Леденящая Боль - Анна Рудненко

У меня не находится ответа. Его слова добивают меня, они входят в меня, как острые иглы. Это так больно.

Слова застревают в горле.

Я была слепа от любви в юности. Это была невидимая паутина, что связывала нас.

— Пожалуйста, — произношу я, собирая оставшиеся силы. — Ты каждый раз делаешь мне больно. Я забыла, что ты сам дьявол. Забыла.

Вторая половина дня тянется слишком долго, изводя меня до основания. Часы медленно ползут по стене, а моё сердце бьётся в такт ожиданию. Андрей так и не звонит. Мысли о нём крутятся в голове, как воробьи в клетке. И даже если он позвонит, будут ли мои слова правдой или лишь проявлением недоверия?

Скидываю вещи в сумку, подкрашиваю губы, беру пальто и выхожу из офиса. Остановившись на крыльце, осматриваю стоянку. На улице всё ещё идёт снег, сегодня я одела тонкое пальто, потому что приехала на машине, теперь придётся мёрзнуть. Я не хочу с ним разговаривать, не хочу возвращаться к нашим обсуждениям и его неудовлетворённым вопросам. Это как будто копаться в ранах, которые ещё не зажили.

С Права замечаю, как мигает фарами большой черный Лексус, машина Андрея. Закусываю губу изнутри, спускаюсь с крыльца. Андрей выходит мне на встречу. До одури красивый и нервный. Содержательно. Взглянув на Андрея, придирчиво его рассматриваю, постояв еще немного, я пошла в сторону метро.

Сердце стучит в унисон с шагами: к метро, под крышу, в тепло. Я чувствую его взгляд, он следит за мной. Он, как магнит, тянет меня обратно к себе, с трудом разрываю невидимую нить между нами.

Сиреневый свет фонарей играл на снегу. Пока я мчалась к метро, писк московских поездов звучал как заклинание, обрывающее мысли.

«Давай поговорим», — открываю сообщение на телефон. Моё сердце замирает на мгновение. Решаю не отвечать, может это глупо, но сейчас во мне еще бурлит обида, даю себе время перевести дыхание и собраться. Пусть сначала научится слушать меня.

Стараюсь идть максимально быстро. Смотрю на часы и понимаю, что Маша уже почти час ждет меня. Мы договорились встретиться в кафе не далеко отсюда, можно было пройтись пешком, но лучше поеду на метро, одна остановка и гарантия, что точно не встречу Андрея.

Я простила его, только боюсь показаться безхарактерной, что мне тяжело без него. Боюсь так же сильно, как и хочу.

Андрей звонит без перерыва, и буду лгать, если скажу, что мне его внимание не нравится.

Маша, она заметила сразу мой мрачный взгляд, но не спрашивает.

— Как понимаю, нам срочно нужно в бар, — произносит она, и я улавливаю нотку иронии в голосе. Она всегда чувствовала, когда что-то не так. Я продолжаю смотреть в пустоту, пока она не потянула меня за собой. Бар был тихим, атмосфера расслабляла. Мы уселись за столик, и я, наконец, решилась рассказать о том, что гложет меня. Аромат коктейлей смешивался с легким дымом. Я пыталась собрать мысли в кучу, но коктейли слишком крепкие. Маша, все еще с ироничной улыбкой, смотрела на меня.

— Ты не в себе, — произносит она, приближаясь ближе.

— Маша, мне хочется взять что-нибудь... хорошее... я кувалду бы взяла и ему по головке, — у меня язык заплетается, понимая, как абсурдно это звучит.

— Давай, я помогу прятать труп, — ржет она, — Пойдем, организуем этому товарищу встречу.

— Маша, — Но это бред! — из глаз слезы рекой, — я люблю его, не смогу без него.

— Ну тогда звони ему, — произносит она.

— Определенно да, и уже и нам пора дамой, — щиплю я и беру телефон, в глаза вертолеты — сейчас я ему все выскажу. Почему-то не...

— Ира, твою мать, ты где?

— А у меня мамы нет, — плачу ему в трубку, — моя семья это... ааа, — плачу, и не одного нормального слова не могу сказать.

— Детка, ты где?

— Я в баре с Машей. Слышишь? Я с ней, без мужчины. Мне никто не нужен, только ты, — сквозь пьяный угар, пытаюсь что-то ему объяснить. Мозги у меня то работают, только язык не особо слушается. Алкоголь вскружил голову, меня заливает тепло по всему телу.

— Детка, адрес скажи, пожалуйста.

— Сейчас сообщение скину, — тихо шепчу ему, — забери меня, пожалуйста.

— Скоро буду.

Я посмотрела на Машу, чьи глаза светились радостью. Но в этот момент мне хотелось только одного: сбежать в его объятия и чтобы ничего больше не имело значения.

Андрей приезжает за мной спустя двадцать минут. Мы с Машей стоим на углу улицы, прислонившись к холодной стене, слушая шум далекого города. Вдыхаю морозный воздух, чувствую, как голова становится яснее.

Послышался звук мотора. Я оборачиваюсь и вижу черный Лексус, который с трудом останавливается у тротуара. Андрей выходит, привычно поправляя волосы. В его глазах читается смесь усталости и нетерпения. Я чувствую, как Маша становится напряженной рядом со мной, ее рука стискивает мою ладонь.

— Садитесь, — говорит Андрей, когда открывает дверцу автомобиля. Маша колебалась, глядя на меня, но я отвечаю на ее молчаливый вопрос кивком. Мы усаживаемся в теплый салон, и играющая музыка добавляет атмосферности. Андрей, не скрывая насмешливую улыбку, включает обогрев. Чувствую себя как непослушное котенок.

— Ну как отдохнула, милая? — спрашивает он, в его голосе слышится что-то зловещее. Я перехожу взглядом к Маше — она напряжена, но любопытна.

— Ира с кем, Антон?

— С родителями Маши, кстати, это моя подруга Маша. Пожалуйста, по моему адресу, Маша там по соседству живет.

Мы оставляем Машу у подъезда, и в полном молчании едем ко мне, и лишь в квартире Андрей притягивает меня в свои объятия.

— Ира, — не договаривая до конца, он врывается в меня поцелуями. Дыхание становится поверхностным. Я обнимаю его и отвечаю на поцелуи, кусая губу, одну, вторую.

Наказание.

— Я же так верила тебе, как ты мог так думать?

— Прости, любимая, — его руки жадно шарят по моему телу, — прости, — вылизываем рот.

— Ты так больно сделал....

— И себе заодно, столько потерял, — лишь сейчас замечаю, что мы стоим посередине комнаты при легком освещении. И ничего не нужно.

Глава 10

Андрей

Вдоль рёбер струны какие-то натягивает. Вот нахера Алекса сейчас. Я давно, бля, простила Иру, тогда мы были ещё юные. Без ошибок невозможно. Да, даже сейчас я безумно ревную, но если стараться не вспоминать, то всё зашибись.

— Да, Андрей, ничему тебя жизнь не учит. Поверь, если человек один раз предал, то так и будет дальше.

— Алекса, я предпочитаю на эту тему не говорить, — еле сдерживаюсь.

— А