На внутреннем фронте Гражданской войны. Сборник документов и воспоминаний - Ярослав Викторович Леонтьев

Симферополь ген. Слащеву, что он предоставляет себя в распоряжение последнего и помимо его вмешиваться в симферопольские события не будет. На этом доклад ген. Май-Маевского был прерван из Симферополя выключением прямого провода. От ген. Слащева вслед за этим ген. Май-Маевским были получены через Севастополь две телеграммы с указанием генерала Слащева: «Резких мер» не принимать, «происшедшее считаю результатом горячности». В 10 часов вечера в Симферополь прибыл кн. Романовский. Во время переговоров представителей думы с кап. Орловым последний показал телеграмму ген. Слащева, предлагавшую ему подчиниться ген. Май-Маевскому и сдать ему власть в Симферополе. Это требование очень волновало кап. Орлова и он говорил, что готов подчиниться Слащеву, но Май-Маевскому, так позорно сдавшему Харьков, поведение которого там было равносильно предательству, он подчиниться не может. По приезде кн. Романовского между ним и кап. Орловым, с глазу на глаз, произошёл разговор, сущность которого по показанию кн. Романовского заключалась в том, что кап. Орлов доложил, что он подчиняется кн. Романовскому, но что с его стороны всё готово к бою с ген. Май-Маевским и обезоружению его отряда. После этого последние распоряжения кап. Орлова кн. Романовским были отменены, им были освобождены арестованные и сообщено ген. Май-Маевскому о том, что за порядок в городе он отвечает и что приезду ген. Май-Маевского противодействия оказано не будет. В виду этого ген. Май-Маевский в Симферополь не вступил, а возвратился в Севастополь. По приказанию ген. Слащева, полученному по телеграфу, все городские власти были восстановлены на местах и приступили к исполнению своих обязанностей. Капитан же Орлов отдал распоряжение о выходе его отряда из города. Приказание кн. Романовского остаться в Симферополе он не исполнил и в повышенном настроении твердил, что ген. Слащев его обманул, выдвинув против него группу ген. Май-Маевского. Остались в Симферополе и не последовали за кап. Орловым из состава его полка: команда пулемётчиков, артиллеристы и третья маршевая рота. Перед самим уходом кап. Орлова из города пор. Орлов доложил по прямому проводу полковнику Дубяго, что в виду того, что ген. Май-Маевский подходит к городу и что может произойти кровавое столкновение, кап. Орлов выводит отряд в горы. Полковник Дубяго ответил, что самое лучшее было бы, чтобы кн. Романовский, кап. Орлов, его помощник и лица командного состава выехали из Симферополя в Джанкой до прихода Май-Маевского, а отряд оставить в городе, причём гарантировал честным словом ген. Слащева и своей честью полную безопасность. Так как кап. Орлов уже ушёл из города, то полк. Дубяго приказал ленту разговора отправить вслед кап. Орлову с ординарцем (т. II, л. 143).

Лента разговора была отправлена кап. Орлову с ротмистром Крымского конного полка Глазер<ом>, профессором Байковым40 и предводителем дворянства Днепровского уезда Карамановым. Ещё ранее этих лиц, в 4 часа 24 января, в деревню Мамут-Султан кап. Орлову начальником гарнизона был отправлен полковник Оболенский для передачи ленты разговора ген. Лебедевича-Драевского с полк. Дубяго, в каковом разговоре полк. Дубяго предлагал кап. Орлову вместе с отрядом вернуться в Симферополь, гарантируя всем вернувшимся полную неприкосновенность. По прочтении этой ленты в деревне Мамут-Султан капитан Орлов прослезился и сказал: «Едем, господин полковник, я согласен». Разговор полковника Оболенского с кап. Орловым был, по-видимому, подслушан его подчинёнными, которые при выходе кап. Орлова из комнаты заявили ему, что он их начальник, и они его не выпустят. После этого между кап. Орловым и его подчинёнными произошёл разговор в отсутствие полк. Оболенского, в результате которого кап. Орлов заявил, что в Симферополь он не поедет, так как не знает, каково положение в городе и что вообще он может поехать лишь в том случае, если будет смещён командир городской стражи, начальник гарнизона и начальник уголовного розыска. В час дня 24 января полк. Оболенский выехал обратно в Симферополь.

Что касается ротмистра Глазера, профессора Байкова и г. Карабанова, то они настигли кап. Орлова в ночь с 25 на 26 января в деревне Саблы. Они сообщили Орлову, что они явились изыскать пути для скорейшего и возможно безболезненного разрешения инцидента. В результате собеседования кап. Орловым было вручено посредникам для передачи ген. Слащеву и Лебедевичу-Драевскому два экземпляра документа, написанного им карандашом и озаглавленного: «наши условия».

Содержание этих условий следующее: «1) Немедленное удаление всех нами арестованных лиц, кроме ген. Чернавина, которые своей работой губят фронт, и привлечение к работе лиц, не считаясь с их возрастом и чинами, а способностью; 2) Предоставление нам права путём печати объяснения мотивов нашего выступления; 3) Опровержение всех несправедливо возведённых на нас нареканий путём широкой гласности; 4) Восстановление полностью Крымского полка добровольцев для отправки на фронт с оставлением в городе Симферополе кадра для дальнейшего разворачивания части; 5) Немедленное освобождение офицеров и солдат, которые привлечены к ответственности в связи с нашим выступлением, за исключением обвиняемых в принадлежности к большевизму». Эти условия были переданы ген. Лебедевичу-Драевскому, а последним доложены ген. Слащеву. Во время переговоров профессора Байкова и др. с кап. Орловым, участниками Орловского выступления высказывалось, между прочим, что всё возрастающее разложение тыла обрекало фронт на неизбежную гибель, а что при таких условиях отряд кап. Орлова должен был стать центром новых военных формирований для новой борьбы с большевиками. Другой офицер добавил, что если – паче чаяния – капитан Орлов теперь найдёт почему-либо необходимым пойти на уступки и согласится уехать, то они, во всяком случае, останутся верными идее и работать в той безобразной обстановке, от которой ушли, не будут. Кап. Орлов говорил, что если ген. Слащев не имеет достаточно времени, чтобы упорядочить тыл, то на местах должны быть люди, желающие бескорыстно и честно служить общему делу, что им, казалось бы, что было бы правильней обревизовать все военные учреждения и тогда, быть может, пришлось бы вешать преступников, а не тех, кто не желает с ними служить (т. II, л. 57, 139).

В ответ на условия кап. Орлова на следующий день был опубликован приказ ген. Слащева, состоящий из 6 пунктов и заключающий его решение. Кап. Орлов со своей стороны, с отрядом, достигающим приблизительно 200 человек, удалился в горы и прибыл в Алушту к 3-му февраля. На своём пути, по деревням, кап. Орлов созывал сходы, на которых обращался с призывом вступать в его отряд. Призывы его успеха не имели, за исключением деревни Мангулы, где к нему присоединилось человек 50. В обращении к крестьянам кап. Орлов говорил о том, что Симферополь занят большевиками и он идёт против них (т. II, л. 6, 84). В Алуште кап. Орлов сменил коменданта