МУDАКИ - Vladimir Arnov

Я пришел как раз к началу интересного действа. Наша компашка добралась до центра танцпола, Киря решил включить тяжелую артиллерию в деле соблазнения Маши.

Он взвалил ее на плечо, несмотря на ее шутливо-полуотчаянное сопротивление, и попробовал поставить на «стол», на котором уже танцевала парочка девушек. План был, может, и не плох, да только его исполнение…

Поднять Машу рывком не удалось, она соскользнула чуть ниже, Киря пытался удержать ее, поддерживая за попу и лопатки, отчего обтягивающее и короткое машино платье задиралось все выше и выше. Маша барахталась в позе буквой Г, пытаясь руками то бить Кирю, то натянуть платье назад… Киря новым рывком поставил Машу на стол, сначала ноги, потом все остальное, но платье в это время задралось до талии, так что большая часть танцпола имела счастье наблюдать голую машину задницу. Получилось глупо, нелепо, но смешно.

Маша распрямилась, потянула платье вниз, смущенно потопталась и спрыгнула назад.

Киря, видимо, не понял, что вообще только что произошло, он попробовал еще раз подвалить к Маше, но та довольно грубо его оттолкнула и пошла к выходу.

Я посмотрел на наших и встретился взглядом с Лехой. На фоне темноты танцпола ярко выделялись под включившимися ультрафиолетовыми прожекторами белые зубы его улыбки.

И тут кто-то слегка прикоснулся сзади к моему локтю, вежливо отодвигая в сторону, – я оглянулся. Это была девушка в белом, она хотела присоединиться к нам. Улыбнулся ей и отступил в сторону, освобождая больше места. Она улыбнулась в ответ. Ее платье под лучами синих прожекторов выделялось ярко и необычно.

Больше я не смотрел на нее, только мельком поглядывал, чувствуя нарастающее напряжение в районе грудной клетки, ощущая нервозность. Ее присутствие рядом будоражило. На фоне всех остальных потоков воздуха на танцполе, я явственно ощущал теплоту, исходившую от нее, от ее тела. Все мое внутреннее внимание было заточено на ней.

Я танцевал и думал: оставить все как есть? Принять решительные действия? Нет, лучше оставить все как есть. Скоро покину клуб, поеду в отель и увезу с собой восхитительно-прекрасные воспоминания об этом вечере. Кудри ее длинных волос иногда касались моей руки, развеваемые движениями хозяйки. Да, надо оставить все как есть.

И я попробовал слегка вытолкнуть ее в центр нашего круга, просто потому, что хотел прикоснуться к ней. Она слегка дернулась от моего прикосновения и, глянув на меня, помотала головой: нет, мол, хватит с меня этого. Я еще раз подтолкнул ее, чуть сильнее, чувствуя под пальцами жесткий рельеф рисунка ее платья. Она снова не поддалась, а посмотрев на меня, слегка сжала мои пальцы ладошкой и повела к выходу, отпустила убедившись, что я иду за ней.

Когда мы вышли, предложил ей выпить чего-нибудь, на что она молча кивнула.

Пока бармен наливал нам выпивку, взяла валявшийся на барной стойке маркер, со взглядом глаза в глаза, не терпящим возражений, расстегнула мне рукав рубашки, сдернула его до локтя и написала на внутренней стороне запястья цифры – номер телефона.

Я думал, никто так уже не делает в наш мобильный век.

И каждое прикосновение перманентного маркера обжигало сильнее, чем поцелуй.

А потом она, встав на носочки, чмокнула меня в щеку и убежала к компании, ожидавшей ее на выходе.

Вот так.

Теперь я, конечно, буду мучиться мыслями: позвонить или нет. Но в любом случае прекрасное воспоминание, которое, казалось бы, нельзя сделать лучше, стало идеальным.

Я смотрел на опустевший выход и глупо улыбался, а потом, взяв оба стакана, пошел к нашему столу.

– О! Ты принес мне выпить, дорогой! – весело прокомментировала мое появление Алена, которая, до того, стояла за столом напротив Вити. Кроме них никого из знакомых не было.

– Аленк, ты же понимаешь, о чем я говорю, – попытался вернуть ее внимание Витек.

– Ты барменам чаевые оставлял? Почему они тебе больше рома наливают? В следующий раз за выпивкой пошлю тебя! – спросила меня Алена, делая глоток ром-колы.

– Ну, как знаешь, – Витек окончательно похмурнел и отвернулся.

Я неопределенно кивнул головой и тоже стал смотреть в сторону, глупо улыбаясь, вспоминая прикосновения к ее платью, прикосновения ее чуть влажных и прохладно-нежных пальцев к моей руке, все еще чувствуя прикосновение ее губ на щеке. Идеальное воспоминание.

Подошла Маша с каким-то местным пареньком. Она была уже сильно навеселе и висла на своем новом кавалере.

– Знакомьтесь, это Радж!

– Хэллоу, – улыбнулся Радж, не забывая при этом обнимать Машу за талию.

– Радж, обещал завтра провести нас по нетуристическим местам к заброшенному храму, говорит, там безумно красиво! Да, Радж?

Радж, не снимая улыбки с лица, покивал головой. Все его внимание было сосредоточено на Маше, и понятно, что он не разговоры разговаривать с ней хочет.

Подошли Леха с Галей.

– Это кто? – не особо скрывая раздражения, спросил Леха, кивая на Раджа.

– Это Радж! Он будет…

– Так, Радж, подожди, нам надо поговорить, – Леха начал уводить Машу в сторону, взяв ее за руку.

– Ну Леша-а-а-а…

Радж думал было сначала возмутиться уведением девушки, но посмотрев на Леху, а потом, переведя взгляд на хмурого Витька, бочком-бочком растворился.

Леша с Машей что-то выясняли на повышенных тонах. Маша истерила, Леха был суров и непреклонен. Вернулись они молча.

Подошедшему Кириллу Леха сделал внушение, чтобы тот внимательно следил за Машей и глаз с нее не спускал. Подошли Галя с Таней, они говорили о чем-то своем, женском, я даже и не представлял, что лицо Тани может демонстрировать какие-то другие эмоции, кроме безразличия, но сейчас она была вполне себе милахой: улыбалась, хмурилась – короче, вела себя как живой человек, а не пластиковая кукла с завода «25 лет Октября».

– Хороший клуб, да? – попыталась еще раз привлечь к себе мое внимание Алена.

– Угу, – буркнул я, не желая расставаться так рано со своими грезами.

– И музыка отличная и танцпол прям устроен как надо.

– Угу.

– Что с тобой? Ты чего не весел? – Алена облокотилась обеими руками на мое плечо, и участливо смотрела с близкого расстояния на мое лицо анфас.

Отвернулся чуть в сторону, как бы оглядывая зал, вернул голову в исходное положение.

– Все отлично, – ответил я, чуть опуская плечо, на которое облокотилась Алена, чтобы высвободить его.

– Ну ладно, – фыркнула девушка и переключила внимание на Витю.

Одной половиной сознания я прокручивал в памяти воспоминания о девушке в белом. Другой отмечал детали всего происходившего вокруг, что попадалось мне на глаза. Когда мы с Аленой уходили на танцпол, я отметил, что за нами следили двое. Как вы уже догадались, одним из наблюдателей был Витек. Он стоял в углу террасы, сложив руки на груди, как Наполеон, и из своей тени зыркал глазами. А вот вторым… второй была Олеся. Они с друзьями разместились за сидячим столиком ближе к краю террасы. Парней из их компании не было видно, когда мы уходили с Аленой, Олесю и ее подружек окучивали два каких-то мужика лет за тридцать. Подружки Олеси неестественно смеялись и всячески кокетничали, но все внимание доставалось Олесе, которая сидела с видом герцогини, с прямой спиной, вежливо склонявшей голову, то в сторону одного, что-то ей рассказывающего мужчины, то в сторону другого. Но при этом она не забывала кидать короткие взгляды и в моем направлении.

Так вот теперь мужиков видно не было, за их с друзьями столом сидели, собственно, Олеся, одна из подруг и двое их парней. Один из парней был сильно пьян и лез все время пощупать Олесю в интересных местах, на что она раздраженно огрызалась, снимая руки то с груди, то с бедра.

Мы встретились взглядами. Она, выдержав с долю секунды, отвернулась, отвлекаясь вновь на своего ухажера.

Все это было