Полководец. Война генерала Петрова - Владимир Васильевич Карпов

В декабре 1914 года, учитывая успешные действия соседних армий на краковском направлении и 4-й армии на левом берегу Вислы, а также выход к предгорьям Главного Карпатского хребта на ужокском и мукачевском направлениях 8-й армии генерала А.А. Брусилова, командующий Юго-Западным фронтом Н.И. Иванов решил приступить к подготовке операции по прорыву через Карпаты, в ту самую равнину, которая раскинулась за Карпатами (и к которой стремился теперь 4-й Украинский фронт).

Главная задача при этом возлагалась на 8-ю армию Брусилова, составлявшую левое крыло фронта. Эта армия должна была наносить удар в направлении Медзилаборце — Гуменне.

Австро-германскому командованию стал известен этот замысел, и, упреждая русских, сосредоточив здесь новую армию, австро-германские войска 10 января сами перешли в наступление, стремясь освободить блокированный русскими Перемышль. В Перемышле находились австро-германские войска, а между Перемышлем и стремящимися к ним на выручку наступающими войсками находилась армия Брусилова.

Случилось так, что 8-я армия Брусилова, завершив к этому же дню подготовку, тоже перешла в наступление. Произошли тяжелые, упорные, кровопролитные встречные бои. Все же армия Брусилова медленно продвигалась вперед. На левом фланге фронта, в Буковине, русские войска вынуждены были отступить под напором австро-венгров и отойти к рекам Днестр и Прут. А Брусилов удержал свой участок и даже продвинулся вперед. В своих воспоминаниях Брусилов так писал об этих днях:

«Нужно помнить, что эти войска в горах зимой, по горло в снегу, при сильных морозах ожесточенно дрались беспрерывно день за днем, да еще при условии, что приходилось беречь всемерно и ружейные патроны и, в особенности, артиллерийские снаряды. Отбиваться приходилось штыками, контратаки производились почти исключительно по ночам, без артиллерийской подготовки и с наименьшею затратою ружейных патронов…»

Здесь невольно так и хочется обратить внимание читателей на настоятельные советы Петрова командирам: учить войска ночным действиям и решительным контратакам. Это явное свидетельство того, что Петров хорошо знал все операции Брусилова и учитывал его опыт ведения боев в горах.

8-я армия Брусилова выдержала ожесточенный напор врага и не позволила ему прорваться к Перемышлю. Это привело к большому успеху русских войск. Окончательно убедившись, что на помощь ему не придут, и чувствуя уже недостаток в продовольствии (а боеприпасов хватило бы еще на многие дни боев!), комендант крепости Перемышль капитулировал. Победа была блестящей! Армии Антанты еще не знали таких удач в боевых действиях Первой мировой войны.

В Перемышле было взято в плен 9 генералов, две с половиной тысячи офицеров, 120 тысяч солдат, больше 900 орудий.

Однако в целом в той давней карпатской операции ни одна из сторон, участвовавших в этих боях, не достигла поставленных целей. Австро-германское командование не смогло широко охватить левое крыло русской армии и разблокировать Перемышль. А русская армия не смогла преодолеть Карпаты, потому что не хватило сил, не хватило необходимых резервов, войска не были обеспечены артиллерией, боеприпасами и всем необходимым для проведения такой крупной операции. Боевые действия здесь вылились в кровопролитные лобовые столкновения на фронте протяженностью в 200 километров. Обе стороны потеряли около миллиона человек, причем около 800 тысяч из этого миллиона потерял противник. Здесь особенно ярко начало проявляться военное искусство одного из талантливейших русских военачальников — Брусилова.

И вот теперь советским солдатам и их командирам предстояло проявить еще более высокий героизм и еще более искусное воинское мастерство: в кратчайший срок подготовиться и преодолеть Карпаты, то есть осуществить то, что не удалось русской армии в Первую мировую войну.

А события накануне этой операции развивались стремительно, и условия становились еще более неблагоприятными — теперь уже не только по природным, а еще и по главным — военным и политическим — обстоятельствам.

В дни, когда 4-й Украинский фронт готовился срочно перейти в наступление, за Карпатами происходило следующее. Немецко-фашистское командование, опасаясь потерять Моравско-Остравский промышленный район, почти единственный, снабжавший теперь гитлеровскую армию, решило для его спасения действовать очень решительно. Оно сняло дивизии с фронта и перебросило их сюда. Гитлеровцы действовали быстро и жестоко — при том, что командование восточно-словацкого корпуса не оказало никакого сопротивления. Корпус так и не был приведен в боевую готовность и не получил приказа к отражению гитлеровских войск. Солдаты не знали, что делать, что предпринять. В течение двух дней — 1 и 2 сентября — корпус был гитлеровцами разоружен. Многие солдаты и офицеры были арестованы и направлены гитлеровцами в лагеря, часть ушла к партизанам. Восточнословацкий корпус перестал существовать в результате явного предательства. А ведь именно этот корпус должен был выполнить важную задачу — захватить перевалы на Карпатах и тем обеспечить продвижение наших войск на помощь восставшим.

Но об этом генерал Петров пока еще не знал. Он получил приказ Ставки о наступлении 2 сентября, когда восточнословацкий корпус был уже разоружен.

ЧЕРЕЗ ВОСТОЧНЫЕ КАРПАТЫ

Итак, 2 сентября 1944 года из Ставки поступила новая директива об одновременном наступлении 1-го Украинского фронта, его левого фланга (там находилась 38-я армия), и 4-го Украинского фронта, его правого фланга, где располагалась 1-я гвардейская армия. 2-й Украинский фронт должен был содействовать их наступлению ударом на Клуж.

В тот же день в 22.30 И. Е. Петров принял решение: силами одного стрелкового корпуса 1-й гвардейской армии, усиленной несколькими танковыми, артиллерийскими и инженерными соединениями и частями, прорвать оборону противника в районе Санок на фронте протяжением 4 километра, нанося удар в общем направлении на Каманьчу.

О том, в каких трудных условиях готовилась эта операция — при катастрофической нехватке времени, при очень сложных природных условиях, при малом количестве войск, истомленных предшествующими боями, — уже говорилось в предыдущей главе. К этому добавлялась еще одна трудность: нахождение двух участвующих в наступлении армий, 38-й и 1-й гвардейской, в разных фронтах усложняло планирование и руководство операцией.

Вообще с самого начала организации 4-го Украинского фронта так и напрашивалось 38-ю армию, тоже вышедшую к предгорьям Карпат, включить в состав войск этого фронта. Это дало бы возможность маршалу Коневу сосредоточить все внимание на продвижение в глубь Германии, не отвлекаясь на одну из многих своих армий, упершуюся в Карпаты. А генерал Петров, получив 38-ю армию, руководил бы всеми войсками в Карпатах и более целеустремленно, без долгих согласований, вёл бы здесь боевые действия. Позже Ставка исправила это положение — 38-я армия