Ремесло древней Руси - Борис Александрович Рыбаков

156

М.И. Артамонов. Средневековые поселения на Нижнем Дону, Л., 1935, стр. 63.

157

Появление двух типов горшков характерно не только для Гочева или роменской культуры в целом, но и для более широкой области. Горшки с цилиндрическим горлом встречены и на Волыни, и в Польше, и в Гнездове, везде сосуществуя с первым типом. См. L. Niederle. Op. cit., т. I, вып. 2, рис. 96.

158

Н.Е. Макаренко. Отчет об археологических исследованиях в Полтавской губернии. — ИАК, 1907, вып. 22, стр. 56, рис. 27 — Горшок из городища «Монастырище».

159

Микола Макаренко. Орнаментацiя керамiчних виробiв в культурi городищ роменського типу. — «Niederlüv Sbornik», Praha, 1925, табл. I и II. — Макаренко датирует орнамент VI–VIII вв.

160

Микола Макаренко. Ук. соч., стр. 338.

161

Значительный интерес представляет установление единства керамических форм на большой территории. Так, напр., ложно-гребенчатый орнамент роменского типа встречается и за пределами роменских городищ, на Оке, на Соже и Днепре и частично на Дону. Еще большее единство на огромной территории дает линейно-волнистый орнамент, который с 60-х годов XIX в., после работ Вирхова, считается спецификой славянских племен. Керамика славянского облика проникает в алано-хазарскую среду (Маяцкое городище, Зливкинский могильник, Цымлянское городище, Кобяково городище, Золотая Коса близ Таганрога и др.).

Материал, опубликованный Артамоновым, обращается против него и дополняет исторические сведения о продвижении славян в VIII–X вв. на нижний Дон, Приазовье, Кубань и Тмутаракань (М.И. Артамонов. Средневековые поселения на Нижнем Дону, Л., 1935). Начавшиеся, по всей вероятности, в VI в., в эпоху Юстиниана, связи Приднепровья с азовско-боспорским миром продолжались и далее, подготовив историческую общность Чернигова и Тмутаракани (См. В.В. Мавродин. Очерки истории левобережной Украины, Л., 1940).

162

А.А. Спицын. Древности антов. Сб. в честь А.А. Соболевского, Л., 1928. — Из перечисленных Спицыным антских вещей не все могут считаться характерными только для них. Так, напр., наконечники поясов и бляшки с прорезью в виде схематизированного человеческого лица встречены в качестве массового материала в самых различных могильниках VI–VII вв. на Кавказском побережье (Борисовский могильник, Агойский аул, в Крыму — Суук-Су. — ИАК, 1906, вып. 19); есть и далеко на севере — Хотимль близ Шуи (Б.Н. Граков. Краткий отчет об археологических исследованиях. Третий год деятельности Иваново-Вознесенского губ. общ. краеведения, Иваново, 1927) и в Прикамье — Усть-Кишерть (Л.А. Мацулевич. Византийский антик в Прикамье, Л., 1940) и даже на Алтае. К таким же широко распространенным материалам относятся характерные застежки с геральдическим щитком и гантелевидной перекладиной, применявшиеся для портупей меча (см. ИАК, 1914, вып. 56, рис. 3 и 9). Часть их могла делаться и в Приднепровье, но считать их спецификой антов едва ли возможно.

163

Б.А. Рыбаков. Анты и Киевская Русь. — ВДИ, 1939, № 1.

164

Материальная культура юго-западной части антских племен (Волынь и Поднестровье) известна нам хуже, но, судя по отсутствию там характерных приднепровских вещей, она отличалась от культуры днепровско-донецких племен. Не лишне заметить, что и в последующее время материальная культура Галицкой Руси отличалась от Киевской и Черниговской. Может быть, это следует поставить в связь с мощным племенным союзом юго-западных племен, называемым арабами «Валинана»?

165

Народ Рос или Рус, упомянутый в VI в. псевдо-Захарией, нужно локализовать именно здесь, на Среднем Днепре, на реке Роси, в самой гуще кладов и погребений антской эпохи. — А.П. Дьяконов. Известия псевдо-Захарии о древних славянах. — ВДИ, 1940, № 2.

166

Эти выводы могут быть опровергнуты по мере накопления материала, которого сейчас недостаточно для прочного утверждения. В пользу однократного использования формы говорят керченские фибулы (см. Л.А. Мацулевич. Погребение варварского князя в Восточной Европе, М., 1934, стр. 108, рис. 22), где две парные фибулы из одного погребения, очень сходные по рисунку, отлиты все же в разных формах, по разным моделям.

167

См. ниже о технике золочения. Знакомство славян со ртутью А. Будилович по лингвистическим соображениям относит к римскому времени, связывая с названием серебра — argentum (А. Будилович. Первобытные славяне в их быте и языке по данным лексикальным, Варшава, 1875).

168

Nándor Fettich. Der Schildbuckel von Herpály. — «Acta Archaeologica», т. I, вып. 3, 1930, стр. 256, рис. 20. — Феттихом изданы две фигуры коней.

169

А.А. Бобринский. Отчет об исследованиях курганов в Черкасском и Чигиринском уездах Киевской губ. — ИАК, СПб., 1911, вып. 40, рис. 19 на стр. 55. — Фигурка отлита из бронзы, размер около 6 см.

170

Н. Петров. Альбом достопримечательностей церковно-археологического музея при Киевской духовной академии, вып. IV–V, Киев, 1915.

171

Тверской клад 1906 г. — ЗОРСА, П., 1915, т. XI, табл. I.

172

D. Zelenin. Russische (Ostslavische) Volkskunde, Berlin, 1927, стр. 227, рис. 159.

173

Фибулы хранятся в Киевском гос. историческом музее. Фотографии их любезно присланы мне С.В. Коршенко; пользуюсь случаем принести ему глубокую благодарность как за эти фотографии, так и за фото Мартыновского клада.

174

Киевский гос. исторический музей.

175

В.А. Городцов. Дневник археологических исследований в Зеньковском уезде, Полтавской губ. — «Труды XIV Археол. съезда», М., 1911, т. III, табл. III, рис. 3.

176

ИАК, СПб., 1910, вып. 35, рис. 34.

177

Д.Н. Эдинг. Антропо- и зооморфные фибулы Восточной Европы. — «Ученые записки Института национальных и этнических культур Востока», т. II, М., 1930. — Автор считает эти фибулы готскими и время их изготовления относит значительно вглубь, к первым векам н. э.

178

П.П. Ефименко. Рязанские могильники. — «Материалы по этнографии», 1926, т. III, вып. 2; Его же. К истории Западного Поволжья в первом тысячелетии н. э. по археологическим источникам. — «Сов. археол.», 1937, № 2, стр. 39–64; В.А.