Мой (не)бывший муж - Софи Росс

— Заходи, Эд. Думаю, сам понимаешь, зачем ты мне понадобился.

— Да, у нас уже все готово. Документы улетели в прокуратуру, Котлов точно сядет, это лишь вопрос времени. Единственное, я не уверен, что мы сможем быстро вернуть деньги по всем липовым договорам, — сообщает Захаров.

— Это понятно. Он же не идиот хранить все на собственных открытых счетах.

— Либо надежно спрятал, либо распихал по родственникам.

— Там не такие деньги, чтобы я за голову хватался. Сам факт. Столько лет нормально работали, а тут на тебе, — качаю головой.

— Ну, от этого никто не застрахован. Что, кстати, по этому поводу решать будем?

— О чем ты? — спрашиваю.

— Готовить соглашение с новой страховой?

— Погоди пока. Воронцов божился, что такого больше не будет. Мы давно друг друга знаем, он сам охренел, когда узнал обо всем. Обещал лично контролировать все сделки.

— Понял. Я могу идти?

— Да.

До конца рабочего дня я успеваю расквитаться с текущими вопросами, назначить пару личных собеседований для кандидатов на кресло уровнем пониже моего, позвонить Богданову и договориться о полном обследовании для Влады.

Бывшая жена весь день не отвечает на мои звонки, к вечеру это начинает существенно напрягать.

Не удивлюсь, если она уже успела собрать чемодан и гордо объявить Агриппине о нашем разводе.

Ну что за коза, а? Обоим же понравилось ночью, что за детские молчаливые бойкоты?

Спускаюсь в подземную парковку, иду к машине, в параллель набираю Владу еще раз. Посещают мысли, что они с Агриппиной могли бы выбраться в город. Я как раз забрал бы их по пути, чтобы время сэкономить.

— Егор? — отвлекаюсь от телефона, когда замечаю отирающегося возле автомобиля сводного брата.

— Нормальный такой аппарат. С рук брал или из салона? — кивает на тачку, ухмыляется. — Покататься дашь?

— Стоило еще вчера все прояснить, — тяну. — Машину я тебе не дам, на работе ты мне тоже нахер не сдался. Пятьсот тысяч — максимум, который ты от меня увидишь.

Думал в обед об этой ситуации. Если сразу не пресеку все это — дальше будет хуже. Полляма, конечно, для этого сосунка тоже жалко, но на это я готов пойти.

— Миллион, — заключает Егор.

— Пятьсот тысяч. Я не собираюсь с тобой торговаться, это последнее предложение.

— Я прямо сейчас могу позвонить матери…

— Тачка тебе понравилась, говоришь? — убираю телефон в карман пиджака. — Зацени-ка, какое здесь покрытие.

Резко выворачиваю ему руку, заламываю, уложив мордой на капот. Давлю локтем на плечо, удерживаю на месте, выслушиваю много всего забавного — от угроз до не слишком изобретательного мата.

— Ты получишь деньги и закроешь свой рот. Станешь примерным сыном, будешь интересоваться здоровьем матери хотя бы через день и раз в неделю выделишь время для встречи с ней.

— Иначе что? — цедит сквозь зубы.

— Не думай, что я не интересовался твоей жизнью. Кого ты там сейчас окучиваешь? Дочурку нефтяного магната? Метишь в зятья к бизнесмену из первой сотни самых богатых людей страны?

— Тебя это не касается, — Егор опять дергается, но вместо того, чтобы отпустить его, я лишь сильнее давлю на руку и размазываю лицо сводного брата о капот своей тачки.

Надо будет потом на мойку съездить и полировку заказать.

— У вас все в порядке?

Какая бдительная охрана. Мужик с рацией в руках быстрым шагом приближается к нам, тянется к черному наушнику в правом ухе.

Мне лишний геморрой не нужен, так что я ослабляю хватку, и Егор тут же отскакивает на пару шагов. Поправляет свою помятую наверняка брендовую рубашечку, укладывает волосы.

Пижон, блять.

— У нас все в порядке, — спокойно говорю, перевожу взгляд на Егора, смотрю с нажимом.

— Нормально все, — выплевывает через силу.

Охранник после нескольких секунд молчания разворачивается и просто уходит, а я беру телефон и совершаю банковский перевод по номеру, который привязан к карте Егора.

— На этом разойдемся. И не отсвечивай рядом со мной, я предупредил. Твой будущий тесть точно не придет в восторг, узнав о том, что его любимую и единственную дочурку водят за нос.

Сажусь в машину, завожу мотор. Несколько раз, пока еду по центру, попадаю в стандартную вечернюю пробку.

Застреваю в очередной раз, замечаю впереди цветочный магазин. Вспоминаю о том, что Влада раньше очень любила лилии, и перестраиваюсь в соседний ряд, чтобы через несколько метров съехать в парковочную зону.

Забираю все белые вонючие цветы, которые есть в ассортименте. Для Агриппины покупаю розы — она женщина консервативная, предпочитает классику новомодным, по ее словам, извращениям.

В доме стоит удивительная тишина, когда я туда захожу.

Влада забилась в угол дивана в гостиной, моей мачехи не видно.

— Добрый вечер, — пытаюсь быть вежливым.

— Не добрый, — шипит, не поднимая на меня глаз.

Чем таким важным она там занята?

Я не могу рассмотреть, потому что Влада сидит спиной ко мне.

— И чем я заслужил такой добрый прием? — хмыкаю, перевожу взгляд на букет. По роже отхлестает или просто сразу выкинет?

— Прости… — выдыхает расстроенно, кладет голову на спинку дивана. — Это не ты, просто я уже больше не могу, Марк. Я готова сломать эти чертовы спицы.

Я улыбаюсь, пока Влада не видит.

Агриппина и в прошлом пыталась научить ее вязать, но из этого обычно ничего не получалось. Но у меня слишком целеустремленная мачеха, чтобы не попробовать еще раз.

Подхожу к дивану и ломаю эти орудия пыток пополам, перед этим положив букет перед Владой. Розы остались на комоде.

— Ты что сделал?! — Влада тут же взвивается.

— Будем считать, что я не слишком удачно на них сел. По крайне мере, сегодня тебе больше не придется этим заниматься.

Губы бывшей жены расплываются в хитрой улыбке.

— Красивые… — она проводит пальцами по белым лепесткам.

— Это тебе, — пожимаю плечами.

— За что?

— За оргазм, Влада. Ну что за странные вопросы? Просто так.

— Спасибо… — благодарит растерянно, а потом слезает с дивана и прижимает букет к себе. — Пойду поставлю в воду.

Как просто, однако, заставить женщину поставить на паузу ее холодную войну.

Глава 9

— Дорогой, я хочу с тобой поговорить.

Агриппина гостит у нас уже неделю и вполне комфортно себя чувствует. Честно говоря, я думал, что моя жизнь сильно осложнится чрезмерной опекой, и сознательно пошел на это, но моя мачеха ведет себя вполне цивилизованно в силу своего характера.

— О чем?

— Вот они, мужчины из бизнеса, — Агриппина вздыхает и заходит в мой домашний кабинет, плотно прикрыв за собой дверь. — А как же обсудить сначала отвлеченные темы?

— Как ты себя чувствуешь?

— Нет,