Inside out: моя неидеальная история - Деми Мур

– Она же больше не его жена, что она вообще здесь делает? – спросила сестра папы.

Ну и так далее. Казалось, что семья моего отца гневается не только на мою мать, но и на меня, будто я была продолжением Джинни. (На самом деле за все время пребывания там мы общались всего один раз – и это был спор из-за того, что я надену на похороны.) Все знали, что Дэнни не был моим биологическим отцом, и в какой-то момент мне показалось, что это имеет огромное значение. Являюсь ли я вообще частью этой семьи? Может быть, я была слишком чувствительна, но я чувствовала себя нежеланной. Это нормально, что я здесь? Не здесь, на этих похоронах, а здесь, на этой земле. Это нормально, что я вообще родилась?

Мой отец умер в октябре. В ноябре мне исполнилось восемнадцать. В феврале следующего года я вышла замуж за Фредди. Это было очень запутанное и напряженное время, и наша свадьба показала, насколько спонтанным было решение жениться. Диана и Джордж были единственными моими родственниками, которые присутствовали на церемонии. В тот день на мне были винтажное платье и вуаль с вплетенными в нее цветами. Местом церемонии стала какая-то маленькая испанская церковь в Лос-Анджелесе, не помню где.

Часть II

Процветание

Глава 8

Пока мой брак близился к разводу, в моей жизни произошел ряд изменений, что в дальнейшем отразилось на перспективах карьеры. И первым таким событием была встреча с Джоном Касабланкасом – легендарным основателем сети модельных агентств Elite. Он взял меня вместе с другими девушками в Нью-Йорк. Поездка была безумно волнительной. Меня привезли в этот город, помогли обустроиться, заплатили за новые портретные фото, специально сделанные для модной индустрии в Нью-Йорке. После чего оправили на кастинги и встречи с потенциальными клиентами. Сам город был огромный и устрашающий. А как в нем воняло! До сих пор помню момент, когда впервые в районе Манхэттена увидела пар, поднимающийся из канализации. Я представила, будто там настоящий подземный мир, где днем и ночью пылает огонь.

Фредди поехал со мной, и у меня по этому поводу были смешанные чувства. Было страшно ехать в Манхэттен совершенно одной. Но с другой стороны – я волновалась, что у ребят из группы Фредди The Kats во время его отсутствия дела пойдут не очень хорошо. Конечно же, он сообщил остальным о своей поездке в Нью-Йорк, и они договорились о других концертах. Я переживала за Фредди, так как он поставил все на мою карту. Тем временем я была вне себя от радости, черт возьми! Появилась возможность покинуть неприятный мир – мир моего прошлого – и шагнуть в яркий мир успеха, где, как мне казалось, все живут счастливой, нормальной жизнью. (Ага!) Мы с Фредди развивались в разных направлениях, и вскоре начали отдаляться друг от друга.

В Нью-Йорке я провела несколько месяцев. За это время мне удалось получить роль в рекламе, после чего мы переехали в маленькую квартиру в районе Верхний Вест-Сайд. В последний день съемок я почувствовала знакомое мне стеснение в теле, что указывало на развитие почечной недостаточности. Но я старалась внушить себе, что все дело в слишком ярком свете софитов.

По нашему графику мы должны были вернуться в Лос-Анджелес на следующий день. Во время приземления самолета мое тело стало отекать, мне казалось, что я надуваюсь, как воздушный шар. Фредди не знал, что делать, но, к счастью, из аэропорта я смогла дозвониться до моей тети. Вместе с ней мы направились в отделение скорой помощи при Калифорнийском университете. В моем теле скопилось так много жидкости, что от отеков у меня остались растяжки на ногах.

Этот приступ был другим. В тот момент об этой болезни знали уже достаточно, чтобы не держать меня в больнице несколько месяцев. Как только мне стало лучше, меня отправили домой, дав при этом большую дозу преднизона[33]. Было и еще одно отличие: раньше приступы являлись следствием измен моего отца, а на этот раз изменила я. Мой организм не смог скрыть это, как бы я ни старалась.

В ночь перед нашей свадьбой, вместо того чтобы репетировать клятву, я болтала по телефону с парнем, с которым познакомилась на съемочной площадке. И сбежала со своего девичника, отправившись к нему домой.

Почему я так поступила? Почему просто не пошла к человеку, с которым собиралась провести остаток жизни, и не поделилась своими сомнениями? Потому что не могла смириться с мыслью, что выхожу замуж только затем, чтобы не думать о смерти моего отца. И понимала, что пути назад нет. Я не могла отказаться от замужества, но сорвать его могла.

Вот только это не срыв, если о нем никто не знает. В конечном итоге получилось так, что я сделала хуже только самой себе.

Через несколько месяцев в моей жизни случилось еще одно большое событие – проба для телесериала «Главный госпиталь»[34]. Я никогда не смотрела мыльные оперы, но понимала, насколько важна эта проба. Начну с того, что этот сериал был лучшим на дневном телевидении. Кроме того, о «Главном госпитале» много писали в прессе, поскольку актриса Джини Френсис, сыгравшая знаменитую Лауру Спенсер, собиралась покинуть телесериал. А знаменитая актриса Элизабет Тейлор собиралась сняться в эпизодической роли. Я очень волновалась, когда стала читать про эту мыльную оперу. На тот момент ее уже в течение двадцати лет показывали по телевизору. Я представила себя у бассейна на Кингз-роуд читающей сценарий моей соседке по дому Настасье Кински. Это помогло мне перестать бояться. Мне нравилась моя роль: Джеки Темплтон – резкая, серьезная и отважная девушка, работающая репортером. Им хотелось видеть кого-то наподобие Марго Киддер, которая играла Лоис Лейн в фильме «Супермен»[35]. Этот фильм был очень популярен несколько лет назад. У меня были темные волосы, зеленые глаза и кое-что еще, а именно – хрипловатый голос, в котором было что-то убедительное. Наверное, эта легкая сиплость одновременно подчеркивает твердость и слабость характера.

И я получила роль, испытывая при этом радостную эйфорию и страх. Джеки Темплтон должна была стать для меня действительно важной ролью. Вообще, играть в мыльной опере – большой труд, который отличается от работы в других телевизионных программах и фильмах. Только в мыльных операх актер должен заучить тридцать страниц текста, чтобы отснять все это