Гарри Поттер и Три Пожилых Леди - Аргус Филченков

— А с другой?

— А другой стороны, Вы дали им понять, что продолжение конфликта приведет к серьезному ущербу для этой самой их репутации. Ведь даже если бы они вернулись к вопросу о Ваших особых способностях, Вы могли бы позже поднять тему выплат при той же миссис Аддерли, а они не уверены, что та не предприняла бы каких-либо официальных действий. В результате их злоупотребление положением опекунов могло бы стать известным всему городку.

— Как это сложно…

— Война — неважно, ведут ее солдаты или такие вот манипуляторы, как Вы — всегда сложное дело.

— Миссис Кейн, а это плохо — быть манипулятором?

— Не всегда. На самом деле, все наше взаимодействие, любые человеческие отношения в той или иной мере построены на манипуляции. И это не всегда плохо. Вот простой пример. Сегодня мы сказали Вам, что такие наши общие встречи заканчиваются, поскольку они слишком опасны, и теперь мы будем встречаться с Вами реже и, в основном, поодиночке. И вот эта встреча — тоже дополнительный риск. Так почему мы не сказали вам об этом во вторник, и снова собрались здесь, несмотря на этот риск?

— Мммм… Чтобы не портить мне день рождения? Это тоже манипуляция?

— Именно. Нам хотелось, чтобы у Вас был полностью счастливый день. Сообщи мы Вам о переменах в начале праздника — и Вы не получили бы удовольствия от собственного Дня Рождения. А в конце — вся радость, которую Вы получили, была бы смазана. И, кстати, просто замечательно, что Ваш день рождения завершился такой прекрасной победой.

— Так что манипуляция — не всегда плохо. Плохо, когда манипулятор вынуждает тебя идти против собственных интересов, — Делла Стрит улыбалась с того самого момента, когда Гарри рассказал дамам о том, как он воспользовался злостью и испугом, — поэтому старайся замечать, когда другие, особенно взрослые, ведут себя так по отношению к тебе.

— А почему именно взрослые?

— Потому что у них лучше получается. Давай, кстати, разберем мой разговор с твоей тетей. Ты ведь все слышал из сада?

— Ага.

— Так вот, почему я сделала вид, что не замечаю тебя и начала разговор, обрушив кучу комплиментов на Дадли и сад тети Петуньи?

— Мисс Стрит, но Вы же сами говорили, что никто не должен знать…

— Не только. Интерес к тебе, даже неодобрительный, сразу же настроил бы твою тетю против меня. С ее точки зрения, идеальная ситуация — когда тебя, Гарри, вообще не существует. Или, по крайней мере, тебя не замечают. А комплименты Дадли и саду — потому что тетя гордится именно ими: Дадли и садом — и может обсуждать их до бесконечности. Далее. Почему я стала жаловаться, что не могла завести такой сад в Калифорнии?

— Чтобы тетя пожаловалась в ответ?

— Совершенно верно. Она уделяет своему саду такое внимание, что, скорее всего, в молодости у нее не было возможности завести что-то подобное. А мне надо было перевести разговор на ее молодость.

— Зачем?

— Чтобы узнать, где искать информацию о ней и ее сестре. Мы же не можем обшарить всю Англию, поэтому нам следовало сократить область поиска.

— О ее сестре? Вы… Вы имеете в виду мою маму? — на глаза Гарри помимо воли навернулись слезы. — Но зачем? Тетя же сказала, что мама и папа погибли.

— Видишь ли, Гарри. Когда весь город знает, со слов твоей тетушки, что твои родители погибли в автокатастрофе — это довольно обычно. Но когда столь заботящаяся о своей репутации персона, как миссис Дурсль, чуть ли не на каждом углу кричит, что ее сестра со своим мужем были бездельниками, алкоголиками, а то и наркоманами — это как минимум странно. Ведь такая репутация твоей мамы бросает тень и на ее собственную репутацию, а Петунье это как ножом по горлу.

— То есть, мои родители не были…

— Готова съесть свою многострадальную шляпу. Впрочем, думаю, она в очередной раз избегнет сей горькой участи. Если бы твои родители действительно были такими, как говорит тетя — она предпочла бы зашить себе рот суровой ниткой, чем хоть раз рассказать об этом. Из чего я делаю вывод, что этой версией она скрывает нечто, значительно более для нее неприятное. И как ты думаешь, что это? Чего больше всего боится твоя тетя?

— Мои папа и мама были ненор… были такими же, как я?

— Это версия номер один. Ну и кстати. Как ты думаешь, удалось ли мне добиться цели? Узнала ли я, где искать записи о твоей маме?

— Думаю, да. Тетя упомянула город Ко… Коукворт. Раньше я никогда про него не слышал.

— Именно так, Гарри. Так, дамы, нам пора. Дерек уже тут, — миссис Бересфорд кивнула мисс Стрит, они обе попрощались и вышли из дома, лишь на пороге миссис Бересфорд обернулась и подмигнула:

— Удачи, Гарри!

Гарри с тоской проводил миссис Бересфорд и мисс Стрит глазами и тут же обернулся к миссис Кейн:

— Миссис Кейн, я все понял и все сделаю правильно. Но почему именно сову?

Глава 7. Совиный гамбит

Несмотря на свою славу заядлого хулигана, в такой процессии Гарри принимал участие в первый раз. Впереди шествовал лично суперинтендант МакФергюссон, держащий идущего на полшага позади паренька за ухо. К слову, опыт у мистера МакФергюссона был явно немалый: уху было совсем не больно, но попытайся Гарри вырваться — вряд ли у него что-нибудь получилось бы.

Чуть позади следовала все еще бодрым шагом миссис Кейн, демонстрирующая крайнюю степень рассерженности.

Еще немного сзади, короткими перебежками от калитки к калитке, перемещались Литтл-Уингингские кумушки, и вся эта процессия (которая, без сомнения, останется в памяти обитателей городка на долгие, долгие годы) медленно, но неотвратимо смещалась к дому мистера и миссис Дурсль.

Гарри немного потряхивало, все же он участвовал в настоящей, как говорила миссис Кейн, операции в первый раз, но здоровенный седой полицейский умудрился погладить большим пальцем его ухо, не ослабляя хватки. Гарри стало поспокойнее. Тем более, что миссис Бересфорд и мисс Стрит временами улыбались ему из толпы сплетниц.

Когда они приблизились к