Запасной - Принц Гарри, Герцог Сассекский

  Вот что привело меня в замешательство, так это пребывание Марко в рядах Уэльской гвардии. Иногда я смотрел на него и вспоминал тех восьмерых уэльских гвардейцев, которые взяли на плечи гроб и отнесли его в придел аббатства. ...Я пытался напомнить себе. что Марко в тот день там не было. Пытался напомнить себе, что в любом случае этот ящик был пуст.

  Всё в порядке.

  По «рекомендации» Тигги я ложился спать всегда раньше всех остальных, я не протестовал. Дни были длинные, палатка была желанным коконом. Парусина приятно пахла старыми книгами, пол укрывали мягкие антилопьи шкуры, на моей кровати лежал уютный африканский плед. Впервые за много месяцев и даже лет я сразу засыпал. Конечно, мне помогали отблески костра на стене, разговоры взрослых возле палатки и звуки животных вдали. Визг, мычание, рычание - что за гам они устраивали в сумерках, начиналась горячая пора. Их час пик. Чем позднее был час, тем больше они шумели. Меня это успокаивало. И мне было весело: как бы ни шумели животные, я всё равно слышал смех Марко.

  Однажды ночью, прежде чем уснуть, я пообещал себе, что найду способ рассмешить этого парня.

  23.

  Как и я, Марко любил сладости. Как и мне, особенно ему нравились пудинги. (Он их называл «пуды»). Так что у меня возникла идея приправить его пудинг соусом табаско.

  Сначала он завоет. А потом поймет, что это - шутка, и рассмеется. О, как он будет смеяться! Потом поймет, что это моих рук дело. И рассмеется еще громче!

  Я не мог больше ждать.

  Следущим вечером, пока все обедали, я на цыпочках вышел из обеденной палатки. Прошел по тропинке пятьдесят метров к кухонной палатке и вылил целую чайную чашку соуса табаско в миску Марко с пудингом. (Это был хлебный пудинг, мамин любимый). Работники кухни меня заметили, но я приложил палец к губам. Они захихикали.

  Быстро вернувшись в обеденную палатку, я подмигнул Тигги. Я уже поделился с ней своим планом, и она сочла шалость блестящей. Не помню, рассказал ли я Уиллу о том, что собираюсь сделать. Наверное, нет. Я знал, что он это не одобрит.

  Я с нетерпением считал минуты до подачи десерта, с трудом сдерживая смех.

  Вдруг кто-то крикнул:

- Ух ты!

  Кто-то еще крикнул:

- Что за...!

  Мы все обернулись. Возле открытой палатки со свистом рассекал воздух темно-желтый хвост.

  Леопард!

  Все замерли. Кроме меня. Я шагнул ему навстречу.

  Марко схватил меня за плечо.

  Леопард ушел, словно прима-балерина, по тропинке, по которой я шел недавно.

  Я оглянулся и увидел, что взрослые смотрят друг на друга, открыв рот. Что за черт. Потом они посмотрели на меня. Что за чеерт.

  Все они думали об одном и том же, представляли один и тот же заголовок крупным шрифтом, который ждал бы их дома.

   «Принца Гарри растерзал леопард».

  Мир пошатнется. Головы полетят.

  Я ни о чем таком не думал. Я думал о мамочке. Этот леопард, очевидно, был знаком от нее, посланником, который должен был сообщить:

  »Всё хорошо. И всё будет хорошо».

  В то же время я думал: «Какой ужас!».

  Что было бы, если бы мама наконец вернулась из своего укрытия и узнала, что ее сына заживо съел леопард?

  24.

  Как член королевской семьи, вы всегда должны сохранять буферную зону между собой и мирозданием. Даже пробираясь сквозь толпу, вы должны сохранять благоразумную дистанцию между Собой и Ими. Дистанция - это правильно, это безопасно, это обеспечивало выживание. Дистанция была необходимой частью жизни королевской семьи, так же, как необходимость стоять на балконе со своей семьей и махать толпе за воротами Букингемского дворца.

  Конечно, отношения в семье тоже предусматривали дистанцию. Не имело значения, как сильно ты кого-то любишь - никогда не удавалось преодолеть эту пропасть между, скажем так, монархом и ребенком. Или Наследником и Запасным. Не только физически, но и эмоционально. Не только Уилл требовал, чтобы ему предоставили личное пространство - представители старшего поколения не переносили никаких физических контактов. Никаких объятий, никаких поцелуев и похлопываний. Иногда, возможно, слегка соприкоснуться щеками...по особому случаю.

  Но в Африке все эти запреты не действовали. В Африке дистанция исчезла. Все живые существа свободно перемешались. Только лев шествовал, гордо подняв голову, только у слона была походка императора, но даже они не находились в полном вакууме. Они каждый день находились среди своих подданных. У них не было другого выбора. Да, существовали хищники и жертвы, жизнь могла быть отвратительной, жестокой и короткой, но моему подростковому взгляду всё это казалось дистиллированной демократией. Утопией.

  И это не считая крепких объятий и просьб «дать пять» от всех охотников и гидов.

  С другой стороны, возможно, мне нравилось не только то, что я был так близко от других живых существ. Наверное, мне нравилось их ошеломляющее количество. За несколько часов я переместился из царства сухого бесплодия и смерти в плодородные угодья. Наверное, этого я жаждал больше всего - жизни.

  Возможно, в Окаванго в апреле 1999 года я нашел настоящее чудо.

  Эту неделю я прожил с широко открытыми глазами. Наверное, я не переставал улыбаться даже во сне. Если бы меня переместили в Юрский период, я и то не испытывал бы столь благоговейного ужаса, и пленили мое воображение не только тиранозавры рексы. Мне нравились и мельчайшие существа. И птицы. Благодаря Ади, несомненно, самому смекалистому гиду в нашей группе, я начал различать грифов с капюшоном, египетских цапель, нубийских пурпурных щурок, орланов-крикунов в полете. Даже жуки были неотразимы. Ади учил меня дейсвительно их видеть. Смотри вниз, говорил он, замечай разные виды жуков, восхищайся красотой личинок. Оцени барочную красоту термитников - это самые высокие сооружения, которые строят живые существа, не считая людей.

  - Так много нужно узнать, Гарри. Оценить.

  - Ты прав, Ади.

  Когда мы с ним бродили по округе, каждый раз натыкались на свежий остов, по которому ползали личинки или рядом с которым копошились дикие собаки, или спотыкались о гору слоновьего навоза, из которого росли грибы, похожие на колпак Артфула Доджера, Ади никогда не пугался:

- Круговорот жизни, Гарри.

  По словам Ади, самым волшебным животным среди нас была вода. Окаванго тоже была живым существом. В детстве он прошел ее с отцом по всей длине, они несли с собой только спальные