Криминалистика: теоретический курс - Айгуль Фаатовна Халиуллина

следственной, обвинительной и судебной деятельности сводятся к ограничениям информационного дефицита (проблемная ситуация), недостаточной в силу различных причин компетентности и когнитивных возможностей субъекта (индивидуальные ограничения) и, наконец, оценкой достаточности приложения рациональных усилий (самоограничение). Сквозной же темой определения рациональности практически во всех существующих моделях выступает предположение о том, что люди индивидуально или в группах и коллективах принимают оптимальные решения[914].

Систематизация криминалистической тактики представляет собой порядок организации предмета исследования в теоретическом плане и определенную последовательность структурирования направлений реализации тактических приемов и рекомендаций в следственной, обвинительной и судебной деятельности в практическом контексте.

Система криминалистической тактики как учебной подотрасли, своего рода дидактического блока представляет собой порядок изложения тем в обучении. Разумеется, ключевыми категориями системного изложения криминалистической тактики будет понимание систематики данного раздела криминалистики как таковой и лежащих в ее основе научного метода типологизации и преимущественно имеющей логически четкие грани классификации. Помимо этого, проблемы относимости (системность и внесистемность тех или иных рационализаторских решений), допустимости (оценка качества с точки зрения нормативных требований и этических предписаний рационализации посредством тактических приемов и рекомендаций), общего и частного, прямых и опосредованных связей элементов в не меньшей степени определяют главный вектор развития систематики. Вместе с тем, важно понимать, что систематика криминалистической тактики производна от такого рода исследований на уровне криминалистики в целом.

Разумеется, систематика криминалистики и ее раздела криминалистической тактики относится к формальной организации науки. В связи с этим необходимо избегать спекуляций по поводу противопоставления формальной и неформальной организации науки. Как справедливо было отмечено в науковедческой литературе, «любое нарушение пропорций между формальной и неформальной организацией приводит к функциональной несбалансированности системы в целом»[915]. В настоящее время такие вопросы актуальны применительно к приложению криминалистического потенциала в тех сферах правоприменения, которые, мягко говоря, не относятся в традиционном понимании к предмету криминалистической науки. Важно учитывать, что чистая рациональность и эффективность криминалистических рекомендаций и тактических приемов в различных «неуголовных» отраслях правоприменения не является достаточным основанием для ревизии предмета науки. Эти направления можно с уверенностью отнести к внепредметным, но имеющим несомненный научный интерес. При этом, целесообразность и эффективность применения тактико-криминалистических средств за пределами предметной определенности материнской науки могут быть востребованы соответствующими отраслями знаний, что не исключает возможности и необходимости движения криминалистики в этом направлении.

В самом общем виде систематизация представляет собой процесс упорядочения, придания целостного единства взаимосвязанных, образующих систему теоретико-прикладных знаний на основе типологических и классификационных принципов в целях сохранения и развития методологически обоснованного направления исследования, придания большей рациональности практикой следственной, обвинительной и судебной деятельности. В рамках криминалистики все более актуальным становиться направление науки с общим названием «Криминалистическая систематика», которое занимает достойное место в системе общей теории. По мнению А. Ю.Головина, «криминалистическую систематику как раздел общей теории криминалистики можно определить как комплекс научных положений, раскрывающих основные направления систематизации научных знаний в криминалистике, ее принципы, процедуры построения систем, формы их представления и функционирования, понятийный и терминологический аппарат, основы использования разработанных криминалистической наукой систем в практической деятельности правоохранительных органов»[916]. Очевидно, что систематика — это конечный продукт систематизации.

В теоретическом и прикладном аспектах представляет интерес выделение А. Ю.Головиным общих принципов науки (принципы историзма, системности и объективности науки), а также специальных принципов системного подхода (принципы целостности и связи)[917]. Анализируя современную специальную литературу, нельзя не согласиться с В. Я.Колдиным и А. И.Усовым, которые справедливо отмечают: «Анализ и обобщение практики использования инструментов системного подхода и анализа в криминалистических исследованиях позволяют выделить следующие его методологические функции в решении криминалистических задач: 1. Науковедческую, связанную с упорядочением понятийного аппарата, систематизацией научных и научно-практических знаний. 2. Прогностическую, связанную с прогнозом и планированием новых направлений в науке и практический деятельности. 3. Праксеологическую, связанную с оптимизацией действующих структур криминалистической деятельности»[918].

Современная систематика как криминалистики в целом, так и криминалистической тактики в частности находится под давлением практики всей правоприменительной рациональности, качественно изменившихся условий и содержания уголовного преследования, профессиональной защиты от него, организации и проведения судебного разбирательства. При этом криминалистические разработки становятся все более востребованы в тех системах правоприменения, где есть необходимость формально-правового и определяющего немалую его часть экспертного исследования действительно имевших место обстоятельств того или иного правового конфликта.

Пересмотр предметных и методологических основ криминалистической тактики в основном базируется на изменениях в уголовно-процессуальном законодательстве и практики его применения, качественно новом скачке в развитии ряда специальных наук (психологии, теории управления, кибернетики и др.), «питающих» криминалистику, а также на ревизии системы науки в целом.

Как показывают события последних лет, изменения в законодательстве далеко не всегда последовательны, определены логикой развития реформ и нередко продиктованы той или иной конъюнктурой, а практика главным образом консервативна и далеко не всегда адекватно реагирует на те или иные законодательные новшества. В этой связи прямые и линейные проекции от изменений в законодательстве и практике его применения к криминалистике в целом и к криминалистической тактике в частности не всегда уместны. Состязательность и либерализация уголовного правосудия как квинтэссенция его демократизации оказались настолько далеки от закладываемого в вектор развития судопроизводства идеала, что здравый консерватизм становится все более адекватным реальной действительности.

Как показывает анализ литературы, некоторые учёные по-прежнему предпочитают не замечать происходящие изменения, придерживаясь традиционных подходов к проблемам развития криминалистической тактики. Такой консерватизм отчасти оправдан, поскольку, несомненно, криминалистическая тактика зависит от уголовно-процессуального закона нередко не напрямую, а опосредованно, через практику расследования преступлений. В частности, «институту коридорных защитников»[919] мы во многом обязаны изменениям в уголовно-процессуальном законодательстве, инициировавшим расширение возможностей реализации профессиональной защиты в уголовном судопроизводстве. Как ответ на эти новеллы — попытки следователей обойти закон, которые предпринимаются в различных формах: исключение из дела неугодного защитника путём допроса его в качестве свидетеля; обращение к помощи «коридорных адвокатов»; многочасовые допросы в качестве свидетеля (с обременением обязанностью давать показания) лица, причастного к совершению преступления, и пр. Но уровня научных рекомендаций подобные «способы» уголовного преследования, к счастью, не достигли. В связи с этим баланс сил системы «целесообразное — необходимое (законное, формальное)» является обязательным условием научно-обоснованного соотношения криминалистических рекомендаций и тактических приёмов с уголовно-процессуальным законом. По этому поводу очень интересным, но дискуссионным видится замечание профессора Т. А.Седовой, которая отмечает весьма актуальный характер такого научно-исследовательского направления криминалистической науки, как пересмотр и переоценка тактических приёмов