Ашер 6 - Сергей Шиленко

— Мигом обернемся, вот увидите. И глазом моргнуть не успеете, — пообещал я и подмигнул им. — И передайте Грэгу, что я скоро буду дома.

— Хорошо, — одновременно ответили они и улыбнулись со слезами на глазах.

— Ашер Медведев? — раздался вдруг робкий голос. Я аж брови вскинул от удивления, когда увидел в толпе провожающих Энджи.

Вот уж не думал, что она из тех, кто станет желать доброго пути и разделять с компанией какие-то там эмоции.

— Что случилось, Энджи? — спросил я, оглядываясь в поисках Мило — тот обычно всегда ошивался где-то рядом с ней.

Судя по растерянному выражению лица человека-енота, он и сам понятия не имел, что она удумала.

Белый хохолок женщины был взъерошен, она выглядела взволнованной и смущенной, и, видимо, сама не очень понимала, по какой причине.

— Вот, — она протянула мне завернутый в ткань предмет, он был не шире моего пальца, но примерно раза в три длиннее. — Это на счастье и удачу.

— Ох… — это было неожиданно. Я осмотрелся, прикидывая, куда бы пристроить эту… штуковину. В конце концов сунул его в рюкзак. — Спасибо.

Без дальнейших церемоний она развернулась и торопливо шмыгнула в дом.

Выслушав напоследок поток благословений и добрых пожеланий, мы на пегасах взмыли в небо.

Я чувствовал, что Метеор в полном восторге. После того, как он проделал такое длинное путешествие, запряженный в карету, возможность снова парить в воздухе была для него настоящим кайфом.

Иди, казалось, высота вообще никак не трогала, тогда как у моих жен была совершенно другая реакция.

Шелли, например, испытывала такую эйфорию от полета, будто была для этого рождена, а Рита всегда побаивалась и предпочитала твердо стоять на ногах.

Иди же была настолько безмятежна, пока мы летели, что мне даже показалось, будто она задремала. Особенно после того, как ее щека ощутимо прижалась к моей спине.

Вскоре пышные, разноцветные леса долины уступили место более каменистой местности. Чем дальше на Восток мы продвигались, тем скалистее и суровее становился ландшафт.

Казалось, что дальше, кроме скал, ничего больше нет, океан становился все ближе и ближе. Я уже подумал, было, что мы улетаем с острова Сканно, как Сет повернул влево, к большому выступу самой высокой скалы, которая издали смахивала на гигантского ворона, будто сторожившего весь остров.

Сет нырнул прямиком в «клюв» этой каменной птицы, и мы оказались в узкой пещере. Весь ее потолок был облеплен сосульками-сталактитами, с которых на нас капала влага.

Метеор нервно дернул боками и фыркнул. Благодаря нашей связи я мог понять, что он чувствует себя очень некомфортно. Не знал, что у пегасов бывает клаустрофобия.

— Осталось еще немного, дружище, — приободрил я его. Пещера вильнула, и мы полетели вниз под большим уклоном, как будто эта чертова скала нас заглатывала.

Хорошо еще, что к тесноте не добавилась удушающая, кромешная темнота. Когда мы летели, при нашем приближении на стенах загорались какие-то тускло светящиеся камни.

Наконец эта жутковатая дыра закончилась, и Сет скомандовал нам приземлиться рядом с огромным подземным озером.

— Добро пожаловать в скромное жилище нашего отца, — объявил сокол, спешившись. Он помог спуститься Аде. — Он называл его Гнездом.

Глава 9

Передо мной раскинулась здоровенная пещера. Тусклый зеленоватый свет, исходящий от каких-то камней и отражающийся от воды, не давал рассмотреть все в мелочах, но общая картина была ясна. Посреди озера виднелась массивная платформа, а на ней — какая-то каменная хреновина, здорово смахивающая на трон. Или, может, на кресло для особо важных персон.

— Аккуратнее там, — подсобил я Иди и Бруно слезть с пегасов на твердую землю. Мы стояли на узком уступе, и одно неловкое движение могло отправить кого-нибудь в темную воду. — А это что за агрегат? — кивнул я на ту самую каменную штуковину.

Иди, похоже, тоже ею заинтересовалась — подошла к самой кромке воды, чтобы получше разглядеть.

— Честно говоря, без понятия, Макс, — ответил Сет, перекидывая свой рюкзак через плечо и дружески хлопнув Победу по крупу. Видно было, что он не особо горит желанием распространяться на эту тему. — Мой отец когда-то был прямо одержим этой штуковиной. Пытался заставить ее работать, как ему хотелось, да только ничего у него не вышло. Вот и забросили ее тут. Пошли, пегасов можно здесь оставить.

— А воду эту пить можно? — с явным недоверием покосился Бруно на темную гладь озера. Вопросец, конечно, актуальный.

— Раньше это поместье в основном для разведения пегасов и использовали, — пояснил Сет, подходя к здоровенным, метра четыре высотой, дверям и берясь за ручки. — Озеро это им служило водопоем, воду тут регулярно чистили. Так что с Метеором и Победой все путем будет.

Он дернул раз, другой, но дверь не поддалась. Сет нахмурился.

— Какого?.. — сокол так зыркнул на дверную ручку, будто та ему крупную сумму задолжала. — Думаешь, опять темная магия? — это он уже Иди.

— Заклинание почти выдохлось, но еще держится, — отозвалась Иди. В ее серебристых глазах, как всегда в такие моменты, блеснуло что-то нездешнее. Я уже привык к этим ее «спецэффектам».

— Да быть не может! — взвился Сет. — Я же тут был, ничего со мной не стряслось! Точно так же ломился, через эту самую дверь.

— Когда это было? По времени, я имею в виду, — уточнила Иди.

— Середина ночи, если память не изменяет, — припомнил сокол.

— Ну, это многое объясняет, — Иди потерла ладони, словно ей вдруг стало зябко. — Сейчас самый разгар дня, солнце в зените, магия в это время сильнее всего. И хотя после смерти Дастина чары начали таять, они все еще тут, и сбрасывать их со счетов не стоит. Опасаться надо.

Тут вперед вышла Ада. Ее ладони засветились мягким светом, она приложила их к ручке и что-то тихо забормотала.

Дверь коротко полыхнула красным. Ада выдохнула и опустила руки.

— Вроде сработало, — сообщила она и кивком пригласила нас внутрь.

Сет покосился на нее с подозрением, но потом все же осторожно, кончиком пальца, потянул за ручку-кольцо. Дверь со скрипом поддалась.

И тут Ада как ахнет! Да так внезапно, будто вспомнила что-то архиважное. Сет аж взвизгнул и отдернул руку,