Тараканьи бега - 2 - Вит Литвин

« – Какая добрая Система! Расщедрилась: раньше “цель” дёргалась, а теперь – застынет.

Чи-сан, а в наших процентах – первые строчки логов про “пещерника” – это сколько?

« – Перевожу: “Вероятность нанесения критического удара в бою с хранителями данжа +37,%. Вероятность обнаружения данжа или другого затаенного места +68,5%”.

Мда, 99% выглядят круче. Вздохнул.

– Что? – хмыкнул гном. – Система обделила?

Ох, уж мне эти преподаватели! Читают по лицам, как студенты по шпаргалкам!

– Да нет. Дали даже больше, чем ожидал. За удар Молнии подбросили аж в четыре параметра.

– В четыре?!

Секретничать не стал, хотя у герцогиньки уши почти зашевелились – у каких-нибудь знакомых эльфиек, что ли, научилась?

– Монстрология, Интеллект, Интуиция, Общая магия.

– Интеллект и Интуиция – интересное сочетание.

– Молния – у нас знают – это разряд электричества, вода – хороший его проводник. Вот по струе его отравы Молния и пробилась к жизненным центрам. Это Интеллект. А Интуиция сработала в определении момента броска. Секундой раньше – у того бы ещё слюны не накопилось. Позже – струя могла нас всех выкупать в отраве, да и от своей Молнии бы и самим досталось. Хотя кожа наших доспехов – кожа, а не сталь! – хороший изолятор. И животные щиты – тоже.

– У тебя и это просчитано было? – уважительно покачал головой преподаватель.

Я не стал отказываться. Вместо того поинтересовался:

– Лесла сейчас сложит “царя”. Проход не обвалится?

– Костяк она не тронет. Как ты сделал с хакаридой. Будет нам проход. Ну, а через сто сорок четверо суток – он рассыпется, а каменная стена восстановится. Не смотри на меня так удивлённо, я наводил справки по четвёртому данжу – там до сих пор именно так. Ещё тридцать шесть дней требуется, чтобы данж заполнился прежней живностью и мог принять следующую партию охотников. Которым достаётся чуть более шестидесяти пяти тысяч вашего опыта и около пятисот наших золотых – шкуры варатрол гораздо дешевле, но их печень…

Он многозначительно замолчал, и Чи-сан вклинилась:

« – Основа наркотика, точнее анестетика, господин. Можно изготовить кинжал, которым вскроешь вену врагу, а он и не почувствует. И умрёт от критической потери крови. Ваша Майя такому обрадовалась бы. Но чаще применяется как местное лечебное обезболивание. На боевое больно много печени требуется.

– Слышал про неё? – глянув на меня, удивился гном.

– Монстрология…

– Ах, да… В общем, до золотого за штуку 14-ти уровневая туша совсем немного не дотягивает. Стоимость прохода туда – двести пятьдесят золотых. Обычно идут, чтобы прокачать кого-то одного. Чтобы тот сделал свои тридцать шесть дюжин. И часто идут не до самого конца. Босса последний раз кончили четыре года тому назад. Летучие твари – они вообще неудобны.

Пока разговаривали я окончательно пришёл в себя. Лесле разобраться с разделкой тоже много времени не потребовалось. «Золотой удар» выбил ещё два кошелька – одиннадцать золотых, а из “царя” – царский подарок, ожерелье. Шесть коричневатых камешков на тонюсенькой белой цепочке диковинного плетения.

Эх-х, опять страза не нашлось! Неужели они – добыча только нулёвки? Ну, да ладно… А имеем-то что? Это серебро?

« – Платина, хозяин, платина.

Тарра, как только увидела, заявила:

– Моё!

– Жребий! – набычился Оггтей.

– Жребий, – поддержал я его, а когда встретил непонимающий взгляд орчанки, пожал плечами: – Очевидно же, что это тебе подкинули. Остальным теперь сопротивляться бессмысленно.

– Что – есть опыт? – усмехнулся мудрый гном.

Я опять только пожал плечами. Да – божественная одёжка и вторая алебарда. Ну, с нею-то хоть мне тоже такую же оставили, а с той хламидой – до сих пор жаба давит.

Предложил кинуть на пальцах – кивнули. Тогда предложил Оггтею указать, с кого начинать будем и в какую сторону считать. И вести счёт тоже предложил ему. Бросили. Получилось тридцать восемь. Он стоял с слева от меня. Тарра – справа. Начал он с себя и счёт повёл в мою сторону. Я засмеялся, когда он сказал: «Три!». Студенты со своим профом заулыбались тоже. Неискушённый в арифметике орк довёл счет до предпоследней цифры.

– Тридцать семь, – неверяще ткнул он в меня пальцем и… и махнул рукой.

Тарра подняла ожерелье и неспешно застегнула на шее. Камни смимикрировались точно под цвет её глаз и словно усилили их сияние. Я помнил, как светились дикой синевой очи Хельги – почти похоже.

– Не сравнивай меня с другими! – тут же проворчала орчанка. Огляделась на прикипевшие к ней взгляды и потребовала: – У кого-нибудь зеркало есть?

Оннатаэлла тут же протянула ей вынутое зеркальце, но мэтр Гаррот покачал головой.

– Убери, а Вы, высокая, смотрите сюда, – указал он на достаточно ровную каменную стену и бросил на неё каст.

Известняк покрылся чёрной плёнкой, та сразу полопалась на капли, которые, как ртутные – тяжелые, скользкие, скатились на пол, открывая ростовую зеркальную гладь.

– Минута! – предупредил мастер.

Чтоб понять, что увидели остальные, времени Тарре хватило, чтоб налюбоваться собой – нет. Под конец она нащупала мою ладонь, сжала её и прижала обратной стороной к своему бедру. Мы и так стояли тесно друг к другу, особо вызывающе это не должно было выглядеть, но по истечении минуты свои завидущие зенки гном едва успел отвести. А колдовское зеркало пропало – опять проросло грязноватым известняком.

– Ну, что, пойдём глянем, наконец, на нашу кучу золота? – буркнул Оггтей.

– Сперва Креттег. Под инвизом, – проявил осторожность я.

То есть взял ещё одну небольшую паузу. Но своего добился: все ринулись к безголовому костяку царского крокодила, служивший ныне тамбуром, перестали на нас коситься м я смог без чуого догляда поцеловать девичью ладошку.

При ближайшем рассмотрении треирский проход действительно сильно походил на хакаридский. Хотя лично мне пробираться по этому будет спокойней. Гарантия горного мастера, как-никак. Оркам, видно – тоже. Уже не так тяжело ощущалось в них то давящее напряжение, которое создавали тонны камня над