Провославие в Пруссии. Век ХVIII - Георгий Олегович Бирюков

Восточной Пруссии, за исключением города Мемеля. В январе 1758 года русская армия начала новое наступление, в результате которого Восточная Пруссия была полностью очищена от немецких войск. 11/22 января 1758 года русскими был занят Кёнигсберг, а затем вся провинция оказалась под контролем России. На протяжении нескольких лет в Пруссии находились десятки тысяч русских православных людей, которые совершали военные походы, сражались, несли гарнизонную службу и находились на зимних квартирах. России пришлось поддерживать транспортные связи, создавать склады продовольствия, снаряжения, боеприпасов, формировать свою администрацию для управления краем. Пришлось реконструировать крепости в Пиллау и Мемеле, строить новые укрепления в Кёнигсберге. Русские инженеры построили мост через реку Неман в Тильзите, Русскую набережную в Пиллау и многие другие объекты. Кёнигсберг и другие крупные города Пруссии постепенно наполнялись русскими людьми: офицерами, чиновниками и т. д.

Религиозность русской императорской армии

Высокую степень религиозности регулярного российского воинства наглядно показывает одна проблема, выявившаяся в начале Семилетней войны. Движение армии фельдмаршала Степана Апраксина к Гросс-Егерсдорфу в значительной степени пришлось на время Петрова и Успенского постов. В своей реляции императрице Елизавете Петровне о прибытии войск на театр военных действий, расположении их и об увеличении числа больных в армии, написанной в Ковно 7 июня 1757 года, Апраксин особо остановился на проблеме питания русских солдат в дни поста:

«Одно только мне весьма прискорбно, что число больных умножается, как из приложенной при сем ведомости всемилостивейше усмотреть изволите, а хотя оные и нетрудны, однако долго не оправляются, но весьма слабы, чему без сумнения и пост нынешней несколько причиною, ибо во всей по тракту Литве и Курляндии, даже до сего, места, я рыбы почти не видал, а где и нашлось, весьма малое число, то негодная. Правда, что указом блаженной и вечно достойной памяти государя императора Петра Великого, вашего величества вседражайшего родителя, и повелевается солдат в таком случае в пост мясо есть заставливать, но я собою силу того указа при нынешнем случае в действо произвесть не дерзаю, но предаю всевысочайшему вашего императорского величества соизволению. Только, всемилостивейшая государыня, кажется весьма нужно было б для скорейшего их выздоровления сей способ употребить, ибо в сей земле почти ни луку, ни чесноку, ниже уксусу найти нельзя, а солдаты в постные дни тем и питаются»[52].

Вопрос послабления поста для православного воинства был срочно рассмотрен Святейшим Синодом. Уже 24 июня Апраксин из главной квартиры армии в Пренах написал письмо канцлеру А.П. Бестужеву о получении указа Святейшего Синода с разрешением войску есть мясо в постные дни:

«Милостивый государь граф Алексей Петрович. Присланные ко мне при письме вашего сиятельства Святейшего Синода указы, коими позволяется находящемуся в моей команде войску, за недостатком пищи, в постные дни мяса есть, мною исправно получены и повеленным образом священникам розданы для публикования и растолкования простолюдству силы оных, а какой возымеет успех, еще предвидеть нельзя. Что же касается до патриаршей грамоты, то я за благо признал оную священникам не сообщать, тем паче, что патриаршеское имя, будучи в России не в привычке, потому и несколько между народом в презрении, более повод к мнимым толкованиям и критике, чем к ожидаемому исполнению подать может. Я же имею честь быть с совершеннейшим высокопочитанием и истиннейшею преданностью»[53].

Патриаршество в России было упразднено Петром I. Видимо, Апраксину была переслана грамота Константинопольского патриарха, которую он не решился объявлять полковым священникам. Любопытно, что фельдмаршал Апраксин не особо надеялся и на успех указов Святейшего Синода, разрешающих русским солдатам есть мясо в постные дни. Это свидетельствует о стойкости православных воинов, готовых соблюдать строгий пост в положенные дни даже в условиях тяжёлого похода и ведения боевых действий. Крепкие духом и телом люди служили тогда в русской армии!

Андрей Болотов в своих «Записках» приводит множество примеров, характеризующих высокую степень религиозности русской армии того времени. Так, во время похода армии Апраксина по территории Речи Посполитой случился праздник Святой Троицы. Болтов пишет:

«В следующий за сим день 18 [мая 1757 года], случился тогда праздник Троицын день. И как главный наш командир был человек крайне набожный и богомольный, то не прежде мы выступили в поход, как отслушав в поставленных полковых церквах обедню, и потому прибыли в назначенный лагерь при другом местечке Пинкове уже на рассвете последующего дня, 19 [мая]»[54].

В Пренах армия Апраксина задержалась на неделю. Одной из причин был приближающийся праздник святых первоверховных апостолов Петра и Павла (29 июня по ст. ст.). Накануне Петрова дня Апраксин сделал генеральный смотр всему своему войску.

«По совершении всего объезда и осмотрении всех полков, назначенных тогда для вшествия в неприятельскую землю, отслужен был молебен для испрошения от Бога начинаемому нами делу благословения <…> На утрие праздновали мы праздник Петра и Павла с обыкновенною церковною церемониею. <…> На другой день после Петрова дня (30-го) прискакал к нам от генерала Фермера майор Романиус с радостным известием, что толь страшная нам прусская пограничная крепость Мемель, которую пошел он осаждать, взята была наконец им <…> В последующий день, что учинит 1 – го числа июля, было у нас во всей армии торжество и молебствие о сем счастливом происшествии, и земля только стонала от звука пушек, гремящих подле фельдмаршальской ставки»[55].

Накануне сражения при Гросс-Егерсдорфе 15 августа (по ст. ст.) случился праздник Успения Пресвятой Богородицы. В 43-м письме своих «Записок» Андрей Болотов пишет:

«… для торжествования праздника Успения Богородицы, воставлены были у нас в полках церкви, и отправлялась божественная служба».

Богослужения в армии проводились и в иные праздничные дни. Так, 5 сентября отмечались именины императрицы Елизаветы Петровны. Отходящая к Тильзиту армия остановилась в Инстербурге. В 51-м письме своих «Записок» Андрей Болотов свидетельствует:

«… в день именин тогда царствующей императрицы нашей, вздумалось предводителям нашим отправить обыкновенное торжество, и для того в некоторых полках поставлены были полковые церкви, для отправления службы Божией, а армия вся выведена была в парад и производима была обыкновенная троекратная пальба из пушек и из ружья…»

В этот день, 5 сентября, возвращавшаяся от берегов Пруссии эскадра адмирала Машукова находилась уже на рейде Ревеля. На всех крупных кораблях эскадры были штатные священнослужители. Для дня тезоименитства ее императорского величества флот был расцвечен флагами и был сделан 101 выстрел в следующем порядке: 21 выстрел с адмиральского корабля и по 7 выстрелов с каждого из прочих. Естественно, на кораблях служились молебны. Богослужения на кораблях проводились и во время пребывания эскадры у берегов Пруссии. Так, в шканечных журналах кораблей отмечено, что 29 июня (день памяти святых первоверховных апостолов