Без тормозов - Ева Горская

Может, глупо было дорабатывать, но мне необходимо было хоть как-то успокоиться. Правда, прошло где-то около часа, а лучше мне не становилось. От несправедливости меня, буквально, трясло. Я старалась дать своему ребенку лучшую жизнь, честно трудилась… А взамен?

«Успокойся, Карина! Все образумится», — повторяла, словно, мантру слова своей крестной. Это ее любимая присказка, как и «Все пройдет». В общем-то, Вера Ивановна права, все пройдет и все можно пережить.

— Как хорошо, что ты еще не ушла, — на кухню ворвался чем-то взволнованный Василий. Понятно чем… Не удивилась бы, что Сюзанна уже успела растрещать по всему стриптиз-клубу «Медведев — воровка».

— Уже знаешь? — Грустно спросила. — Тоже поверил? — Мужчина оторопел и выпучил глаза.

— Кара, ты чего?! — Набросился на меня. — Я знаю, что ты невиновна… и у меня есть доказательства.

— Спасибо, — мне было приятно, что хотя бы кто-то посчитал меня невиновной. До меня не сразу дошел смысл сказанного. Я аккуратно выключила воду. Возможно, шум воды помешал и я ослышалась. — Что ты сказал? Повтори, пожалуйста, — попросила.

— У меня есть доказательства твоей невиновности.

Пока я удивленно хлопала глазами, Василий успел рассказать, что предыдущий владелец клуба был весьма и весьма подозрительным типом. Он весь клуб, буквально, утыкал камерами видеонаблюдения. Они стояли даже в туалетах. Отведя глаза, знакомый пояснил, мол, за нами не наблюдают, но никто не хочет, чтобы в клубе баловались запрещенными веществами. С одной стороны, это было правильно. Но с другой, стоило подумать о том, как я снимаю трусики и писаю… Мои щеки зарделись, покрываясь знатным румянцем.

— Я уже позвонил Артуру Андреевичу. Он злой, как сам черт.

А я не знала, что чувствовала. Облегчение? Вовсе нет. Да, во всем была виновата Сюзанна. На камерах было отлично видно, как она вскрывала мой шкафчик и подкладывала портмоне Снежного в мою сумочку. Девушка уже собиралась с одним из клиентов покинуть стриптиз-клуб, когда ее задержала охрана. Спасибо Василию, подсуетился. Моя невиновность была почти доказана. Но вот от самой ситуации мне было по-прежнему тошно.

Глава 19

Захар

Черт, я стою перед Артом, как перед учительницей, вызвавшей меня к доске. Вы видели когда-нибудь ротвейлера с мордой тираннозавра? Мне кажется, Артур мне напоминал этот хреновый микс из доисторического ужаса и настоящей сторожевой псины.

— Ты гребаный урод, кусок ***на! — и меня ударили.

Губа, по-моему, треснула, во рту была «кровавая мери» собственного производства. Когда я сложил три картинки, на которые разбилось пространство передо мной, то понял, что били меня рукой, обмотанной в галстук. Как мило, чтобы не было «скорых» синяков. Такая забота о моём имидже. Ой, простите, это грёбаная хитрожопость моего оппонента.

— Милый галстук. Жена подарила?

— Му*** охреневший. Ты, что думаешь, что можешь меня шантажировать, подставлять и играть, будто, я твоя ручная машинка на пульте управления?! — мне заехали под дых.

— Артур, может… может, не надо, — услышал я голос моего «братишки Дина».

— Мотор, завались! — рыкнул Артур, разогнувшись и смотря на добролюба.

Вернемся на полчаса назад и я расскажу, как это я так оконфузился.

Как помнится, это был понедельник, утро. Мы с Мотором проверяли нашу ориентацию и пришли к выводу, что оба любим женщин. После чего мне подробно объяснили, что если моя задница не прыгнет к нему и не прикатит в «Эгоист» в ближайший час, то меня туда доставят в багажнике, так сказать, эконом классом для таких придурков, как я. А когда я начал вникать, что вчера творил, то удивился новому уровню своей деградирующей личности.

Оказывается, я почувствовал себя, если не Брюсом Всемогущим, то вторым помощником… и Дланью могучей прошелся по стрип-клубу, неся истину миру. Моя бывшая Карина — падшая женщина, совсем скатилась до кражи у меня Всемогучего, и была прижата к ногтю Сильным клуба сего, которого я оторвал от чего-то важного. В итоге, я шантажом пытался принудить Карину к близости, грозя расправой, судом и четырьмя Всадниками Апокалипсиса.

А что на выходе? Я, пьянь, успел смыться, когда моя афера с «пришествием» был раскрыта бдительным безопасником Василием. Его лицо я, кстати, вспомнил, после первого удара Бессмертного. Я знал эту мразь, но чем я лучше его?

Я вспомнил всё до мелочей: какими глазами на меня смотрела Карина, как я резал её без ножа, ржал и потешался. Загонял её, как какую-то мышь, изображая огромного и жирного котяру, под которым лежала власть, слава и успех.

Маленькая девочка с мечтами о Большом балете…

Я вспомнил свой сон.

«Не делай мне больно, пожалуйста», — говорила сказка из моих снов, а я просто сделал, потому что был пьян и не соображал.

Выбора не было. Я поехал на «разговор». В помещении стояли все знакомые лица, кроме безопасника и Карины. Их не было. Здесь же рыдала и всхлипывала привезенная из какого-то секс-приключения помятая Сюзанна. Когда наши глаза встретились, она замотала головой.

— Детка, а чего такое лицо кислое?

— Во что ты меня втянул? Шантажист!

— О, тс-ёрт, — резко заболел зуб, который начал шататься. — Арт, больше в лит-со не бей, зуб-ф выпадет.

— Я тебе оплачу новый, засранец! — и меня снова ударили, правда, с другой стороны.

— Блин, да п — фонял, я п-фонял! Чего ты хочешь?

— Честно?! Задушить тебя и выкинуть в лес медведям на обед, — разминал кулаки Артур.

— Тут нет-ф мед-федей. Ауч! — возопил я, кажется, зубу кранты.

Визг Сюзанны добивал меня с новой силой, крутясь в моих перепонках.

— Рот закрой, Саша!

— Да-фа?? Как-фое милое имя, — ёрничал я на стуле, на котором меня держали амбалы Бессмертного.

— Отпустите его, — Арт, который реально засучил рукава, начал разматывать с костяшки галстук и поправлять ворот черной рубашки.

Знал, что испачкается, козёл. Я позволил себе размять плечи и сесть поудобнее, когда парни отступили.

— Короче, слушай сюда. Теперь среди персонала будут ходить слухи, что всё, что наобещал, исполнять не планирую. Потому что мои ВИП-гости для меня на первом месте. Но нет, нихрена не так! — ударил он по столу. — Медведева позвонила моему главному бухгалтеру по клубу и предупредила, что увольняется без отработки. Твоя бывшая, как ты сказал, мстительница, мать-одиночка и просто обычная работница хочет остаться без зарплаты, лишь бы не быть рядом с таким дебилом, как ты. Я её понимаю, а я лишаюсь порядочного