Огонь дракона - Алексей Владимирович Шарычев

Думал он, что там подремлет.

Звуки в темноте ночной

Сильней слышны: ухают совы;

Где-то лист шуршит сухой

На ветру, — слетает с кроны.

Ветви старые скрипят

На дубах, берёзах, клёнах.

И сучки порой трещат

Сломленные, — кто-то ходит…

А где-то в отдаленьи воют

Волки леденящим хором.

(Надобно мне вам сказать,

Что для нас, собак, волк — враг;

С ним, разбойником суровым,

Биться мы всегда готовы.

Сотни яростных атак

Совершают эти звери

На деревни; сеют страх

В тех, кто хрюкает и блеет.

И людей порой они

Тоже стаей убивали,-

Острые свои клыки

В глотки им вонзали.

Когда слышали мы вой

Их тоскливый, то в ответ

Лаять начинали сворой;

Выть у нас привычки нет).

А сейчас собакин взвыл

От тоски и лютой злобы.

Столько он заполучил

Тумаков от тех двуногих,

Которых он так полюбил

С детства раннего, щенком.

Эх, и как хватало сил

Выносить всё это зло?..

Страшно выл несчастный пёс

На луну, на лес, на жизнь.

Ждал он, чтобы чёрт принёс

Волков; тогда держись!

Храбро ринется он в битву,

Быть ему убитым.

Трое огромных волков

Направились в тёмный овраг,

Чтоб посмотреть, кто таков?

Кто воет? Друг, или враг?

Это был малый отряд,

А сзади осталась вся стая,-

В кустах они будут стоять,

Вестей от друзей ожидая.

И вот смотрят волки на пса,

А тот продолжает петь песню,

И в ней просит он небеса

Забрать его дух в поднебесье.

Тоскливо и страшно звучала

Мелодия скорби и гнева.

И вдруг стал другой запевала

Псу подпевать; справа, слева

Завыли в лесу волки серые…

Сплочённая стая идёт вновь в набег,

К жилищам двуногих ведёт их злой пёс.

Он знает, где ставят коней на ночлег,

Где держат свиней; чутко чувствует нос

Знакомые запахи. Помнит собакин

Все двери, заборы и ставни.

(Ум есть в собаке, такой, что с волками

В сравненье никто не поставит).

Подкрались к амбару; потом ближе к хлеву,

И подкоп под него подкопали.

Забрались оравой туда, и за дело! -

Трёх жирных козлят растерзали;

А за ними корову с телёнком.

Устроили праздник кровавый,

Насытили плотно утробы;

И в лес поскорее умчались, петляя.

Легко добывала добычу та стая,

Три месяца в страхе деревня была;

Такого крестьяне ещё не видали,

Так часто их скот воровать никогда

Свирепые волки не умудрялись.

"Нечистая сила сюда замешалась,

Прогневали Бога мы; это не звери…" -

Такие слова иногда раздавались

Среди населения староверов.

Всем миром решили, чтоб в ночь оставались

На карауле с ружьями люди,

Но даже при этом волкам удавалось

В хлевах и курятниках набедокурить.

Звери лесные людей не боялись.

Три месяца шла эта волчья война;

Налёты зверей, не смотря на потери,

Не прекращались. А когда старика

Загрызли они, (главу той деревни),

То люди решили уехать оттуда:

"Проклятое место! Здесь только худо

Будет преследовать нас; нет добра.

Спустил сатана с цепи силы зла!"

Вот что покойница-бабушка мне

Поведала, когда я был малым щенком.

А сейчас я ветрам эту сагу пропел,

Провыл… Знаю я, лес — мой дом.

Четыре всадника

"В мир примчались на конях

Всадники из тёмной бездны,

И стали сеять смерть и страх,

Глады, войны и болезни.

Землетрясенья, наводненья,

Ураганы и пожары,

И кровавые сраженья

До сих пор не утихают.

Что прикажете нам делать?!" -

Обратился к Иоанну

Злой архангел Михаил,

(Он был очень раздосадован).

"Вы те беды предрекли,

А расхлёбывать их нам!"

— Тише, тише, господа!

Не будем наше совещанье

Превращать в бедлам.

Давайте при себе оставим

Амбиции. Апостол Павел,

Выскажите ваше мненье.

"Надо строить больше храмов.

Всё земное населенье

Мы покрестим, — христианам

Не страшны болезни, тленье,

Голод, войны и цунами."

— Вы послушайте, что мелет

Этот Савл! В мире зверь,

А он строительство церквей

Предлагает! Ты ослеп

На своём пути в Дамаск!

До сих пор ты не прозрел,

На очах твоих повязка!

— Тише вы, отец Матфей.

Призываю всех к порядку!

О, господи, опять мигрень

Началась. Как ноет гадко…

Объявляю перерыв.

Михаил и Гавриил,

Собирайтесь; мы летим

К Господу. Пора доклад

Вседержителю представить;

Скоро здесь настанет ад,

А он, наверно, и не знает.

И отправились архангелы

Всей компанией прям в рай;

А по дороге рассуждали они:

"Скажите мне, зачем Иран

Так рьяно свою канцелярию

Захламляет кадрами?"