Капитал и идеология - Томас Пикетти

Если мы хотим оплачивать высокий уровень социальных расходов и инвестиций в образование, каждый должен нести часть этого бремени. Но для того, чтобы граждане согласились с налогами, которые они должны платить, налоговая система должна быть прозрачной и справедливой. Если у низшего и среднего классов сложится впечатление, что они платят больше, чем богатые, существует очевидный риск того, что согласие на уплату налогов не будет получено и что общественный договор, на котором зиждется социал-демократическое общество, постепенно распадется. В этом смысле неспособность социальных демократий выйти за пределы национального государства является главной слабостью, которая подрывает их изнутри.

РИС. 11.19. Профиль налоговой структуры во Франции, 2018 год

 

Интерпретация: Во Франции в 2018 году общая ставка налога составляла примерно 45% для групп с самыми низкими доходами, 50-55% для групп со средним и выше среднего уровнем дохода и 45% для групп с самыми высокими доходами. Примечание: Приведенное здесь распределение - это годовой доход взрослых в возрасте от 25 до 60 лет, работающих хотя бы неполный рабочий день. Источники и серии: piketty.pse.ens.fr/ideology.

Соединенные Штаты, Европа и налог на недвижимость: Незавершенная дискуссия

Мы уже обсуждали проблему выхода за рамки национального государства и установления общих налогов и новых форм транснационального фискального сотрудничества. Теперь мы должны углубиться в вопрос о справедливом налогообложении. В целом, дебаты о справедливом налогообложении с восемнадцатого века были сосредоточены на идее прогрессивности, то есть взимания налогов с бедных по низкой ставке, которая постепенно увеличивается по мере продвижения по шкале доходов или богатства. Многие предложения по прогрессивному налогообложению обсуждались во время Французской революции. Прогрессивные налоги были введены в широких масштабах на всех континентах в двадцатом веке. Эта общая схема важна, но она не исчерпывает тему, поскольку за общей идеей прогрессивного налогообложения скрывается несколько различных реалий.

В широком смысле существуют три основные категории прогрессивных налогов: прогрессивный подоходный налог, прогрессивный налог на наследство и прогрессивный налог на богатство. Каждая из них имеет свои обоснования и может рассматриваться как дополнение к двум другим. Прогрессивный подоходный налог в принципе распространяется на все доходы, полученные в данном году, независимо от их источника, включая как трудовые доходы (зарплаты, пенсии, доходы самозанятых и так далее), так и доходы от капитала (дивиденды, проценты, рента, прибыль и так далее). Таким образом, каждый человек может облагаться налогом в зависимости от его ресурсов в данный момент времени и, следовательно, текущей способности участвовать в государственных расходах. Налог на наследство, который обычно включает в себя дарение, взимается всякий раз, когда богатство переходит от одного поколения к другому; поэтому он может быть использован для сокращения передачи состояния из поколения в поколение, тем самым уменьшая концентрацию богатства. Налог на богатство, который также может называться налогом на имущество или налогом на капитал или состояние, взимается ежегодно с общей стоимости товаров, которыми владеет человек, что можно рассматривать как более показательный и стабильный (и в некоторых отношениях менее манипулируемый) показатель способности налогоплательщика вносить вклад в государственные расходы, чем годовой доход. Это также единственный способ добиться постоянного перераспределения богатства и истинного обращения капитала.

История подсказывает, что идеальная налоговая система должна стремиться к балансу между этими тремя априори легитимными формами прогрессивного налогообложения, используя имеющиеся исторические знания. Однако достичь этой цели нелегко, поскольку для успеха необходимо широкое социальное и политическое участие в решении вопросов, которые (это правда) касаются каждого, но очевидная техническая сложность которых может заставить даже людей с самыми лучшими намерениями полагаться на других (которые, к сожалению, могут быть не совсем бескорыстными).

На практике мы видим, что почти во всех развитых странах в конце XIX - начале XX века были введены прогрессивные налоги на доходы и наследство, причем в нижней части распределения богатства и доходов ставки были низкими, а в самой верхней части, как правило, достигали 60-90 процентов. В отличие от этого, страны следовали очень разрозненным и нерешительным курсам в отношении налога на богатство. В ряде стран важную роль сыграли исключительные прогрессивные налоги на частное богатство. Опыт введения постоянного ежегодного прогрессивного налога на богатство более ограничен, однако эта тема активно обсуждается как в США, так и в Европе; из этих дебатов, а также из эпизодических попыток практической реализации такого налога можно многому научиться. Все говорит о том, что прогрессивный налог на богатство станет центральным вопросом в XXI веке в связи с возросшей концентрацией богатства с 1980-х годов. Более того, как я подробно объясню в конце этой книги, настоящий прогрессивный налог на богатство может быть использован для финансирования всеобщего капитала и более эгалитарных инвестиций в образование. Взятые вместе, эти меры могли бы помочь противостоять неэгалитарным и идентарным тенденциям, которые мы наблюдаем сегодня в глобализированном капитализме.

Прогрессивный налог на богатство, или Постоянная аграрная реформа

Давайте начнем с анализа случая исключительных налогов на частную собственность. После Второй мировой войны в Японии, Германии, Италии, Франции и других европейских странах был введен ряд исключительных налогов на недвижимость и/или профессиональные и финансовые активы с целью ликвидации государственного долга. Взимаемые один раз, эти налоги применяли ставки, близкие или равные нулю, в отношении небольших и средних состояний, но достигали 40-50 процентов и более в отношении самых крупных состояний. Несмотря на свои недостатки, включая, в частности, фактическое отсутствие международной координации, эти налоги в целом оказались весьма успешными в том смысле, что они позволили быстро ликвидировать очень крупные долги (более справедливым и контролируемым образом, чем это можно было бы сделать в результате хаотического инфляционного процесса). Более того, средства, полученные от этих единовременных налогов, можно было использовать для оплаты послевоенного восстановления и инвестиций в будущее.

В некотором смысле, аграрную реформу можно рассматривать как вид исключительного налога на частное богатство: политика аграрной реформы может включать изъятие очень больших участков земли (возможно, до 40-50%, часто охватывающих целые регионы), чтобы разделить их на небольшие участки для перераспределения между отдельными фермерами. Неудивительно, что программы аграрных реформ часто вызывают острую социальную и политическую борьбу. Ранее я рассказывал о перераспределении земель во время Французской революции , аграрной реформе в Испании и изъятии земель, принадлежащих заочным помещикам в Ирландии, за которым последовал пересмотр прав собственности ирландцев в конце XIX - начале XX века. Широкомасштабные аграрные реформы, проведенные в Японии и Корее в 1947-1950 годах, по общему мнению, были очень успешными. Они проложили путь к относительно эгалитарному распределению сельскохозяйственных земель и сочетались с инвестиционными стратегиями в социальной