Когда гоблины атакуют - Дэвид Понтьер

– Итак, ты проснулся или лапаешь людей во сне?

Эллиорн. Он был прикован к сталагмиту вместе с Эллиорн.

– Я проснулся, – ответил он, тоже шепотом, испытывая к этому легкое отвращение. – И я приношу свои извинения.

– Ты прощен. Чем заняты гоблины?

– Гоблины? – Энтрери поднял голову и оглядел комнату. Он оказался лицом к основной части пещеры, в то время как Эллиорн была лицом к стене. На противоположной стороне пещеры, в пятидесяти футах от них, находилось два гоблина, предположительно присматривавшие за пленниками. Они играли в кости. Энтрери усмехнулся. Мысль о том, что два гоблина могут охранять его или Эллиорн, если уж на то пошло, была нелепой.

– Они играют, – Энтрери ответил на вопрос, хотя в своих мыслях почти забыл о нем. – Не смотрят на нас.

– Хорошо, – ответила она. – Меня зовут Эллиорн, я - следопыт. И если ты немного поможешь мне, то мы сможем выбраться отсюда. Как тебя зовут?

– Реджис, – шепнул он в ответ, – Я… – Энтрери поперхнулся своими словами, когда из пола перед ним вырвался электрический разряд. Он не был готов к этому и чуть не откусил себе язык, когда его мышцы свело судорогой. Это продолжалось недолго, но Энтрери тяжело задышал и внезапно почувствовал слабость.

– Реджис, да? – лукаво спросила Эллиорн, и Энтрери понял, что она знала, что произошло. Теперь, когда его глаза лучше приспособились, он смог разглядеть символ на полу. Он узнал его и понял, что Эллиорн, вероятно, допрашивали перед этим. Это говорило о ком-то гораздо более могущественном, чем каменный гигант, отдающий приказы. Это также объясняло, что вырубило его и Джона, когда они вошли в пещеру. Он избежал одной ловушки, чтобы попасть в другую.

– А твое настоящее имя? – спросила она.

– Я бы предпочел промолчать, – Энтрери ответил, спустя секунду размышлений.

Эллиорн немного подождала.

– Я полагаю, ты говоришь мне правду. Что ты здесь делаешь? Ты пытался сбежать?

– Я вернулся сюда вместе с Джоном, – ответил он.

– Вернулся?

Энтрери быстро объяснил, как Джон вернулся и как они вдвоем убили двух каменных гигантов, прежде чем войти в пещеру.

– Вы убили двоих? – Эллиорн звучала впечатленной. Как бы ни звали этого человека, она догадалась, что это был тот самый, которого Джон изначально приглашал. Она ожидала, что Джон, с его образом мыслей, вернется с армией. Если этот человек заставил капитана передумать и организовал смерть двух каменных гигантов, а она не думала, что у самого Джона было достаточно знаний для такого, то он был грозным бойцом.

– Значит, осталось четыре каменных великана, – сказала она, – и один ледяной. Его зовут Крон.

Энтрери выругался.

– Ты знаешь, кто такие ледяные великаны? – удивилась Эллиорн. Энтрери также правильно определил гигантов как каменных великанов, чего простому бойцу в этих краях знать не следовало.

– Я читал о них, – ответил Энтрери. Глиф не пробудился. – Что меня беспокоит, так это то, что каменные гиганты ждали нас. Они знали, что мы придем.

– Я полагаю, что у Крона весь этот горный хребет покрыт знаками, которые предупреждают его, когда кто-то приближается. – Она быстро рассказала Энтрери об остальном, касающемся рабов и о том, сколько гоблинов, по ее предположениям, там было. – Нам нужно привлечь внимание гоблинов, – сказала Эллиорн, когда закончила свой доклад.

– Зачем, – ответил он. – Они увлечены своими делами. У нас больше шансов убраться отсюда как раз не привлекая внимания.

– У них ключи от цепей. Если только ты не победил этих гигантов своей невероятной силой и не можешь разорвать кандалы, я предлагаю достать ключи.

– Я не побеждал их силой, – ответил Энтрери, несколько раз проведя подбородком по груди, пока не зацепился за цепочку, которую носил на шее. – Я победил их хитростью.

Паша Басадони много раз запирал его гораздо лучше, чем сейчас. Это было не потому, что юный вор был непослушен, по крайней мере, обычно, а потому, что он хотел научить своего вундеркинда навыкам побега. Энтрери был очень хорош. Настолько хорош, что, когда паше понадобилось наказать его по-настоящему, это оказалось очень сложно.

На цепочке, которую он носил на шее, висела коллекция отмычек. Он медленно снял цепочку с подбородка и сунул в рот. Затем он с помощью языка и зубов принялся вращать ожерелье, пока не добрался до застежки. Расстегнуть замочек зубами было самой трудной частью, но он практиковался в этом много раз. Прошло довольно много времени с тех пор, как Энтрери применял этот навык, но ему удалось со второй попытки. Держа конец цепи в зубах так, чтобы она свисала перед ним, он качал головой, пока она не перекинулась через плечо. При этом цепь тихо ударилась о сталагмит.

– Что ты делаешь? – спросила Эллиорн. Она внимательно прислушивалась к странным звукам, которые издавал этот мужчина, и почувствовала, как цепочка скользнула по ее волосам.

– Выбираюсь отсюда, – сказал он, роняя цепочку с шеи и ловя ее подставленной рукой. Прошло всего несколько секунд, и его руки были свободны. Он наклонился вперед и расстегнул кандалы на ногах.

Эллиорн почувствовала, что осталась одна.

– Как? – спросила она через чур громко. Она была прикована почти день. А этот человек освободился за минуту!

– Тише! – зашипел на нее Энтрери. – Помни, что мы не хотим привлекать внимание гоблинов. – Он уже понял, что его кинжалы остались при нем. Помимо зачарованного, была еще пара других. Они забрали Круг и его обычный длинный кинжал, но гоблины не славились своей внимательностью.

Ни один из гоблинов не смотрел на него, и Энтрери отполз от сталагмита. У одного была широкая спина, в которую можно было прицелиться, но другой гоблин сидел боком. Убийца метнул первый кинжал в спину гоблина с расстояния сорока футов. Другой повернулся к нему лицом, и Энтрери вонзил свой второй кинжал ему в грудь. Они оба умерли, не издав ни звука.

Полагаясь на свой острый слух Эллиорн догадалась, что произошло, и заговорила:

– Теперь освободи меня, и мы можем бежать.

Энтрери подбежал к гоблинам со своим украшенным драгоценными камнями кинжалом наготове, надеясь, что один из них все еще частично жив и он сможет восстановить немного сил. Надежды не оправдались.

– Чтоб тебя,