Смертник из рода Валевских. Книга 4 - Василий Михайлович Маханенко

— Это список всех известных на текущий момент личных резиденций герцога Одоевского, — ректор вытащил очередной лист бумаги, словно подготовил их на все случаи жизни. Но одним листом дело не ограничилось. На свет начали появляться всё новые. — Это приказ о зачислении Максимилиана Валевского преподавателем магической академии. Это приказ о том, что он становится искателем и имеет право беспрепятственного путешествия по всей империи. И, наконец, приказ императора Девалона шестого о том, что искатель имеет право уничтожать любые запрещённые механизмы и обслуживающий их персонал везде, где только он сможет их найти.

— Это…, — Алия ошарашенно смотрела на неожиданно возникший ворох бумаг.

— Это экземпляр Максимилиана, чтобы он предъявлял всем желающим в случае необходимости. Второй останется у меня, третий перейдёт матери Алие. Итого, если что-то произойдёт, всегда найдётся бумажка, чтобы наши действия носили легитимный характер. Я не собираюсь подставлять Максимилиана под удар высшей аристократии.

— Но ведь существует ещё и четвёртый экземпляр документов? — спросил я.

— Существует. Он будет отправлен в императорскую юридическую службу для регистрации. Всё, что мы делаем, должно быть максимально прозрачно и без единого намёка на правонарушения. Твои руки должны быть полностью развязаны.

— Этот ваш Господин, который контролирует, в том числе, ночную гильдию, имеет какую-нибудь связь с императорской юридической службой?

— От вас ничего не скрыть, — на какое-то мгновение Кималь Саренто прекратил улыбаться. — Ещё как имеет. Если он не сообразит, что нужно срочно сворачивать деятельность с производством эликсиров, может потерять одного из союзников. Возможно, он попытается устранить Максимилиана. Это те риски, на которые мы готовы пойти. С той защитой, что сейчас находится у Максимилиана, внезапного нападения можно не опасаться. Стальные болты для арбалета в количестве ста штук, тридцать эликсиров на ману и восстановление, а также лошадь будут готовы к восьми утра. Всё, что осталось — поставить подпись под документами и отправляться в путь. Времени действительно нет. Завтра империя должна знать, что один из искателей отправился в юго-западный регион. У Максимилиана будет два дня, чтобы добраться до цели и начать поиски. Связь будем держать через мать Алию.

— Вот теперь это больше похоже на ректора магической академии. Слишком всё было гладко и приторно, чтобы быть правдой. Давайте бумаги. Раньше начнём, раньше закончим.

— Такой настрой мне нравится, — вечная улыбка вернулась на прекрасное лицо ректора. — Мать Алия, пока Максимилиан подписывает документы, не желаете вина? Почему-то мне кажется, у вас сегодня был тяжёлый день и небольшой бокал чудесного напитка будет как нельзя кстати…

— Домой? — спросила Алия, когда мы вышли от ректора. Я посмотрел на часы — семь часов вечера. Торговцы только начинали собирать товары и готовиться к закрытию магазинов да лавок, так что следовало поспешить.

— Пока нет. Нужно к кузнецу. Лошадь со всем снаряжением доставят только утром, так что он должен успеть.

— Хочешь всё же перековать катары? Отец Нор мне рассказал о подарке Злого Инженера.

— Никогда не знаешь, когда тебе на дороге встретится ещё один Безликий, верно? У меня для тебя будет важное задание — тряси церковников, отца Нора, кого хочешь, но выясни, каким образом у мага можно изъять камни. Я слышал о том, что в Крепости есть какой-то устройство для этого, но мне нужны подробности. А также возможность получения такого устройства, если других способов нет.

— Поняла, — кивнула девушка, забираясь в повозку. — Садись. Я знаю неплохого и недорогого кузнеца из столицы. Как-то пришлось к нему обращаться, чтобы починить треснувший клинок. В Крепости повреждение имущества не прощалось и наказывалось дополнительными работами.

Кузнец долго смотрел на мои камни. Долго думал. Потом ещё дольше смотрел на лезвия катар, что могли разделяться, превращаясь в шип.

— И вы хотите, чтобы я сделал это всё к утру? — уточнил он.

— Всё верно, — кивнула Алия. — Изделие нужно нам утром.

— Из чистой руды клинки не делают. Нужны добавки. Нужно всё высчитывать, измерять…

— Тридцать золотых, — припечатал я, не желая торговаться. — За ночь работы ты получишь тридцать золотых. Примесей не нужно. Плавишь руду, отливаешь из неё клинки, идентичные этим, вставляешь их в устройство. Справишься до восьми утра, получишь десять золотых сверху. Это нормальная цена за ночь работы?

— Коли так, оставляй свои ножики. Утром всё будет.

— Если руда останется, нужны арбалетные болты. Вот для этого, — вслед за катарами я открепил и арбалет. Хорошо, что Алия постоянно ходила в мантии, а то бедного кузнеца удар бы хватил. Ибо все прекрасно знали о том, что такое оружие официально разрешено носить только представителям Крепости. Кстати, нужно бы бумагу какую получить на этот счёт. Как ни крути, виконт Валевский к церкви не имеет никакого отношения. Алия кивнула, обещав заняться этим вопросом.

Утром из славного города Турба в сторону севера выехал всадник. Да, именно в сторону севера, несмотря на то что ждали этого всадника в юго-западном регионе. У меня не было морального права не проверить месторождение эксклюзивного камня «Праксис». Дорогу я продумывал всю ночь — получу камень, въеду в западный регион, доползу до главной дороги и, резко повернув на юг, поеду в юго-западную части империи. Крюк получался довольно внушительным, за два дня мне предстояло преодолеть больше пятисот километров, так что нам с коняшкой придётся основательно поработать. Ей — скакать, как оглашённой, мне — постоянно поддерживать нас «Лечебной аурой». Это, конечно, будет не самая полезная прогулка для животного, да и для меня, но иного способа прихватить с собой камень я не видел. Откладывать путешествие на будущее не хотелось. Никто не знает, когда это будущее наступит. И наступит ли вообще.

Люди шарахались в сторону, едва завидев меня. Паломники разошлись по домам, так что никто не собирался оспаривать право у одного чрезмерно ретивого человека нестись с такой скоростью. Разве что кто-то с болью в глазах смотрел на лошадь, что после получасовой гонки должна была превратиться в безжизненный кусок мяса. Понимал это и я, двигаясь по принципу двадцать-пять. Двадцать минут несёшься, пять минут отдыхаешь, заливая лошадь «Лечебной аурой». Вроде как получилось идеально — пены из рта животного не появлялась, моя задница в тугой комок боли от такой