Крылья Алавы - Наталья Романова

Некоторое время я стояла перед открытой дверью, вдыхая свежий воздух и прислушивалась, не сработает ли местная сигнализация, но было тихо. Постояв еще мгновение, поежилась от ночного холода, подивилась собственному везению и осмотрелась вокруг. Может сбежать? Такой случай представился.

Но сначала подвиг! — решила я.

Моросило. Свет фонаря над дверью в медблок слегка помаргивал. Я метнулась через двор на противоположную сторону в тень и затаилась, ожидая погони.

Вскрыв замок на входе в медицинский корпус тем же способом, я снова прислушалась. Сирена не взвыла, а вот приглушенные крики мучеников усилились.

Дорогу я помнила…

От них осталось немного. Обтянутые кожей костяные остовы уже не были похожи на тех, кого я еще вчера называла Ашасом и Чаной. Но они еще были живы. Ашас молчал, сверкая точно Терминатор красными глазами, а Чана хрипло кричала, дергаясь в конвульсиях. Смотреть на их мучения было невыносимо.

— Помоги… — едва разобрала я беззвучную просьбу в едва шевелящихся губах Ашаса.

В боксе по-прежнему пылал ярко-красный шар, отбрасывая на стены зловещие кровавые тени. Тени…

— Постой! — раздалось внезапно у меня за спиной. — Не делай глупостей! И им не поможешь, и сама угодишь в неприятности.

Дымный балахон колыхался у двери, скрывая лицо.

— Тогда ты помоги, — прохрипела я, не узнавая собственный голос. — Если в тебе еще осталось хоть что-то от человека.

— Не могу, — прошелестело уже над ухом. — Я такой же как и ты поднадзорный модификант, — передо мной возникла рука с браслетом. — За нарушением всегда следует наказание. Ты хочешь занять их место?

— Ну надо же, — с сарказмом усмехнулась я. — Я то думала, Советник императора всемогущ, а оказывается он у нас всего лишь модификант.

— Не зарывайся. Тебе меня даже без ограничителя не победить.

— Может проверим? — я протянула ему руку с браслетом. Но меня отвлекли.

— Убей нас! — закричала Чана из последних сил за прозрачной перегородкой.

Я, глядя прямо в синие и удивительно спокойные глаза, горько усмехнулась.

— Как же мне вас жаль, — прошептала я. — Какие вы круосы убогие.

Припомнив нужный алгоритм, я поманила красных слонов и котят на выход. Из пылающего, гудящего шара с мыслеформами, мне навстречу потянулась кроваво-красная тень, формируя не слона, а ежа. Ну еж так еж, — подумала я, намереваясь запустить смертельный снаряд в дело. Но не успела. Советник схватил меня за руку.

— Остановись. Они выживут, — глухо прохрипел он.

Некоторое время мне понадобилось, чтобы осмыслить то, что услышала.

— Выживут?

— Да. На модификантов тратятся слишком большие средства. Нас не убивают… просто так.

Еж в моей руке сдулся и поплыл обратно в шар.

— И что же с ними будет?

— Сотрут память и отправят доучиваться со следующим потоком, — угрюмо пояснил Советник.

Значит, экзекуция показательная? Чтобы мы прониклись? Что ж, я прониклась. Так прониклась, что почувствовала, как в груди разгорается настоящий костер.

Кто-то зарычал. Позднее я осознала, что рычала собственно я. Но в тот момент как-то плохо понимала, что происходит. На правой руке вспыхнул темным огнем браслет, за спиной зачесались крылья, а в левой руке созревал странный энергетический шарик, искрящий крошечными злыми молниями. С грозным рыком я послала его в красный клубок мыслеформ.

Посыпались стекла разрушенной перегородки. Но шар не рванул, рассыпаясь тысячами осколков, как предполагала я. Он плавно потек мне навстречу, остановился шага за два и только потом плюнул в меня миллионом сверкающих красных капель. Я лишь успела отвернуться и прикрыть голову руками, чувствуя, как мне в спину впивается рой стеклянных жал.

Крики стихли, а я осела на пол и разрыдалась.

Меня взяли за плечи и резко вздернули вверх.

— Ну, и что ты творишь? — холодный как лед голос звучал спокойно.

— Спустила пар, всего лишь, — издевательски расхохоталась я ему в лицо, наблюдая в синих глазах панический страх. — И да. Я ржу нимагу. Кстати, у нас у землян это даже приветствуется — помогает быстрее выйти из шокового состояния.

— В карцер! — грозно прорычал он, пронизывая меня льдом насквозь. — И запомни. Это все, что я могу для тебя сделать сейчас. За последствия не отвечаю.

— Да не вопрос! — ответила я. — Только скажи, они точно выживут?

— Да!

Запирал Советник меня лично. Странно, но даже пребывая в шоковом состоянии, я все чего-то ожидала от него. Но Советник был типичным круосом. И что бы я там себе не фантазировала ночами, в карцер темным подземным коридором вел меня иномирянин, которому не было свойственно милосердие и сострадание. Мне даже не была оказана медпомощь, хотя я в ней явно нуждалась. Спину все еще кололи стеклянные осколки, а ноги оставляли кровавые следы.

В карцере я сидела не в первый раз. И ит Ипециан, и ит Праттен любили отправлять одного-двух излишне по их мнению активных учеников посидеть-подумать о бренности бытия.

Но думать здесь было проблематично, так как постоянно приходилось отпинываться от фиитов — крысо-пиявок, которые присасывались к жертве со скоростью пираний. Ночью фииты были особенно активны.

Пиная зловредных тварей, я поначалу рыдала в голос, и посылала проклятья Советнику и его чертову миру, наградившим меня сомнительными способностями и лишившим любых мало-мальских перспектив на будущее. В то, что здесь меня ждет карьера убийцы, я уже не сомневалась. Как показала моя ночная вылазка, в моем арсенале уже имелись все необходимые для этого навыки. А отношение ко мне со стороны Советника ясно показало, что снисхождения мне не дождаться.

Впрочем, меня могли после всего случившегося просто потереть, а не отправлять в карцер. Кстати, может еще и потрут. Сейчас мне было все равно.

Сотни раз, обливаясь слезами, я прокручивала в голове случившееся и спрашивала себя, а если бы Советник меня не остановил? Если бы не сказал об ожидавшей Ашаса и Чану дальнейшей участи, смогла бы я их убить? А если бы убила, а потом узнала? Смогла бы я тогда убить самого Советника? Ответы на эти вопросы не находились.

Потратив силы на самобичевание и борьбу с фиитами, я уже готова была сдаться и рухнуть на каменный пол, когда послышался скрип отпираемого замка.

Директор школы лично пришел посмотреть в глаза нарушительнице.

Карцер был маловат для двоих, и ит Ипециан остановился в дверях, разогнав фиитов посланным мне под ноги синим разрядом из шокера.

Сведя брови над переносицей и строго глядя на меня поверх окуляров, ит Ипециан произнес высоким скрипучим голосом:

— Велла, признаться, я в недоумении. За столь тяжкий проступок тебя должны были тут же отправить в медицинский блок, но… видимо твои способности некоторые считают столь перспективными, что тебя решили… простить.