Криминалистика: теоретический курс - Айгуль Фаатовна Халиуллина

Осмотр места происшествия.

Осмотр места происшествия является одним из самых распространенных следственных действий, которое позволяет установить обстановку и механизм совершения преступления, выявить, зафиксировать и изъять следы преступления. Все это поможет выдвинуть первоначальные криминалистические версии о событии преступления и личности предполагаемого преступника путем сопоставления его результатов с криминалистической характеристикой определенной категории преступлений.

Знание криминалистической характеристики и ее использование при производстве осмотра места происшествия обуславливает возникновение у следователя, дознавателя такого психологического явления как «эффект ожидания», что позволяет сделать поисково-познавательный процесс целеустремленным и эффективным.

Тактика производства осмотра места происшествия при расследовании преступлений несовершеннолетних определяется исходя из сложившейся следственной ситуации:

на момент производства осмотра места происшествия имеется информация о совершении преступления несовершеннолетним (из объяснений очевидцев, несовершеннолетний задержан на месте совершения преступления и т. д.);

на момент производства осмотра места происшествия информации о личности преступника не имеется.

Первая из указанных следственных ситуаций является более благоприятной, поскольку позволяет следователю, дознавателю придать ходу осмотра места происшествия целенаправленный характер, оптимально организовать свою познавательно-поисковую деятельность, сфокусировать внимание на исследовании типичных следов, обстановки и механизма совершения преступления.

Вторая следственная ситуация обуславливает значительное расширение круга выдвигаемых версий и их проверки, что требует от следователя, дознавателя значительных организационных и временных затрат. Для выдвижения версии о совершении преступления несовершеннолетним в ходе производства осмотра места происшествия необходимо обратить на особенности:

обстановки и механизма совершения преступления;

следовой картины, устанавливаемой в ходе проведения рассматриваемого следственного действия;

орудия преступления;

объекта преступного посягательства.

Обыск.

Обыск при расследовании преступлений несовершеннолетних проводится в следующих целях:

обнаружение и изъятие похищенного имущества;

обнаружение и изъятие одежды и обуви, в которой был одет несовершеннолетний на момент совершения преступления;

обнаружение и изъятие орудия преступления;

обнаружение и изъятие цифровых носителей информации, которые могут содержать сведения о совершенном преступлении;

изучение личности несовершеннолетнего, в том числе условий его жизни и воспитания.

При поиске похищенного имущества в ходе проведения обыска следователь, дознаватель учитывает, что подростки, как правило, не организуют специальных тайников для хранения похищенного. Добытые преступным путем предметы и ценности обычно хранятся в комнате несовершеннолетнего, в гардеробах или иных помещениях квартиры, доступ в которые он имеет. Кроме места жительства хранение предметов преступного посягательства может осуществляться несовершеннолетним в близлежащих постройках, сараях, подвалах и чердаках. Помимо непосредственного предмета преступного посягательства по конкретному уголовному делу, выявлению подлежат предметы и ценности, не характерные для обстановки обыскиваемого жилища или иного помещения (например, в бедно обставленной квартире может быть обнаружен дорогостоящий телефон или компьютер, либо наручные часы, иные ювелирные украшения и т. д.).

При необходимости обнаружения и изъятия одежды и обуви, в которые был одет несовершеннолетний в момент совершения преступления, обыску предшествует производство допроса свидетелей-очевидцев и потерпевших. В случае отсутствия информации у указанных лиц о внешности предполагаемого несовершеннолетнего правонарушителя, допросу подлежат его законные представители с целью описания внешнего вида подростка в день совершения им преступления. При этом вопрос об одежде и обуви должен быть поставлен таким образом, чтобы исключалась видимая прямая связь с совершенным преступлением, поскольку законные представители могут предпринять меры к уничтожению следов преступления, находящихся на одежде и обуви несовершеннолетнего.

Цифровые носители информации являются ценным источником криминалистически значимых сведений об обстоятельствах совершенного преступления. Так, в ходе проведения обыска изъятию подлежат смартфоны, персональные компьютеры, ноутбуки, различные накопителя памяти (флэш-карты) и т. д. Указанные устройства могут содержать текстовую, фотографическую, видеографическую информацию о совершенном преступлении, соучастии в нем других лиц, иные сведения об обстоятельствах совершенного преступления.

Обыск является ценным источником информации о личности несовершеннолетнего правонарушителя, поскольку позволяет непосредственно исследовать условия его жизни и воспитания, выявить некоторые нравственно-психологические особенности личности, его потребности и интересы, а также определить состав ближайшего окружения.

Тактической особенностью производства обыска при расследовании преступлений несовершеннолетних также является и необходимость наблюдения за поведением и эмоциональными реакциями подростка, проявляемыми им в ходе проведения рассматриваемого следственного действия. Указанные психоэмоциональные реакции более выражены в подростковый период развития личности, в связи с чем тактически целесообразным является участие в обыске несовершеннолетнего подозреваемого/обвиняемого.

2. 3. Проблемы судебной тактики

Проблемам соотношения подсистем криминалистической тактики и определению её места в уголовном судопроизводстве посвящено немало противоречивых работ. Так, по мнению профессора О. Я.Баева, в УПК 2001 г. законодатель «закрыл вопрос о суде, как о субъекте криминалистической тактики, однозначно определив её потребителей при судебном рассмотрении уголовных дел — профессиональных представителей состязающихся в суде сторон»[1010]. Ещё резче на сей счёт высказался В. М.Бозров: «Одним словом, безобидные казалось бы рекомендации для судьи по криминалистической тактике чреваты грубейшим нарушением не только процессуальной формы судебного следствия, но и его содержания, а в итоге — постановлением неправосудного приговора»[1011]. Более того, первым шагом в переосмыслении теории уголовно-процессуального доказывания и криминалистической тактики, по мнению В. М.Бозрова, «можно было бы считать отказ от фетишизации истины как конечной цели уголовно-процессуального доказывания, а вслед за этим исключить из тактики судебного следствия тактику судьи»[1012].

На наш взгляд, это ошибочное утверждение, поскольку анализ специальной литературы и практики уголовного судопроизводства свидетельствуют об обратном. Такая «фетишизация» встречается в литературе не потому, что учёные не знакомы с состязательной системой современного уголовного судопроизводства, а скорее в связи с тем, что ряд юристов не приемлет недостаточной ориентированности на установление истины в современном уголовном процессе. В частности, А. Ю.Корчагин именно в рамках определения судебной тактики делает подобное допущение: «Судебная тактика — это система криминалистических научно-практических рекомендаций по оптимизации судебного следствия, рационализации способов производства судебных действий с целью установления истины по делу»[1013]. В связи со сказанным импонирует точка зрения А.Пиюка: «Для общества крайне нежелательна абсолютная пассивность суда. Ведь приговор должен быть не только законным, но и справедливым. Вряд ли совершенно безучастный к выяснению обстоятельств, имеющих значение для дела, суд