Хулиганка для мажора - Иоланта Палла

— Если ты спрашивал о серьезных отношениях, то нет. Такой ерундой я не страдала.

— Значит, опыт для нас обоих будет первым.

Открыла рот на его заявление. На шутку не смахивало. Серьезный такой с начищенными перьями, чтоб его…

— Подожди… — Я усмехнулась и подалась вперед, помещая локти на стол. — Мы договаривались, что всего несколько дней продлится театр абсурда.

— Все верно. Для меня несколько дней с тобой приравнивается к десятку лет совместной жизни. Крови ты моей за пару дней выпила больше, чем занудная бабка у глухого деда.

Улыбается гад, сверкая белыми зубами, а я выпускаю воздух через ноздри. Арс даже не представляет, на что я готова пойти ради нашей семьи.

— Очень смешно. Зато теперь я знаю один печальный факт о тебе, пернатый.

Довольно так сообщаю, пока тот лупает глазками.

— Какой?

— С юмором у тебя явные проблемы, милый. Туго нам придется, ой как, туго.

Скрипит зубами, потому что приходит та самая официанточка. Вертит около его носа пятой точкой, а он пялится на меня. Что раздражает.

— У тебя он тоже немного неотесанный, но в том и изюминка, верно?

— Идиот.

— Психичка.

— Ну вот, — развожу руки в стороны, — у нас уже и ласковые прозвища имеются, пойдем дальше. Что там по плану?

— По плану засветить наши лица.

Хитрый прищур и вспышка. Я даже понять не успеваю, как из-за двери появляется его дружок с телефоном в руках. Подмигивает мне и показывает пернатому класс.

— Все тип-топ, бро. Ща скину тебе фотку, а тебе, красотка, привет!

Глава 28

POV Анастасия

— Ромка, ну где ты бродишь?!

Возмущаюсь и кричу так, что легкие готовы лопнуть от напряжения. Арсений рядом стоит. Пыхтит во все хомячьи щеки. Пусть он и был сухим, спортивным плейболем, но сейчас перед мамой и ее фотоаппаратом пал ниц. Похож на маленького плюшевого мишку. Симпатичного очень. Улыбаюсь, потому что этот день начался с приятностей и закончиться должен точно так же.

Слышу бубнеж второго братца, который с трудом соглашается стать участником фотосессии в честь моего дня рождения. Но мне все равно. Я знаю, что он сейчас придет. От восторга перебираю пальцами мягкую ткань нового платья, которое мне подарила мама. Даже не думала, что она сможет его сшить. Как-то вечером ткнула пальцем в журнал, где модели представали в самых разных нарядах, а уж это каким было. Я понимала, что оно не брендовое и, может, не такое дорогое, как у них, только для меня наряд стал самым настоящим сокровищем.

— А эта атрибутика обязательна, мам? Я уже вырос из этого возраста.

Ромка появляется на пороге моей комнаты при полном параде. По пути поправляет галстук и грозно смотрит на меня. Даже знаю, что он готов сказать в это мгновение. Молчит, а у меня счастья полные колготы. Ладошки чешутся похлопать в них.

— Не причитай, Ром. Вставай к сестре. Она уже извелась вся.

— Вижу. Вот-вот счастье из глаз брызнет.

С усмешкой идет ко мне. Идеальный старший брат. Высокий, подкачанный и безумно красивый брюнет, по которому девчонки с ума сходят. М-м-м… Прижимаюсь к нему и улыбаюсь во весь несчастный рот.

— Задавишь, мелкая. — Посмеивается, но не отстраняет от себя, пока я сама не отхожу. — Мам, давай, а то прикид душит.

Арсений усмехается. Он стоит по другую сторону. Хитрый темноволосый мальчишка с хаосом вместо волос на голове, да и в ней тоже. Извилин слишком много. Остроты так и сыплются. Сегодня помалкивает, чтобы не портить мне день. Я в ответ полна благодарности.

— Встаньте теснее. — Мама смотрит в объектив и машет нам рукой, показывая, как нужно. — Вот так, да. Улыбаемся.

— И машем. Два пингвина и нечисть лупоглазая. — Хмуро добавляет Арс, и мы громко смеемся под ослепляющую вспышку.

Я все еще часто моргаю. Кислород кажется густым и тяжелым. Таким нельзя дышать, да и попросту невозможно. Одна вспышка, а меня так швырнуло в воспоминания, что внутренности задрожали. Как плашмя об водную гладь с высоты пятиэтажного здания. Зажгло.

— Телефон отдай.

Протягиваю руку парню, который подошел к столику. Его взгляд недоумевающий. Смотрит сначала на Орлова, а потом на меня. Вроде Захар Ангел. Путаю этих двоих. Особой разницы между мажорами не вижу. Гнилые насквозь. Вонючая зеленая слизь так и сочится из их пор вместо нормального человеческого пота. Мерзко до посасывания под ложечкой.

Образно, конечно, но именно такой эффект они на меня производят, несмотря на дорогие шмотки и смазливые лица.

— Она шутит.

Вставляет свое слово птичка, а я криво улыбаюсь. Не на ту напали. Не будет никаких фоток с моим участием.

— Думаешь?

Сражаюсь с ним взглядом. Тело рядом с нами напрягается.

— Я чет не понял? С фотографией как быть?

Поднимаю взгляд на пафосного мальчика и подергиваю пальцами, намекая на то, чтобы положил телефон в ладонь.

— Орел?

— Мне давай.

Скрипит зубами. Только я резко поднимаюсь и одним движением руки приставляю любимый стим-панк к горлышку дружка пернатого. У того глаза на лоб лезут. Сразу руки вверх поднимает и посмеивается.

— Аккуратнее, дамочка. Подожди… — Ангел зависает, а я пользуюсь моментом и забираю телефон, удаляя снимок с айфона. — Это она? — Брови несчастного лезут к потолку. — Ну-у-у, Санек! Нашел-таки свою…

— Заткнись.

Подаю ему телефон и все еще держу нож в руках. Идея пернатого теперь кажется еще большим абсурдом. Так не пойдет. Не на его условиях.

— Сорока.

Предупреждающе звучит, когда я разворачиваюсь, чтобы наконец-то уйти из этого ада. Замираю. Вдыхаю-выдыхаю. Разворачиваюсь и спокойно произношу:

— Хочешь, чтобы я участвовала в цирке?

— Ты ответ знаешь.

Поднимается медленно, упираясь пальцами в край стола. Напряжен не меньше своего дружка, а взгляд такой, что в пору когти рвать отсюда.

— Тогда убери своих ручных обезьянок. Они дело портят.

— Это она сейчас меня твоей обезьяной назвала?

Ангел бросает на друга удивленный взгляд, но тот не обращает внимания.

— Допустим. В остальном…

— В остальном только на моих условиях, птичка. Никак больше.

Говорю, а сердце в припадке заходится, потому что с огнем играю. Мало того, что личико свое засветила, так еще и дружки его теперь в курсе событий. Попала, так попала.

— Либо так, либо гудбай май лаф, гудбай. Усек?

Глава 29

POV Анастасия

Вожу подушечками пальцев по рамке. Мысли далеки от настоящего, в которое я себя насильно окунаю, потому что в нем