Гибель миссии «Инкассация» - Александр Зубенко

В первый же вечер знакомства с государыней, Андрей Степанович на правах самого начитанного из группы поведал ей при аудиенции множество удивительных подробностей из её прежней жизни. Опираясь на вспоминаемые сведения где-то у себя в закоулках памяти, он изумил императрицу своими знаниями едва ли не во всех областях наук, о которых имел довольно обширные представления. Пожалуй, только Ломоносов мог соперничать с ним в эрудиции, однако великий учёный уже отошёл в мир иной. Ни для кого не секрет было, что в прошлом Екатерина именовалась принцессой Софией Августой Фредерикой Анхальт-Цербстской, прибывшей в Россию пятнадцатилетней девушкой. К примеру, этот приятный пожилой человек рассказал ей дивные вещи. Якобы она войдёт в историю как императрица Екатерина Великая. За время царствования она искренне полюбит Россию и всю жизнь посвятит служению своей новой родине. Она будет главной защитницей Русской Православной Церкви и в то же время проповедовать веротерпимость. Выступать против крепостного права и реформировать систему образования. Будучи начитанной, эрудированной женщиной, переписывалась с Вольтером, Гриммом, Руссо, её перу принадлежали многие сочинения. Главным итогом её длительного правления, по словам Ефимова, стало то, что она дала России «сознание силы, гения и исторического предназначения».

Екатерина удивлялась всё больше, удалив почти всю свою свиту, оставшись наедине с четырьмя незнакомцами. Несколько вечеров провела она с ними, всё больше убеждаясь, что перед ней не обыкновенные заезжие иностранцы, а какие-то неведомые ей люди, особенно последний из них. Он знал такие интимные события из её, как прежней, так и грядущей жизни, что она посчитала его ясновидящим пророком.

- Откуда вам всё это известно? – почти со страхом интересовалась она, когда Андрей Степанович рассказывал ей очередной эпизод её дворцовых будней, о которых, казалось, не должен был знать никто, тем более какие-то приезжие иностранцы. Он знал подробности Чесменской битвы, словно сам присутствовал рядом с Алексеем Орловым. Знал даже отрывки переписок с Вольтером, а ведь они были сугубо личные и ещё нигде не публиковались!

В конечном итоге путешественники убедили её, что они вовсе не иностранцы, просто из далёкой Тобольской губернии: оттого и говор такой, непривычный её слуху.

Екатерина находилась в те дни в полном замешательстве.

Спустя почти месяц таких бесед, откуда императрица узнавала всё больше и больше подробностей истории правления государства российского, она отвела им во дворце покои, выделила штат слуг и полную смену гардероба. Единственное, что не затрагивал Ефимов, это количество её фаворитов, кто будет следующим и, собственно, даты смерти как её, так и приближённых. Того же Ланского, к примеру, или князя Потёмкина. Она и не настаивала, следуя мистическому женскому страху перед предсказаниями будущего. Он не рассказывал ей о правлении её сына Павла и других императорах, включая последнего Николая Второго, расстрелянного большевиками вместе с семьёй. Зато подробно рассказал о Наполеоне, Гитлере, Сталине. Для неё это было дремучим непроходимым лесом: совсем таким, из которого они недавно вышли.

Коля Миронов в свою очередь стал при дворе занимать место своеобразного инженера по всяческим новейшим разработкам, привлекая целый штат архитекторов, строителей и прочих рабочих.

Капитан Руднев, пользуясь благосклонностью фрейлины Протасовой, открыл несколько мастерских по ремонту тогдашней незамысловатой техники. Он усовершенствовал первые автоматоны – прототипы будущих игровых автоматов. Разбирался в часах, допотопных телескопах, предоставив императрице взглянуть впервые в жизни в их армейский бинокль. Увидев увеличенные в десятки раз изображения природы, зверей и людей, прохаживающихся в парках, она с испугом откинула дивную вещицу, как, впрочем, и наручные часы, зажигалки, ракетницы – иными словами – всё, что ей показывали её новые придворные.

Да-да. На удивление всем, она возвела четверых путешественников в штат своих близких придворных. Таким образом, полковник Рябцев был причислен к Преображенскому полку и стал одним из его начальников. Военная тактика, предлагаемая им полководцам, несла в себе полное переосмысление всех военных стандартов, существующих на данный момент. Екатерина планировала отослать полковника к Суворову в Крым, когда приедет князь Потёмкин.

Коля Миронов познакомился с одной из миловидных фрейлин государыни, благосклонно принявшей его неловкие ухаживания. Руднев частенько тосковал по Серафиме, помня с ней уговор, что со временем заберёт девушку в Петербург. Сам Ефимов нередко проводил вечера с императрицей, вводя её во всё новые и новые факты правления. Она не переставала удивляться его познаниям в области истории и особенно географии. Астрономия, биология, математика, физика и химия её мало интересовали, но вот география, к примеру, была ей весьма по душе. Это было что-то новое для неё. К тому же Ефимов зачастую рассказывал ей картины будущих веков, рисуя в её воображении различные образы будущего Земли и человечества в целом. Это были долгие занимательные беседы, когда собравшись за карточным столом присутствовали только самые доверенные лица. Салтыков, Вяземский, Ланской, Протасова, Дашкова. Даже канцлера не посвящали в такие беседы. Это был очень узкий круг, в который не входил никто другой. Когда приехал Светлейший Потёмкин, то и он вошёл в этот узкий круг посвящённых. С Андреем Степановичем и Виктором Михайловичем у него сразу сложились превосходные и доверительные отношения. В отличие от государыни он сразу стал интересоваться различными изобретениями в области физики, химии, биологии. Увлёкся и астрономией, пожалуй, единственной из наук, которая ещё в России была малоизвестной. После Ломоносова и Эйлера эта наука мало кого занимала. Тут уже мог подключиться и Виктор Михайлович Рябцев, поскольку с детства интересовался звёздным небом.

…И вот в один из дней лета 1782 года четверым друзьям предстала возможность посетить тот участок леса, где некогда потерпел крушение грузовой транспорт конца девяностых годов двадцатого столетия. Они испросили у императрицы разрешение на прогулку в лесу, заверив, что намерены засвидетельствовать своё почтение графу Морозову. Капитан Руднев надеялся встретить при этом Фиму, забрав с собой, как и обещал. Ефимов хотел навестить могилки и откопать не нужный никому теперь сейф. Миссия «Инкассация» потеряла в этом измерении всякий смысл, но ему хотелось удивить Екатерину, показав ей денежные купюры 1996-го года.

Засветло позавтракав и загрузив телегу провизией, все четверо, без сопровождающих, с разрешения государыни покинули дворец, пообещав, что вернуться через два-три дня. Князь Потёмкин хотел было увязаться за ними с целой свитой сановников, но, к счастью путников, был срочно вызван в Крым, куда и отправился