Тараканьи бега - 2 - Вит Литвин

« – Вейронов, господин…

… стадо вейронов проставь.

« – Готово. Но специальных распоряжений на подобное делать необходимости нет. Карта нами и так заполняется.

Маршрут моя Карта разделила отметками на часы по предполагаемому времени прохождения. И картёжные предположения раз за разом оправдывались. На последнем получасе лес кончился, зато уклон стал серьёзнее. И видимость расширилась.

« – Господин, это иллюзия. Среди скал и расщелин могут прятаться пещеры, в которых легко укроются целые отряды. То есть, полагаю, всё наоборот: мы вышли в истинно тревожную зону.

Несса промолчала.

Предложения?

« – Думаю, теперь осмотра на ходу недостаточно. Необходимо переходить на режим разведрейда.

Командуй, – мысленно буркнул я. Какой из меня партизан?! Тем более в горах? Эх, Хельгу бы сюда! Или тёмную.

« – Ольгу, господин, привыкайте называть её Ольгой. Мой опыт основан на приключенческих романах, каковые сами по себе в этом отношении недостаточно скрупулёзны, да и среди повестей про любовь уважаемой Таурэтариэлль и серьёзной литературы храмовой библиотеки они достаточно редки.

Короче! – не выдержал я. – Хоть что-то предложить можешь?

« – Необходим тщательный предварительный контроль каждого участка маршрута. Для начала – поднимаемся, вот, на этот валун и несколько минут – несколько минут! – просматриваем путь до во-он того камня. Там повторяемся.

До «во-он того камня» было всего лишь чуть более ста метров. Несса всё молчала. И я, вслушавшись в её молчание, полез на валун. Нет опыта разведрейдов? – будем нарабатывать. На самую верхушку разговорчивая советница меня не пустила: «Зачем высвечивать ваш силуэт в чистом небе? Пусть теряется на фоне бурого камня.»

Моё Восприятие меня опять поразило: кто б знал, сколько всякой ерунды можно рассмотреть на ста тринадцати метрах пространства! Например, шесть нор местных сурков и девять штук их самих. Но нет худа без добра – зато эти сто тринадцать метров я пробежал потом быстренько, не заморачиваясь даже на то, куда поставить ногу: всё уже было просмотрено! – только сурки со свистами прыснули по своим норам.

« – Господин… – забухтела японка: – Вы только что дали сигнал возможному наблюдателю, что кто-то перепугал сторожей грызунов.

Что ж, на следующем участке по краю их колонии я прошёл неспешно, стараясь не делать резких движений. Ближайшие сторожа в норы попрятались, но свистеть не стали. Запомним.

Сразу идти ко входу в подземные галереи не стал – по окрестностям побродил, огляделся. Заодно посмотрел и на Оршавский водопад – впечатляет: несколько десятков мощных струй с напором вырывающихся из скального уступа и рушащихся в пропасть… Гул, брызги, вспыхивающие радуги… И вид со склона – на километры и километры, среди них наша река, прихотливой лентой пробивавшаяся на равнину и впадающая в другую, в которой поначалу их воды довольно сильно различались – синеватые Оршвы, и рыжеватые Шатерры; сама равнина с резкой границей на ней: справа – бесконечные леса, слева – безбрежные степи, и вдали, выглядящий игрушечным на таком расстоянии, город…

Лезть под землю не хотелось, так что, я уговорил себя, что обедать всё равно пора и устроил перекус. Потом ещё чая заварил… Потом ещё и убирал всё за собой – чтоб ни крошки не осталось! Всё побросал в реку.

…Но сколь верёвочке не виться, а червяки лезут в землю. Полез и я.

Устроил себе викторину. Где район входа на карте посмотрел, но его конкретные признаки – не стал. Попробовал найти сам – нашёл! Хотя в тенях тот терялся конкретно… Хотя, с другой стороны, я же знал, что здесь искать – надо.

Внутри тоже попросил девушек взять контроль над картой на себя, а сам пошёл, ею не пользуясь. Чи-сан, как ни странно, согласилась.

« – Ничего не странно. Так Вы будете идти более внимательно. Больше будете смотреть по сторонам, а не косить глазом в карту.

Тоже верно. Контрольный срок мы со жрецом установили в трое суток. Я никуда не спешил, и то, что два раза пришлось возвращаться, причём, во второй раз – ползком, почти тем самым червяком извиваясь, меня особо не расстроило: я полез в тот отнорок, потому что показалось, будто оттуда пахнет свежестью. И точно – к дырке с видом на речку всё-таки выполз, в эту дырку фонарём посветил, на воду посмотрел, но и только… Хорошо перевертеться получилось, ногами вперёд выползать не пришлось.

Фонари – магия, конечно. У меня имелось три штуки – ручная шахтёрская “коногонка”, налобный фонарь и нечто вроде факела – с рассеянным светом. Учитывая, что три накопителя я на себя изготовить успел, в полной темноте остаться не боялся… Да ещё и шесть стразов в гнездовом щите – вынуть и поменять я теперь и на ощупь справлюсь.

Вскоре вышел и к заводи – озерцо под пещерными сводами, вообще-то. Пусто. Но искомый парень здесь побывал: по углам бережка я нашёл несколько осколков свежих раковин, то есть он нырял, раковины доставал, вскрывал их и за собой убрался. Последнее сделал, как и все пацаны, без особого энтузиазма.

Ни крови, ни его обглоданных костей, ни обрывков его одежды – ничего, указующего на схватку с хомо или с озверелыми хищниками не было. Что-то случилось, когда он уже возвращался с жемчугом? Например, на бандитов каких нарвался? Скажем, его засекли на выходе из города, проследили, внутрь не полезли, а когда он вышел – иди сюда!

Но убивать из-за дюжины жемчужин? Ну, в местных нравах я не знаток, хотя меня хотели убить ещё и за меньшее. Да и кто сказал, что жемчужин у парня было только двенадцать? Это мне столько надо насобирать после него…

« – Хозяин, а давай не будем время тянуть, что-то на меня эта темнота как-то давит…

Кромешной тьмы кругом не было: своды невысокие, свет от моего факельного фонаря бликовал от поверхности воды… Лично на меня больше давила нереальная тишина, в которой любое моё движение чуть ли не каскадное эхо порождало! Нет, неуютно здесь было, совсем неуютно. Я пока шёл, намеревался сначала почаёвничать – известно ж, что любое дело надо начинать с перекура. Но тут согласился с минздравом: курить – здоровью вредить.

« – Господин, а если не кружку чая, а один глоток слёз радости Катли?

Кажется, и бесстрашную самурайку окружающая мгла поддавливала.

« – Хозяин… – тут же присоединилась к ней бесстрашная кельтка.

Быстро переоделся, благо,