Помолодевший мастер войны - 2 - Кирилл Неумытов

– Вот ты предполагаешь, что сможешь победить нас в Лабиринте и хочешь заполучить меня в команду. Я тебя понял. Но я не понимаю одно. Что получу я?

– В смысле, что получишь ты?

Она задумалась, смотря на меня с недоумением.

– Я буду выполнять те же самые пункты, что и ты, – не очень уверенно сказала она. – Я обязуюсь помочь твоей команде. Я обязуюсь, что проведу какую-то тренерскую работу.

Она замолчала. Кажется, мой вопрос поставил её в тупик.

– Тогда я буду вынужден отказаться, – сказал я. – Всё это я могу сделать и сам.

Анна удивилась. Кажется, она не привыкла, что кто-то может ей отказать.

– Постой! – воскликнула она. – Ты же не думаешь, что ты победишь мою команду?

– Думаю, – ответил я. – Я выйду победителем из этой схватки и следующих. Видишь ли, я настроен на победу в финале.

– Не выйдет, – она помотала головой. – С Дмитрием Орловым не справится никто. Но совместно…

– А! Я кажется, понял твой план до конца, – я слегка улыбнулся. – Ты хочешь меня победить, чтобы я стал тренером, а потом с моей помощью твоя команда одолела старшего Орлова?

– Я училась с Димой несколько лет. Мы участвовали с ним в трёх турнирах. Я знаю его навыки лучше, чем кто-либо ещё. Я знаю, как он руководит. Так что моя команда сможет его победить. Но да, нам не хватает немного мастерства и умения. Однако оно есть у тебя.

Знать своего врага стоит многого. Я уже убедился, что Дмитрий Орлов достаточно сильный и умелый, несмотря на свою слепоту. И почему-то я был уверен, что именно он окажется в финале.

– Значит, ты с ним училась? – задумчиво произнёс я. – Тогда да, полагаю, твоя помощь может быть полезной. Но предупреждаю сразу, всё должно быть честно. Я откажусь от любого мошенничества. Мы должны победить без грязных приёмов, причём результат нашей победы не должен вызвать никаких сомнений. Чтобы даже самый строгий судья не смог усомниться ни в чём.

– Так и будет, – сказала Анна. – Разумеется только честный подход. В чем интерес победить нечестно? Тогда победа не будет так радовать.

– Разумные слова. Рад, что мы понимаем друг друга. В таком случае, я принимаю твою пари. Увидимся в Лабиринте.

– Тогда я получу хорошего тренера, – она засмеялась. – Потому что твоя команда всё-таки совсем из новичков. Даже самый сильный участник твоей команды выступает хуже, чем самый слабый у меня.

– Может быть, они слабы по отдельности. Но вместе мы как единый монолит. Мы не проиграем.

Анна уважительно кивнула и ушла вместе с тем парней и девушкой. Я посмотрел ей вслед, вспоминаю одну старую историю, свидетелем которой я был.

Во время моей поездки в Японии я познакомился с одним старым даймё, у которого было три сына. Он был стариком и очень боялся, что его дети станут враждовать. Тогда он приготовил три стрелы и выдал каждому по одной, чтобы они их сломали.

Каждый сын без труда это сделал. Тогда отец велел взять три стрелы и сломать их разом. Каждый сын взял пучок из трёх стрел и сломал их без всякого труда.

Слишком сильные дети испортили весь урок мудрости, которую старый даймё так старательно пытался им преподать. Тогда старик разгневался, изгнал младшего сына после спора, а старший и средний в итоге устроили между друг другом битву. Оба погибли. Древний род перестал существовать.

Но в том уроке было рациональное зерно. И пять стрел сломать сложнее, а пять копий почти невозможно.

Я пошёл к машине, чтобы поехать уже с ребятами в ресторан, а то они ждали слишком долго.

* * *

– А правда, что в Китае едят сырую рыбу с рисом, разрезанную на кусочки? – спросил Паша.

– Нет, так делают в Японии, – ответил я.

Оформление мало походило на китайский ресторан, но кухня, судя по всему, действительно была китайской. Да и запах еды, который стоял в помещении, тоже был мне знаком. Повар действительно китаец.

С названием хозяин особо не задумывался и просто назвали ресторан «Красный Дракон». Подозреваю, в каждом городе в России есть такой ресторан. А то и не один.

Мы сидели впятером в отдельном зале, закрытым от общего занавеской, и ждали, когда нас обслужат.

– А раз все едят палочками, – Паша неловко взял две палочки в руки. – То как ими есть суп?

– Суп едят ложкой, – я показал на приборы, лежащие на деревянном столе.

– А правда, что в Китае едят суп из младенцев? – вдруг спросил Денис.

– Денис, фу-у-у! – Лиза демонстративно отвернулась. – Как такое можно говорить?

– Очень редко, и мало кто это одобряет, – ответил я.

– А правда, что там едят саранчу, змей, летучих мышей, ласточкины гнёзда и монстров? – не успокаивался любознательный Паша.

– Верно.

– Как можно есть птичьи гнёзда? – удивилась Катя.

– Это не так дико, как кажется, – пояснил я. – Просто некоторые виды стрижей используют для гнёзд дары моря.

– Какие?

– Тонкую рыбу без костей, водоросли, морскую капусту, икру. Всё это очень сильно смачивается слюной этих птиц и потом каменеет. А после эти гнезда собирают и повара варят из них суп. В общем… – я посмотрел на свою команду. – Вы бы это точно есть не стали, потому что больше это напоминает густой клей.

– А я немного учусь читать иероглифы, – Лиза показала пальцем в меню. – Не знаю, что это за блюдо, но написано, что оно развивает иммунитет и улучшает потенцию.

– Это же китайская кухня, – мрачно добавил Денис. – У них всё улучшает потенцию. Поэтому в Китае так много людей.

Катя Орлова, услышав это, покраснела и закрыла глаза.

– Тише, – попросил я. – Эти разговоры не для стола.

Я полистал меню. Особых деликатесов, привычных мне, тут не было, в целом блюда были более подходящие для этих мест. Можно заказывать что угодно, и никого не шокировать экзотикой.

Хотя мозги скереры и её язык, маринованный в соевом соусе, я бы попробовал, но не хотелось пугать Лизу и Пашу, которые видели эту тварь своими глазами. Даже удивительно, что в этом ресторане такое есть. Но и ценник