Анафема - Антон Шелипов

Достав платок, я прикрыла лицо. Рука онемела, еле шевелится… Сколько ещё мне страдать? Хочу домой, к дяде…

– Дай посмотрю.

– Уйди! Не трогай!

Наставник потянулся ко мне, пришлось отползти. Некоторое время мы просидели молча. Вернее, это он молчал, а я беззвучно плакала.

– Слушай, прости… – осторожно начал Энтинус.

Тщательно вытерев лицо, я злобно воззрилась на учителя исподлобья.

– Значит так, «учитель», – дрожащим голосом заговорила разбираемая гневом волшебница. – Либо ты начинаешь нормально учить, либо возвращай меня дяде, с поклоном и извинениями.

Да-да, так тоже можно. Если чародей – дуб дубом, ему надлежит признать свою глупость и отказаться от лицензии преподавателя.

– Что же, если мисс Заубер пообещает не бежать вперёд телеги и будет внимательно слушать прежде, чем действовать, я приложу все усилия, чтобы её не разочаровать. По рукам?

– Справедливо…

Неохотно и с опаской, я всё же решилась протянуть ему руку. Онемение прошло и каждый удар сердца отдавался в ней болезненной пульсацией. Когда Энтинус коснулся моей кисти, его глаза вспыхнули. Спустя несколько секунд он резюмировал:

– Ничего критичного, завтра будет, как новая.

– Больно… Что я сделала не так?

– У всего на свете есть вместимость и проводимость…

– Знаю. Трубка в алхимическом аппарате лопнет, если подать слишком сильный напор… Хочешь сказать, моя рука могла взорваться?!

– Я бы этого не допустил.

– Много на себя берёшь! Давай, объясняй уже, внятно и подробно!

Гадство. Сколь бы резким ни был мой взгляд, как бы я его не шерстила[1], наставник продолжает смотреть на меня с неподдельной жалостью. Бесит!

– На чём мы остановились? Ах, да, проводимость каналов души…

– Стоп! Ты не первый раз уже про душу заикаешься. Будьте любезны, господин каноник[2], скажите, какое душа имеет отношение к магии?

– Самое прямое. Ты знаешь, как человек устроен изнутри?

– Кровь, да мясо.

– И всё?

– Дядюшка хотел меня медицине учить, но я отказалась. Мерзость всё это.

– Хм…

Учитель встал, взял с полки книгу и вернулся ко мне. Естественно, даже книги в этом доме были необычными. Что внутри, что снаружи исписаны какими-то закорючками, ничего не понятно. Хорошо хоть с картинками, притом цветными, на медицинский трактат похоже. Дорогая вещица.

– Вот, смотри, так выглядит кровеносная система.

На развороте был изображён образ человека, а внутри него синими и красными линиями растекались артерии и вены.

– Ого, какая точность! Автор наверняка не один год потратил, чтобы это нарисовать!

На мой комментарий Энтинус хитро улыбнулся. Перелистнув страницу, он ткнул пальцем в другую картинку.

– А вот это – душа.

Хм, рисунки не просто похожи, каналы души буквально копируют положение сосудов! Забрав книгу, я принялась её листать. Когда Энтинус хотел вернуть трактат на полку, я, прикоснувшись наконец к заветным знаниям, крикнула:

– Руки убрал! Это теперь моё! Перед сном читать буду!

– «Читать»? – брови наставника взлетели вверх.

– Ну картинки смотреть… Зануда. Откуда она у тебя?

Захлопнув книгу, я обняла её, но учитель, похоже, не собирался настаивать, лишь плечами пожал.

– Наследие моей родины.

– Которая находится… где?

– Ты такого города не знаешь.

– Отвечай, раз спрашиваю! Я географию сдала с отличием!

– Я прибыл из города, что зовётся Андропония.

Как… гордо он это произнёс, аж грудь выпятил! Стыдно признавать, но я действительно не слышала такого названия.

– Прости, все глухие деревушки не упомнить, в какой это части Лампары? Судя по внешности, ты больше на восточных смахиваешь. Я угадала?

– Возможно.

– Тьфу на тебя! Вернёмся к уроку.

Вздохнув, Энтинус поскрёб ногтем кончик носа. Хих, наверное, боится, что я опять его перебью. В Академии меня бы давно за такое поведение на горох поставили.

– Итак… Каналы души переносят ману так же, как сосуды – кровь. Энергия души питает наше тело… что?

Расплывшись в издевательской улыбке, я подняла руку. Этого хватило, чтобы сбить учителя с мысли. Он, оказывается, такой же новичок в преподавании, как я – в магии.

– Ты не рассказал, почему мне больно стало.

Ха-ха-ха-ха! Вы бы это видели, наставник так скривился… Мне стоило огромных усилий не заржать во весь голос.

– Ты… издеваешься?

– Считай это проверкой твоих навыков. Из того, что я вижу, учить ты не умеешь. Совсем.

– Я думал, мы закрыли эту тему.

– Считай это напоминанием. Продолжай.

Интересно, насколько его хватит?

– Эх… видимо, ожоги на физиономии ничему тебя не научили.

– Ты…!

Продолжить я не смогла: челюсть перестала