Москва-1980 - Михаил Востриков

А-а-а! Будь что будет! Невозможно это, жить семьёй с любимой женщиной и постоянно держать её за дуру набитую — что-то скрывать от неё, обманывать. Да ещё и с применением сильной Магии! Не было у меня перед Татьяной никаких прегрешений кроме сплошного вранья по теперешней жизни, и не намечалось, и секретов тоже никаких не было. Просто так жизнь сложилась. Две уже жизни кстати!

И я ей рассказал:

Да, так случилось, что я — Антон Архипов, маг «вне категорий», симбиот юного князя Эколы Бести по прозвищу «Кобра», инициирован в змею принцессой-коброй Шуи Сисс. Да, я прилетел из параллельного Мира магического средневековья и другого времени! Я — избранный Первостоятель объединённой Атлантиды, в будущем американский гражданин и мультимиллиардер, и вот теперь децернент Корпорации «Змеи СССР»! И я её люблю!

И что⁈

Да ничего! Татьяна высыпала золотую мелочь на прикроватную тумбочку и с интересом начала её перебирать. А вот это колечко она бы оставила. И вот этот старинный перстенёк с розовым камушком, какой же он красивый.

А я продолжил ей рассказывать… Не спеша и в подробностях. Про неё, про нас, про наших с ней детей, про взрыв вулкана в Америке в 2023-м, про Эколу Бести и его семью, про принцессу-кобру Шуи Сисс, про ужиков — сестрицу Уси и братца Щуса, про барича Заи и возничего Речи Укка, про антиквара мистера Милтона Сойера и др.

Я думал это всё уже где-то далеко, а начал рассказывать и вот, сразу всё придвинулось, до цвета и запахов.

Татьяна меня не перебивала, сначала слушала насторожённо, но очень внимательно. Потом уже просто с интересом. Иногда, в особо чувствительных местах, делала бровки домиком и прикусывала губку.

— Ну вот и вся история, — закончил я свой рассказ уже поздно ночью, — А как вышло «попасть» в 1980-й, так я и прибежал к тебе. А теперь история уже новая какая-то пошла.

Татьяна молчала. Сейчас встанет и уйдёт, кому охота, чтоб ему голову морочили всякой ерундой.

Но нет…

— Это же я к тебе прибежала в общагу, забыл что ли? — сказала Татьяна, обнимая меня, — Видишь, угадала момент, когда прибежать. Провидица я, не иначе. Проверишь меня потом этой своей Магией⁈

Татьяна улыбнулась мне в темноте. А что, и проверю, своя провидица мне совсем не помешает!

— Как ты говоришь мы первую нашу дочку назвали — Светланкой? Давай ей тогда, как подрастет, первую комнату, справа от нашей спальни, отдадим?

А-а-а⁈

И тут до меня дошло! Ну да, в прошлой жизни Светка же родилась в марте 81-го! А значит заделали мы её с Татьяной в июне 80-го.

— Уже что, есть уверенность⁈ — до конца не веря своему счастью, спросил я Татьяну.

— Ну конечно есть, глупый, — засмеялась она, — Судьбу не обманешь, знаешь ведь!

Сюжет 9. Полет в серебряном ландо в вышние дали

Рождённый разбиться, от водки да не погибнет

Июль 1980 года. Москва. В это время в СССР проходила XXII летняя Олимпиада.

Дом по адресу: Малая Грузинская улица, 28, рядом с метро «Улица 1905 года», был новенькой четырнадцатиэтажкой светлого кирпича, кооперативом Союза художников-графиков Москвы. Район тихий, зелёный, квартиры в доме просторные, индивидуальной планировки и простых жильцов в доме не было.

Дом стоял напротив католического собора и окна квартир выходили на него, вернее на его руины. Хозяину трёхкомнатной квартиры №30 на восьмом этаже этот вид не нравился и он несколько раз переставлял мебель, отодвигая подальше от окна свой рабочий стол и кровать.

В ночь на 25-е июля в этой квартире выпивали. И ничего такого особенного и нового в этом не было. В последнее время пьянки здесь происходили регулярно, чуть ли не каждый день. У хозяина квартиры была очень высокая степень алкогольной и наркотической зависимости.

Кроме хозяина в квартире находились и выпивали вместе с ним ещё несколько человек — врач-анестезиолог Анатолий Федотов, по сути личный врач хозяина; его юная любовница Оксана Афанасьева (последний год жила с ним в этой квартире как жена); администратор Валерий Янклович и ещё друзья-собутыльники из нынешнего круга общения хозяина.

Люди приходили-уходили. В табачном дыму висело бесконечное натужное веселье. Какие-то женщины…

Пришедшего к отцу сына Аркадия, жившего отдельно с матерью и братом Никитой, к хозяину даже не подпустили, мол, завтра приходи, когда отец протрезвеет!

А сам хозяин в тяжёлом подпитии мягко говоря был очень и очень неприятным. Небольшого роста, но мощный и физически развитый, он маялся, буянил, скандалил, кричал, метался, приставал ко всем, смеялся, требовал шампанского, стонал и хватался за сердце!

В итоге заботливый доктор Федотов сделал ему укол снотворного. Мол, успокойся, да⁈ Прошёл час, два. Хозяин всё маялся, а снотворное на фоне героина и алкоголя не действовало. А друзья, кроме Федотова и Оксаны, разъехались по домам. Ночь же уже стояла на дворе, а у них свои семьи и дети были.

* * *

Время на часах наверное было уже три ночи…

Хозяин затих и мгновенно заснул на маленькой тахте, которая стояла в большой комнате квартиры. Снотворное подействовало скачком! Доктор Федотов примотал хозяина к тахте бинтами, чтобы тот не упал во сне, и в одиночку (!) перенёс тахту вместе с ним на лоджию, к воздуху. Доктор с суточной смены в своей больнице… уставший, измотанный, пьяный, но справился. Недаром знаменитый советский золотопромышленник Вадим Туманов приставил к своему другу-хозяину именно его.

Федотов упал на диван в большой комнате и попросту вырубился, заснул.

Проснулся он как очнувшись. От какой-то зловещей тишины и как будто его кто-то дергал за штанину. И он сразу же побежал на лоджию! Хозяин не двигался. Спал? Федотов приподнял ему веко и увидел… что зрачок расширен, а реакции на свет не было.

А-а-а-а! Поздно! Прозевал! Нет! Нет! Дышать! Дышать! «Рот в рот»! Ещё! Ещё! Не останавливаться!

Неужели всё и это была смерть⁈

И вдруг…

* * *

Доктор Федотов отчётливо услышал рядом с собою какой-то чавкающий хруст и тут же разлившийся по лоджии мерзкий запах. Что это⁈ Как будто раздавили клопа. Очень большого и вонючего клопа-кровососа! И при этом губы хозяина слегка потеплели.

Время на часах было 04–30 утра.

— О, здорово, Толян! Я что, опять плохо себя вел?