Иисус Христос – Сын Человеческий - Халиль Джебран

И то, что сегодня говорит лишь мое сердце, Завтра произнесут сердца великого множества людей.

Свидетельские показания Левита, последователя

О ТОМ, КТО СБИВАЛ С ТОЛКУ ИИСУСА

Как-то раз подошел он к моему дому, и моя душа заторопилась ему навстречу. Он заговорил со мной: «Вставай, Левит, и следуй за мной».

И я следую за ним с того самого дня.

А на следующий день я умолил его войти в дом мой и быть моим гостем. И он, и его друзья преступили порог мой и благословили меня и жену мою с детьми. И были у меня иные гости. Содержатели дворов постоялых, люди ученые. Но в сердце своем были они против него.

И когда сидели мы на скамьях, один из содержателей домов постоялых спросил Иисуса: «Верно ли, что ты и ученики твои порвали с законом и зажигаете огонь в дни саббата?».

И ответил ему Иисус: «Да, мы зажигаем огонь в дни саббата. Мы воспламеняем дни саббата, как и все остальные дни».

А другой содержатель постоялого двора сказал: «Пить вино вместе с тобой дело для нас нечистое».

И Иисус ответствовал: «Ах, как же мы все стремимся к комфорту в отношениях с Богом!».

Третий содержатель постоялого двора спросил: «Правда ли то, что грозил ты гибелью Иерусалиму?».

Лицо Иисуса напоминало мне каменистые высоты Ливана.

И сказал он: «Верно сие. Помните ли вы Вавилон? Вавилон не смог изжить своих блудниц; и Вавилон пал во прах и не смогли уж более глаза его лицемеров видеть свет дня».

А я закрыл глаза и увидал виденье: семерых женщин в одеждах белых, что окружили Иисуса. Их руки были скрещены на груди, а головы опущены долу. И я вгляделся в туман моих грез и разглядел лицо одной из семи женщин, и осветило оно мою мглу.

Это было лицо гибели, что поселилась в Иерусалиме.

Тут я открыл глаза и взглянул на Иисуса, и он улыбнулся мне в ответ, мне и другим, кто не покинул еще к тому времени скамью.

И вновь закрыл глаза я и увидел в свете ярком семь мужей в одеждах белых, окруживших его со всех сторон. И вгляделся в лицо одного из них.

Это было лицо вора, распятого потом по правую руку от него.

Чуть позже Иисус и его товарищи покинули мой дом во имя пути.

Был ли он Богом?

Не ведаю. Но если и был, то это значит, что богов тоже распинают.

Говорит Сын Человеческий

«СЕМЬ Я»

В самый тихий час ночи, когда прикидывался я спящим, мои семь «Я» сидели вместе и шепотом переговаривались друг с другом.

Первое «Я» сказало: «Здесь, в безумце этом, я живу все годы, живу с Ничто, но возобновляю его страдания во днях и возрождаю все его печали в ночи. Я не могу и далее терпеть мой рок, и вынуждено я взбунтоваться».

Второе «Я» отозвалось: «То же самое касается и меня, сестра Душа, ведь я — такое же „Я" радостного безумца. Я смеюсь его смехом и пою его счастливые часы, и трижды окрыленными ночами вытанцовываю его весёлые мысли. Это мне следует взбунтоваться по поводу опостылевшего существования».

Третье «Я» призналось: «А что же делать мне, Душе всадника любви, пламени костра диких страстей и фантастических желаний? Это мне, „Я" страдающей любви, следует взбунтоваться против этого безумца».

Четвертое «Я» воскликнуло: «Я, самое среднее из сродственников твоих, должно несчастным быть. Ничтожеству я отдано, ненавистному и разрушительному отвращению. Это мне, Душе любящего бури, рождённой в черных пещерах Ада, следует протестовать против рабства позорного у этого безумца».

Пятое «Я» не осталось в долгу: «Нет, это мне, Душе мыслящего, Душе прихотливого, Душе голодного и жаждущего, мне, обречённому странствовать до конца жизни в поиске Неведомого и Необретаемого Знания, это мне, а не тебе, следует взбунтоваться».

Шестое «Я» тут же присоединилось к спору: «А мне, душе Творца в теле презренного раба, что терпеливыми руками и страстным взором создаёт дни во образе и придаёт бесформенным элементам форму — это мне, самому одинокому из одиночеств, следует взбунтоваться против неугомонного безумца».

Седьмое «Я» прервало спор жестко: «Как странно, что вы все хотите поднять бунт против этого человека, ведь каждая из вас предназначалась Роком для чего-то большего. Ах! Я могла бы быть одной из вас, о души решительного большинства!

Правда, у меня нет ничего, я — Душа Ничего-не-Имеющего, что обретается в немоте, пустоте Никуда и Никогда, в то время как вы заняты восстановлением жизни. Так вам или же всё-таки мне, соседке вашей, следует поднять мятеж?»

Когда седьмое «Я» сказало это, остальные шесть душ взглянули с жалостью на неё, но не сказали более уж ничего; подобно ночи, что прорастает глубоко, проходя сквозь остальные сны, встречающие её с новым и счастливым смирением.

Но седьмое «Я» осталось зорко и внимательно следило за Небытием, что расползалось позади всех поступков безумца.

Свидетельские показания вдовы Галилейской

ИИСУС ЖЕСТОКИЙ

Мой сын был первым и единственным моим ребенком. Он работал на нашем поле и был вполне доволен своей судьбой, пока не услыхал речи человека по имени Иисус.

Тогда мой сын внезапно стал ко всему безразличен, как будто дух бесплотный.

Он забросил поле и сад, и он забросил меня. Сделался молчалив, его тянуло в дальнюю дорогу.

Сей человек Иисус Назареянин был Злом во плоти, разве добрый человек отнимет сына от матери его?

На прощанье сын сказал мне: «Я ухожу с одним из Его учеников в земли Северные. Моя жизнь устроена по заветам Назареянина. Ты родила меня, и благодарен я тебе за это. Но ныне я должен уйти. Я не собираюсь делить с тобой нашу землю и все наше серебро и злато! Я возьму с собой всего-то ничего».

Вот что сказал сын мой и ушел.

А теперь римляне и священнослужители схватили этого Иисуса и распяли; и были, в общем, правы. Человек, что разлучает мать и сына, не может быть богоподобным. Человек, что посылает наших детей в города на гибель, не может быть нам другом.

Я знаю, сын мой не захочет вернуться ко мне. Я видела это по глазам его. И за это я ненавижу Иисуса из Назарета, из-за которого осталась я одна на невспаханном поле и в одичавшем саду. И я ненавижу всех