Крылья Мальгуса. Ступень Четвертая. Часть вторая - Инди Видум

Говорил я не просто так: на горизонте уже появился злой Серый, призывно машущий рукой. Почему он не воспользовался телефоном, знал только он сам. Видно, решил, что самому искать будет надежнее и быстрее.

— Выезжаем, — заявил он, стоило мне к нему подойти. — Договорился, что вылет — как только подъедем. А там машину по месту найдем.

Я лишь забежал к себе и набрал вещей, часть из которых бросил в сумку, а часть — в пространственный карман. Без сумки вообще можно было обойтись, но светить своими умениями лишний раз не хотелось.

Так что буквально через час мы сидели в мягких креслах в уютном салоне, рассчитанном человек на восемь, и готовились к взлету. Предварительно я проверил на заклинания и символы, в том числе незакрытые. Не хотелось оказаться в ситуации, когда магия не действует, а самолет летит прямиком в землю. Не уверен, что Накрех успел бы устроить диверсию за это время, но проверять не хотелось.

Я устало откинул голову на спинку кресла, и тут меня настиг вызов от Дамиана.

— Привет, Мальгус, — процедил он с таким видом, как будто я кругом был ему обязан. — Я к тебе с результатами

— Неужели вы все-таки подсчитали, Дамиан? Не прошло и полгода. Мы здесь мечемся, не зная, за что хвататься, чтобы спасти твою задницу, а ты там вообще не шевелишься.

— Не юродству, Мальгус. Мы торопились, как могли. Существуют разногласия по точно дате смерти Накреха, — сказал он. — В разных источниках отличается на две недели. Твою-то мы точно помним.

Он сказал, сколько дней прошло с моей смерти там, и я убедился, что время течет в обоих мирах примерно одинаково. Если и была разница на пару минут, то вряд ли она как-то отразилась. К сожалению, с Накрехом такой точности не было: плюс-минус 16 дней — не слишком хорошая точность, а в нашем положении еще и увеличивающая времязатраты. Так что я Дамиана, конечно, поблагодарил за проделанную его командой работу, но вышел из снохождения не такой уж довольный.

— Ярослав, ты уже с нами? — обрадовался Серый. — Мы с Даней обсуждаем, нужен ли нам самолет.

— И что вы решили? — поинтересовался я.

— Решили, что нужен. Теоретически даже этот можем взять, — вдохновенно сказал Серый. — Причем вместе с пилотом. Машинка относительно новая, добавим артефактов для безопасности и перекрасим в цвета клана. Герб, опять же нарисуем…

— А этот самолет точно продается?

— Точно, — вместо Серого ответил Постников. — Хозяин разорился, потому что услуга невостребованная оказалась. Он сейчас в долгах как в шелках и без квартиры остался.

— А ты как думаешь, нужен нам самолет или нет?

— Давай сначала решим, нужен ли нам или нет этот участок, — выдвинул встречное предложение Постников. — И уже исходя из этого, будем думать о самолете.

Глава 10

Летели мы часа четыре, и все это время я размышлял о разном. Например, не тресну ли от избытка собственности. Это Серый может радоваться: чем больше имущества — тем важней финансовый директор. Вон как увлеченно изучает в который раз документы, любовно поглаживая листы, на которых они напечатаны. Для него вопрос не стоит, брать или не брать. Конечно, брать, и побольше.

А вот Постников куда более скептически настроен, по нему видно: и перед отлетом оставил задание проработать и сейчас что-то изучает на ноуте. Имущество же не взялось ниоткуда? Вот и хочет узнать, чем нам грозит владение.

Размышление о подгоне от Тумановых перемежались с размышлениями о Накрехе. Почему он затих именно сейчас, когда успешно провел несколько акций устрашения? Считает, что я подобрался к нему совсем близко? Или готовит что-то такое что отнимает много времени?

И Светлана опять же ведет себя так, словно нас ничего не связывает: холодно-отстраненно. Ни разу не удалось с ней даже переговорить наедине, не то что… Я вздохнул. Пожаловалась ей, наверное, Ангелина на втык от Ефремова. С такими подругами, как эта Шувалова, и врагов никаких не надо.

Приземлились мы на мелком частном аэродроме вблизи Макарова, города около которого и был участок, запланированный к передаче нам. При аэродроме никаких гостиничных номеров не было, так что было решено ехать в сам город, устраиваться в гостинице и уже там решать, с чего начнем осмотр.

— Может, до моря прошвырнемся? — мечтательно предложил Серый. — Пару раз макнемся. Все равно сегодня никуда не успеем.

— Оно уже холодное, — возразил Постников. — Это тебе не юга.

Дело двигалось даже не к вечеру, а к ночи, поэтому температура способствовала бодрости тела и духа и без принудительного макания в холодное море. Летом, наверное, тут благодать — если примем предложение, то узнаем.

— Не юга, но и не настолько холодное, чтобы не снять пробу, — уже не столь уверенно возразил Серый.

— Хочешь — иди купаться. Я лучше днем схожу. Сейчас промозгло.

— Днем — тоже дело. Решено: идем смотреть на море днем. Эх, сказал бы мне кто-то пару лет назад, что мы так развернемся, в лицо бы ему заржал.

— Пару лет назад и нас как общности не было, — остудил его восторги Постников.

— Вот именно. А сейчас мы величина, и становимся только весомей с каждым днем.

Постников только насмешливо хмыкнул, не желая спорить и дальше.

Пилот стоял неподалеку от нас, переминаясь с ноги на ногу. Не мог решить, с нами он или отдельно.

— Оплатим Владимиру Григорьевичу гостиницу? — щедро предложил Серый, который наверняка уже считал пилота членом нашей команды. А как иначе? Нам же сюда добираться придется, и не один раз, если мы решим актив взять.

— Оплатим, — согласился я. — Владимир Григорьевич, вы не будете возражать, если я на самолет пару охранных заклинаний брошу? И мне будет спокойнее, и вам.

— Разумеется, Ярослав Кириллович, как вам угодно, — сразу ответил он.

После чего я занялся безопасностью обратного полета, ставя защитные и сигнальные заклинания. Не хотелось бы, чтобы полет получился в один конец. А так хоть какая-то гарантия.

Я уже закончил, в Серый все расписывал пилоту преимущества вхождения в наш клан. Он даже успел пообещать домик в «Вишневом Саде». Опрометчивое обещание, поскольку о мужике мы не знали ровным счетом ничего. Мало ли какие у него могут быть развлечения? Может, он по ночам на луну воет или, того хуже, режет всех подвернувшихся блондинок? То, что выглядит прилично, еще ни о чем не говорит — если бы все маньяки не были похожи на нормальных людей, их бы арестовывали куда чаще.

Такси-микроавтобус наконец подъехало, и мы толпой загрузились. Деловых разговоров при посторонних мы не вели, хотя Постников дал понять, что у него появилась интересная информация. Шофер оказался болтливым до невозможности и вскоре мы уже знали все, что нужно, и все, что ненужно. Серый решил, что такой источник информации пропадать не должен, и нанял его на весь следующий день, отчего словесный поток из водителя только усилился. Видно, негусто у мужика было с заказами.

Гостиница оказалась, как пренебрежительно выдал Серый, «немного не нашего уровня». Но на наш уровень здесь ничего и не предполагалось — обычный маленький провинциальный городок, не дотягивавший до курортного, потому что море было северным, а значит, довольно холодным. Активы, которые принадлежали исчезнувшему клану, нынче управлялись назначенными канцелярией людьми, и даже то, что еще оставалось на плаву, было уже близко к тому, чтобы пойти на дно. Причем не весело и с музыкой, а грустно-печально и без возможности восстановиться. Это нам еще шофер по дороге рассказал. Хоть консультантом его бери по местным активам. Правда даже Серый этого ему не предложил, поскольку прекрасно знал, что таксисты — люди, разбирающиеся даже в том, чего никогда не видели и о чем слышали впервые.

Но гостиницы таксист знать был должен, и поскольку он сказал, что эта — лучшая, то пришлось ему поверить на слово. Никаких люксовых вариантов предусмотрено не было, поэтому мы взяли четыре номера первой категории, забросили туда вещи и спустились в ресторан поужинать. Поскольку с нами был пилот, то опять же, ничего по делу мы не говорили. Нам и без этого было и что говорить, и что делать: кормили весьма неплохо и по таким ценам, что даже Серый выглядел довольным.

После ужина пилот все-таки оторвался от нашей теплой компании и ушел к себе, не заметив, что я и на него бросил несколько заклинаний. Нет, я его ни в чем не подозревал, но не хотел, чтобы через него добрались до нас. Так что, если он с кем-то будет общаться, я об этом узнаю, подслушаю и даже не буду испытывать угрызения совести.