Вернуть дворянство - Дмитрий Крам

Если бы не сотни полуголых женщин рядом, я бы, наверное, спасовал, отвел взгляд от океана, но на меня смотрели десятки глаз. Смотрели с пониманием. Они точно знали, что я чувствую. Знали, как место давит, как проверяет гостя на прочность. Сейчас решалось, смогу ли я здесь остаться или придется уехать.

Наваждение спало так же внезапно, как и накатило. Вот я стою, ощущаю себя букашкой, дыхание сперто, упрямый взгляд нацелен на горизонт, и через секунду раз, и всё. Словно и не было ничего. И только по улыбкам и кивкам старух я понял, что не померещилось. Взаправду было. Вот она настоящая магия, а не этот ваш табур.

Нихрена мы об этом мире не знаем.

— Ты бы хоть предупредила, бабуль, — тихо прошептал я, похлопывая круглый валун и устало сползая на камни. И лишь смеющийся крик чайки был мне ответом.

Отдышавшись, помахал одной из групп женщин, взглядом спрашивая разрешение подойти. Кажется, та, что у них за главную, недалеко от нас живет. Или нет. Я пока не настолько хорошо их лица отличаю.

— День добрый, аджумони — сказал я по-корейски и поклонился. — Меня зовут Ен.

Женщина выглядела лет на сорок, хотя понятно было, что ей больше. Она явно глава кооператива.

— И тебе светлых дней, гость, — с интересом заявила она.

— Могу я купить у вас немного свежих морепродуктов?

— Ха, — подбоченилась глава, обернувшись на подруг.

— А чего сам не сплаваешь и не поймаешь? — с притворным вызовом спросила одна из женщин.

Шутить будут. Ладно, пусть. Я не обижусь. Такие тут правила игры.

— А вы тогда зачем? — с трудом сдерживая улыбку, постарался изобразить возмущение.

Женщины засмеялись. Что ж, похоже, первый шаг сделан. Нужно развивать атаку и заслужить их благосклонность.

— Я плаваю чуть лучше камня. Если стану нырять сам, то наутро буду кормить крабов вон в той бухточке, — указал пальцем. Женщины синхронно повернули головы в место, где словно выкусили часть берега и куда наносило много мелкого мусора. — Я люблю морепродукты, но не настолько.

— Ладно, — махнула рукой старшая, наигранно сжалившись. — Выбирай.

В ведрах и прозрачных сетках лежала куча ракушечных моллюсков и копошилось множество гадов, названия половины из которых я и не знал.

— Вы живете по улице, что выходит прямо на поля? — спросил я у нее.

— Да, — кивнула она.

— Значит, не показалось. А не могли бы вы сами выбрать, что сгодится на ужин семейной паре? У вас взгляд наметан. К тому же это будет отличная проверка моей жены.

Женщины понимающе переглянулись и зашептались. Процесс подбора их увлек. Я же спросил, как зовут старшую. Она носила имя Минхе.

— Не сочтите за наглость. Не могли бы вы принести это к моему дому? Моя жена расплатится за всё. У меня просто руки будут заняты.

С этими словами я подошел к выброшенному на берег бревну. Если бы столб выкинуло сегодня, я бы ни за что не решился его брать. Но древесину уже неплохо подсушили местные ветер и солнце. Я поднял побелевший от морской соли ствол и взвалил на плечо.

Ух! Поход до дома обещает быть увлекательным. Пройдя полсотни шагов и выйдя на дорогу, я вспомнил, как еще в другом мире купил гирю в тридцать два килограмма и нес её домой через весь город. Одну остановку стерпел. На второй проклял себя, а вот после третьей это стало делом принципа. Это до сих пор было моей самой тяжелой тренировкой. Сегодня, чувствую, рекорд по самовыжиманию побью.

* * *

Приятно видеть, как Джи-А суетится за столом. Такая сосредоточенная, словно накормить меня сейчас — самое важное дело в мире. Правильно, что я её взял. Прицеп трудностей ерунда по сравнению с тем, что я возвращаюсь не в пустой дом.

Плечи ныли. Ноги болели, про спину вообще молчу, но на лице была счастливая улыбка.

Джи-А ждала меня у ворот. От её обеспокоенного взгляда почему-то стало хорошо. Я смог еще чуть-чуть напрячь волю и заставить себя сделать последние шаги. Так что завтра смогу поставить тренажер, если вообще поднимусь с матраса.

К моему сожалению, ступора у помощницы не случилось. Она точно знала, как называется каждая склизкая хрень и как её готовить.

— Только я осьминога не варила, — сказала Джи-А, поставив передо мной последнюю чашку. — Не знала, вдруг ты сырой захочешь.

— Ты шутишь? Столько лет прожить, чтобы однажды задохнуться от присосавшейся к горлу частички щупальца. Нет, спасибо. Кидай в бульон.

Девушка пожала плечами и нарезала бедолагу ножницами.

* * *

А потом потянулись благостные денечки. Целый месяц шел по одному распорядку. Утром пробежка в гору. Затем спарринг с Джи-А. После обеда языковые курсы в одной из местных школ. Да-да, я начал учить корейский. Только вот чеджудский диалект тут не преподавали. Его вообще нигде не преподавали. Не то чтобы я испытывал какие-то проблемы из-за языкового барьера, нет, у меня же есть помощница. Просто любая группа людей это всегда связи, а они мне нужны.

После школы я тренировался с табуром во дворе, разрабатывая собственные техники. А потом еще гонял Джи-А. Несколько парных связок у нас тоже должны быть, мало ли как оно всё повернется. Взаимодействие в команде здесь редкость. Каждый сам себе мастер, ага. А потом цепляют союзный отряд техникой второго ранга.

Изредка удавалось прогуляться с помощницей по горным тропам, дикому пляжу, а то и напроситься к кому-нибудь на чайную плантацию или мандариновую рощу.

Благодаря Джи-А наша пара быстро стала частью местного сообщества. Мы уже знали всех жителей улицы. Ну как мы… она. Я кроме Минхе и парочки молодых симпатичных девчонок никого и не запомнил. Это киборгом надо быть, чтобы столько похожих составных имен в голове держать.

Кабана уже все представители местной фауны зауважали. Мне казалось, он держит весь район. Даже сапсан, обитающий в этой части острова, ни разу не летал над нашей деревней, а вот за её пределами я видел его постоянно.

За это бабульки, имеющие куриц, приносили голубю дань. С тех пор как мы поселились, ни у кого из них не