История Киева. Киев руський - Виктор Киркевич

по душе партийному руководству Украины. В то время не по годам амбициозный ученый выбрал дату празднования юбилея Киева – 1982 г., и это было не случайно. Год основания города, именно города, а не просто Киева, должен быть – 480, тогда, по существующей терминологии ноль в конце свидетельствовал о приблизительной дате, но 1980 год был годом Олимпийских игр в Москве. Совмещение этих празднеств уменьшило бы торжественность мероприятия. Можно было назвать годом основания города 485-й, но, как выразился Петр Петрович на встрече в Клубе киевоведов в 1979 г.: «Долго было ждать». Поэтому и был выбран 482 г., где последняя, не круглая, цифра как бы указывала на точность определения, то есть не был определен лишь месяц…* * *

Происхождение Киева и княжеские династии давно интересовали неравнодушных к истории людей. Суждения этих любителей часто не совпадали с мнениями, а еще более, с догмами ученых. Так как задача моего компилятивного труда – заинтересовать, возбудить желание публики читать, приведу мнения не ученых, а фантазеров-писателей. Их предположения основаны на отдельных научных фактах, выдернутых из серьезных исторических книг. «В лета 1972» по Киеву прошел гром, нет, скорее, «Бич Божий» – вышел роман Ивана Билыка «Меч Арея», где рассказывается о киевском князе Богдане Гатыле – так автор переименовал вождя гуннов Аттилу. Тем самым он «переселил» к нам этого вождя варваров из Хунгари (Венгрии). Но книга моя не о генезисе гуннов, хотя не исключено, что к этому процессу был причастен и Киев. Дам слово И. Билыку. Предисловие к книге вызвало неоднозначную реакцию, сразу сделавшую роман бестселлером. Вся научно-историческая верхушка, проникнутая партийным духом, кипела и шипела… Книга попала под «цековское» постановление, в котором «рубили» литератора, а с ним незаурядных историков Е. Апанович, М. Брайчевского… Итак, цитирую автора в переводе: «Мнения о том, что гунны издавна жили на наших землях, придерживались и ученые поздних времен. Вслед за Птолемеем, который писал, что гунны (хойны) живут на левом берегу Днепра, вслед за Аммианом и Марцианом Гераклийским такой же точки зрения придерживается и Адам Бременский, северонемецкий хронист второй половины ХI в.: столица Гунигарда называется у него Хивен. И если это название кажется нам сомнительным, то обратимся непосредственно к преемнику и земляку Адама Бременского – Гельмольду. Этот историк, который жил в середине ХII в., в своем фундаментальном труде «Хроника славян» неоднократно повторяет, что все славянские земли, которые лежат на восток от Дании и славятся большими богатствами, датчане называли когда-то Остроградом, а теперь, в его время, называют также Гуни – из-за того, что их население состояло из гуннов. Там размещает он и гуннский метрополис (столицу), который называется Хуе. По его словам, земля гуннов начинается сразу же за Эльбой. Ученый, которого никак не назовешь славянофилом – напротив, в немецкой экспансии на восток он был одним из ее идеологов, – все эти земли отдает гуннам. И это в то время, когда, если верить некоторым историкам, гуннов уже давно на свете не было, а их остатки уже несколько столетий ассимилировались с венграми. Из этого следует, что так называемые гунны – народ испокон веков европейский и ниоткуда, тем более с Северного Китая, не пришел. Но тут возникает что-то новое. Говоря про Гуниг, Гельмольд нисколько не сомневается, что это страна, по сути, славянская, и даже в свое время, в середине ХII в., в период наибольшего расцвета Киевской Руси, могущественнейшей среди всех европейских государств, называет «метрополисом» славянского мира Хуе. Что это на самом деле Киев, находим подтверждение у других ранних и поздних авторов. Ф. Гаген, например, в своих примечаниях к первому немецкому изданию «Песни о Нибелунгах» говорит, что Киев, тот самый, что, по Гельмольду, называется Хуе, в сагах «Киенуборг в Канугарде» варяги называли Самбатом, то есть сборным пунктом для кораблей на Днепре (по-немецки Sammelplatz der Boote, сокращенно Sambot). Этот Самбат не вызывает никаких сомнений. Кажется, все историки уже давно согласились, что это Киев. Странно, почему, согласившись с одним, они пропускают другие утверждения этого самого автора: что и Киенуборг, и все подобные ему названия – это не выдумки и не химера, а Киев».

Атилла. Худ. Э. Делакруа

Кроме Билыка, Аттила заинтересовал Александра Вельтмана, выпустившего в 1858 г. отдельным изданием свою книгу «Аттила и Русь IV–V веков», где автор пишет: «Почувствовав восхищение таким историческим деятелем, как Аттила, мы все-таки преклоняемся перед ним. Не как перед сыном степных улусов, а как перед великим русским князем…» Пересказывать книгу нет резона, так как ее переиздали в «Хронике 2000» в 1996 г., в переводе И. Билыка. Но названия глав весьма красноречивы: «V. Великокняжеский род властелинов киянских или киевских» и «VI. Аттила, великий князь Киевский и всея Руси самодержец».

Можно было «пощеголять» именами киевских князей, заимствованных у этнического шведа Вельтмана, но боюсь запутать читателя. А он толком и не знает, как и я сам, когда же был по-настоящему основан Киев. И кто были те князья, усердно изображаемые всяческими ремесленниками на всевозможной рекламной продукции и ваятелями монументальных панно на зданиях.

* * *

Еще в Указе Совета Министров СССР о праздновании 1500-летия Киева подчеркивалось очень важное определение именно города Киева. Как мы уже говорили, в древности это понятие отождествлялось с замком как основополагающим началом. В Древней Руси не употреблялось современное понятие «замок», а вместо этого применялись слова «двор» и «град». В первом случае средоточие частного хозяйства (крестьянского, купеческого, княжеского, феодального). Специфика термина не выявляет социальной, классовой функции явления. Но в источниках в первую очередь определяют феодальные усадьбы, расположенные на территории города или тесно связанные с ним. А вот «град» имеет функциональный специфический характер. Град – это огороженное, укрепленное место, поселение, усадьба. В начальный период Киевской Руси существовали исключительно феодальные грады. Общинные поселения не ограждались, крестьяне свои дворы не укрепляли, не было смысла. Процесс формирования городов только-только завершился, городские коммуны были еще слишком слабыми для осуществления фортификационного строительства собственными силами. Так что городские «грады», о которых говорится в летописях, являются детинцами, или кремлями, то есть укреплениями, построенными феодальной властью, часто исполнявшими административно-политические функции. Эквивалент древнеруських градов – городища. Самое старое из них – городище Кия. Но уже в IX в. вся территория Руси покрывается небольшими укреплениями, каждое из них является усадьбой феодала – его резиденцией и центром землевладения. Они размещались на высоких холмах или мысах, для удобства обороны удачно использовались природные условия. Усадьбы повторяли форму возвышенности, имели небольшие размеры и были окружены рвом и валом с небольшим частоколом. Именно о таких городищах писал хронист, упоминая древлянские грады. Недаром скандинавские викинги, появившиеся тогда на