон

— Думаешь, что в предсказании говорится о Солнцеликой? Это она погубит мир? – шепотом спросила я. В комнате никого не было, но с той стороны двери, я не сомневалась, меня сторожил Рорджи.

Если драконорожденные услышат подобные речи, то вышвырнут нас с Анти за борт в ледяную морскую воду.

— Откуда мне знать? – пожала плечами она. – Может, это предсказание вообще ничего не значит? Чтецы звезд — неоднозначные маги. Их силы самые слабые и почти бесполезны, как и мутные пророчества, которые меняются от каждого дуновения ветра.

Анти неопределенно взмахнула рукой, на запястье которой красовался обновленный колдовской знак, с помощью которого она понимала чужой язык и сама могла на нем говорить. Благодаря Джарахе и ее наставлениям я сама теперь умела создавать такие же чары.

— Без Яснары нам не справиться, — стояла на своем я. – Ты ведь слышала, что происходит в Артери?

Иногда я ела вместе с другими драконорожденными. В компании Джарахи (и Рорджи, который не мог отказаться) я спускалась под палубу. Там, в огромном подобии города, где этажи сплетались в паутину переходов, комнат и залов, мы шли в столовую. Это была просторная комната на средних этажах. Вдоль круглых крохотных окошек на вытянутых столах ждали деревянные, как и все здесь, подносы и блюда с едой. Без изысков, но набить желудок пойдет. Мне, конечно, не хватало обычной пищи, чтобы утолить голод, но такие ужины помогали хотя бы уменьшить жажду.

Хочешь – не хочешь, а во время таких вылазок всегда узнавалось много новостей. Большая часть из них была об Артери и об ужасах, в которые погрузилось королевство. Об этом гудели все, несмотря на то, что мы были далеко от человеческих земель в море. Новости приходи зачарованными письмами и вместе с драконорожденными, которые путешествовали порталами.

Рафаэль наращивал мощь. Говорят, он становился все сильнее изо дня в день. Некоторые утверждали, что он в одиночку разгромил войско, которое подошло к стенам Розы Гаратиса. Замок был оккупирован, люди в нем умирали от голода и жажды, пока Рафаэль голыми руками не уничтожил отряды противника.

— Говорят, он может повелевать тенями! – шептались вокруг. – Ему благоволит Пустошь?

— Моя сестра рассказывала, что подруга ее троюродной тети видела, как это чудовище поднимает мертвецов!

— Нет, это вранье. Он выпивает их души, так и становится сильнее. Слышал, все его слуги в замке давно мертвы. Он живет там один.

Эта болтовня, которая гудела в воздухе, угнетала. Слухи – как зараза, которую переносит ветер. Стоит лишь прислушаться, и непременно различишь ненавистное имя.

Верить этим россказням полностью нельзя, иначе можно сойти с ума, задушить себя виной и бесконечным «я не готова, я не смогу». Лучше всего было бы замкнуться, не слушать сплетни и продолжать тренироваться.

Я вернусь за Найварой. Уверена, она еще жива. Я не оставлю ее Рафаэлю, не позволю причинить девочке вред. Но прежде чем прийти за ней, я должна быть уверена, что смогу вывести нас обеих. Иначе все будет напрасно.

— Без Яснары соваться в Розу Гаратиса опасно, — сказала я, устало коснувшись висков. — Мы никому не поможем и, возможно, сами попадем в плен. Если слухи хотя бы вполовину правдивы, придется сильно постараться, чтобы освободить оставшихся в замке слуг.

И это я еще старалась не думать о том, какую власть Рафаэль надо мной имеет. Один его приказ, и я потеряю контроль над собой.

Проклятое подчинение!

Вся надежда только на Яснару. Она точно сможет оградить меня от ментального воздействия. Мы уже проворачивали это однажды, чтобы защитить Рафаэля от приказов Валанте.

— Слухи? – Анти выглядела потерянной. – Я ничего не знаю о том, что творится в Артери.

Я с недоверием покосилась на подругу. Как такое возможно? Я не могу спрятаться от этих разговоров, которые даже не сама веду! А ведь я выхожу в «люди» гораздо реже, чем Антинуа. Так в чем дело?

— Тиа, — откашлявшись, начала она, — дело в том, что была причина, по которой я не приходила к тебе поболтать.

Она поудобнее устроилась на матрасе, повернулась ко мне всем корпусом. Анти закуталась в теплый плащ, спрятав руки, но перед этим мне показалось, что она чуть дрожит.

— На самом деле, я злилась не слишком долго. Все же ты уже говорила, что виновата, извинялась… Просто я не знала всей правды и на суде вспыхнула. Мне потребовалось несколько дней, чтобы переварить все, прийти в себя.

— Несколько дней? – усмехнулась я. – Ты не путаешь это слово с неделями?

Антинуа скривила недовольную мину и продолжила, проигнорировав подкол:

— Ты не одна учишься быть сильнее. Я тоже нашла преподавателей, которые помогут овладеть новыми способностями.

— Хочешь сменить специализацию?

— Нет. Мне нравится открывать переходы. Но и там есть свои тонкости, о которых в школе луны даже не заикнутся. Ты ведь знаешь о междумирье?

О, я отлично знакома с этим пространством между реальностью и небытием! Мы с Рафаэлем из-за сбоя в открывшемся переходе как-то зависли там, из-за чего наши сознания переплелись. В междумирье не только время течет иначе. Сама материя там может искажаться и меняться.

— Я учусь контролировать его. Менять с его помощью ход времени в переходе, — поделилась Антинуа. – Раз уж я скакнула в силе, почему бы не использовать это?

— Это очень здорово, — искренне похвалила я. – Да, я слышала, что драконорожденные с помощью этой способности могут ускорять или замедлять время. Для тех, кто находится внутри портала, разумеется. Это может помочь замедлить ход болезни, дать время найти лекарство… Или ускорить взросление, если нужно.

— Да, это очень полезно, если научиться правильно сплетать материю в самом переходе.

— Мы бы могли пережить конец света, который устроит Рафаэль, спрятавшись в таком «убежище», — шутливо предложила я, а Анти фыркнула:

— Даже самые сильные маги не могут удержать внутри одного портала больше трех существ. Так что твоя идея так себе. А еще…

— Что? – я подалась вперед, заметив, как изменилось лицо Антинуа. Она будто потускнела, в глазах поселились тени.

— У меня плохо получается. Причина, по которой я так долго шла к тебе, в том, что я ошиблась в расчетах. Зашла в портал, попала в междумирье и напутала со временем. На один мой час в междумирье должно было пройти два