Вор без имени - Илья Соломенный

Я закричал от боли — и почувствовал, как горячая кровь потекла по спине. Второй рывок — я еле успел пригнуться, и на этот раз тварь задела меня рядом с локтём.

Снова кровь…

Проклятье!

Я вскочил на ноги, пока здоровенная птица разворачивалась у дальней части чердака — тут для её манёвров было слишком мало места.

А у меня не было сил. Не было оружия. И не было времени…

И тогда я заметил то, на что не обращал внимания раньше — небольшую щель между балками, у стыка где крыша соединяется с полом чердака.

Птица бросилась вперёд одновременно со мной. Я рванул, перепрыгивая обломки ящиков — и растянулся на полу, занозив ладонь.

Ветер ударил по спине, и тварь пролетела мимо. Она снова заклокотала, а я заработал здоровым локтем и коленями, извиваясь, как червяк.

Метр, два…

В щель я выполз так быстро, как только смог — и оказался на покатой крыше. Вскрикнув, едва успел вытянуть за собой сумку, как тварь ударилась в крышу изнутри!

Во все стороны брызнула черепица.

Но птица застряла — тут было слишком узко из-за толстых балок, и их сломать тварь не смогла. Теперь только наружу торчала только её голова, щёлкая клювом в опасной близости от моего лица, и одна лапа, которая скребла по остаткам черепицы острыми как бритва когтями!

Птица завизжала.

А я так напугался, что сделал первое, что пришло в голову — со всей силы пнул по торчащим изнутри когтям.

Тварь завизжала ещё сильнее — и я, ощущая невероятную злость, пнул снова!

Раздался хруст. Здоровенный коготь, длиной чуть меньше моей ладони, сломался у самого основания, и упал на крышу. Из лапы твари брызнула кровь — зелёная, дымящаяся. Птица забилась, пытаясь вылезти, но щель была слишком узкой.

А через мгновение крылатая сволочь исчезла в темноте под крышей, оставив после себя лишь дымящиеся следы на древесине и черепице, и коготь, валяющийся рядом со мной…

Меня била крупная дрожь.

Надо убираться отсюда! В крыше есть крупная дыра, через которую это чудовище туда забралось!

Повинуясь какому-то инстинкту, я подхватил обломанный коготь, бросил его в сумку, перекинул лямку через плечо и перепрыгнул на соседнее здание, с плоской крышей. Обошёл её, постоянно косясь на своё бывшее убежище, отыскал лестницу, ведущую во внутренний двор — и тут же спустился.

Чердак больше не был безопасным местом…

Глава 6

Прогулка

Спал я в ту ночь урывками, приютившись в закутке очень тёмного и грязного проулка, заваленном старыми досками. Этими же досками я отгородился от мира, обработал, как мог, порезы от когтей птицы, и провалился в беспокойную дрёму, из которой меня постоянно выдёргивали шум и крики.

Да-а-а…

Артанум ночью и не думал засыпать…

Где-то на соседней улице грохотали колеса телег по брусчатке, перемежаясь то цокотом лошадиных копыт, то скрежетом когтей ящериц. Чуть дальше скрип такелажа смешивался со «стоном» старых мачт, покачивающихся под ветром, а волны с глухим плеском бились о сваи.

Со всех сторон до меня доносились какие-то щелчки, обрывки разговоров на нескольких языках, лай собак, крики чаек, звон и бряцанье цепей, пение матросов, женский смех, яростная ругань и звон стали.

А по проулку то и дело разносилось едва различимое эхо шагов тех, кто предпочитал оставаться незамеченным…

Утра я ждал, как избавления от кошмара.

Последний час перед рассветом я разглядывал свой трофей — коготь напавшей на меня твари. Он был большим — размером примерно с мою ладонь, изогнутым, очень острым, и заточенным с внутренней стороны, словно нож. Не знаю, насколько эта штука была крепкой, но с ней я теперь чувствовал себя чуть увереннее — какое никакое, а оружие.

Сломанная рука, к счастью, не пострадала, и почти не болела — каким-то чудом мне удалось её уберечь.

Ждать больше не было никаких сил. После ночной драки с птицей я понял, что в какой угол ни спрячься — неприятности найдут везде. И никаких вариантов, кроме того, что предложил Рив, у меня нет.

Поэтому я побрёл обратно к церкви вульфаров, намереваясь принять предложение парня и… Вступить в его банду.

Добравшись туда, я присел у стены одного из окрестных домов, и проторчал там довольно долго, прежде чем заметил, как ко мне направляется один из вчерашних знакомых — вихрастый Щелбан.

— Пришёл, — пискнул он своим высоким голосом, и расплылся в улыбке, — Ха! Хрип проиграл мне медяк!

Я измученно улыбнулся в ответ — сил было мало.

— Я подумал. Согласен на ваше предложение.

— Айдза-а-а! — довольно покивал Щелбан, явно выражая этим словом одобрение.

— А где остальные?

— Пашли, — махнул рукой довольный собой мальчишка, явно чувствующий своё превосходство надо мной в текущей ситуации.

Щелбан протящил меня по улицам Старого порта, запруженным народом, и вывел ещё к одному рынку — поменьше, чем тот, на котором я влип в неприятности. И здесь торговали исключительно морскими гадами.

Кого только на многочисленных рядах не было! Рыбы, кальмары, угри, осьминоги, устрицы, креветки, крабы — и это лишь одна десятая часть тех, кого я узнал по издёвке потерянной памяти. Остальные… Я даже не представлял, что за твари плескались и ползали в здоровенных стеклянных кубах, кадках и бочках.

А запах…

Воздух был густым от рыбного духа, ароматов водорослей и соли. То тут, то там в жаровнях готовили утренний улов на пробу — нотки специй примешивались к запаху жареного мяса, и рот у меня мгновенно наполнился слюной.

Щелбан походя стянул у зазевавшегося лоточника пару устриц. Он сделал это так ловко, что никто в плотной толпе и внимания не обратил!

Подмигнув, парнишка кинул одну из них мне.

Я раскрыл уже разъединённую раковину, и выпил густой сок. Сначала почувствовал соль, острую и чистую, а затем — едва уловимую сладость. Сковырнув мясо, я тоже отправил его в рот — оно почти таяло, обволакивая язык, а когда я проглотил его — оставило привкус лёгкой горечи.

— Вкусно.

— А то!

Рив и Хрип сидели на пустых ящиках на углу рынка, и о чём-то переговаривались. С ними был ещё один парень — здоровенный лысый бугай с близко посаженными поросячьими глазками и приплюснутым носом.

Наверное, тот самый Тур, которого упоминали вчера.

— Гони монету! — ухмыльнулся Щелбан, запрыгивая на ящик рядом с Хрипом.

Тот смерил меня недовольным взглядом, что-то пробормотал, и выудил из кармана штанов потёртый медяк. Отдав его Щелбану, мальчишка демонстративно отвернулся.

— Молодец, что пришёл, — открыто улыбнулся Рив, пожав мне руку,