Избранное - Кира Алиевна Измайлова

том числе Лестрейнджи, Кэрроу, Долохов и прочие. Известный маньяк-оборотень Грейбек убит — по иронии судьбы, маггловской разрывной пулей в голову. Часть Пожирателей убита, часть тяжело ранена. Дементоры и инфери уничтожены полностью. Среди авроров потери минимальны — трое убито, также имеется несколько легко раненых, которые вскоре снова будут в строю.

Хогвартс немного пострадал, но домовики уже привели здание в порядок. Паники среди учеников нет, вскоре занятия продолжатся согласно расписанию.

Благодарю вас за назначение, господин министр! МакГонаггал, разумеется, достойная дама и опытный преподаватель, но в данный момент от директора требуются несколько иные качества. Надеюсь, я не разочарую вас!

И, прошу вас, не стоит беспокоиться о попытке переворота: уверена, Уильямсон и Перси Уизли точно так же, как и мы все, радеют о том, чтобы повстанческая зараза была выжжена раз и навсегда, и в наступившие мирные времена мы могли бы спокойно строить обновленное счастливое общество под вашим чутким руководством!

П.С. Я тоже немного пострадала во время боя, поэтому прошу извинить за неровный почерк.

Преданная вам, Долорес Амбридж».

— Летти, доставь, — попросила Марина Николаевна, запечатав конверт.

Писать лёжа, да еще прислонив пергамент к чужой спине, было не слишком-то удобно, но вставать не хотелось. Впрочем, деваться было некуда: ко второму завтраку следовало выйти при полном параде.

— Я к себе, — сказала Марина Николаевна, поискав взглядом одежду. Та, к счастью, была аккуратно сложена на стуле — не иначе, Летти постаралась.

Снейп молча кивнул. На плече у него осталась чернильная клякса, будто вторая метка.

— Мы уже на финишной прямой, — негромко произнес он. — Если мы все поняли правильно, то из крестражей остались только диадема и змея. И…

— Мы что-нибудь придумаем, — твердо сказала Марина Николаевна. — Я уверена, способ уничтожить крестраж Поттера, найдется, а пока давайте решать проблемы по мере их поступления! Кстати о диадеме… Летти!

— Да, мадам? — объявилась та. — Летти доставила письмо министру, министр очень-очень занят, он ругается с представителями Визенгамота.

— И кто побеждает? — поинтерсовалась она.

— Министр, потому что при нем авроры, — бесхитростно ответила домовушка. — Они отобрали палочки у всех несогласных, назвали их… э-э-э… возмутителями спокойствия и еще какими-то непонятными словами, и отправили под домашний арест. А некоторых — просто под стражу. Чтобы не путались под ногами, как сказал министр. А которые остались, те уже говорят спокойно и не так возмущаются. Но, наверно, это надолго…

— Да уж могу представить, — фыркнул Снейп. — Похоже, министр вошел во вкус!

— Надеюсь, Перси и Уильямсон направят его на путь истинный, и он сумеет выстроить диалог с этими… хм… пережитками прошлого! Летти, отправь меня, пожалуйста, в мои комнаты, — попросила Марина Николаевна, — а сама займись тем, что вынесли из Выручай-комнаты. Помнишь, ты сказала, что у медальона и чаши была особая магия? Поищи диадему, корону или что-то похожее, ясно? А если этого не окажется и там… не знаю, наверно, придется обыскивать весь замок!

— Летти поищет, — кивнула та и протянула хозяйке руку.

∗

— Да, хозяйка, — почтительно сказало зеркало, когда Марина Николаевна поправляла перед ним парадную мантию и цепляла на грудь орден, решив, что для солидности стоит показаться во всей красе. — Были б вы ростом повыше, так и вовсе б глаз не отвесть! А так — пигалица пигалицей, никакой солидности… Правда, говорят, мал клоп, да вонюч!

— Ты, случайно, с зеркалом профессора Снейпа не общаешься? — поинтересовалась она.

— Случается, — созналось зеркало. — Скучно же. Вы редко прихорашиваетесь, не то, что прежде.

— Всё как-то не до того, — вздохнула Марина Николаевна. — Ладно, общайся, с кем угодно, только не больно-то сплетничай.

— Как можно! — оскорбилось оно. — Я приличное зеркало! А вы, хозяйка, повернитесь левее… еще левее… видите, на шее?

— Вижу, спасибо, — проворчала она, убрав характерный след и выругав про себя Снейпа. — Всё? Ничего больше компрометирующего?

— Повернитесь-ка… Всё в порядке, хозяйка, — заверило зеркало. — Прекрасно выглядите!

— Ну и хорошо. Мне пора, — Марина Николаевна взглянула на часы и вышла в кабинет. Оказалось, как раз вовремя: в дверь постучали. — Да, кто там?

— Мадам Амбридж! — похоже это был один из авроров. — Тут к вам шеф Уильямсон, разрешите?

— Входите, — ответила она, разблокировав дверь. — Доброе утро.

— И вам того же, — жизнерадостно отозвался тот, оглядевшись. — А где ваши знаменитые котята?

— Мистер Уильямсон, вы пришли говорить по делу или обсуждать интерьер моего кабинета? — спросила Марина Николаевна.

— По делу, разумеется, — посерьезнел тот. — С вашего позволения, я буду присутствовать в Большом зале. Я должен объявить учащимся о введении военного положения, а заодно и о вашем назначении сообщу. Не возражаете?

— Разумеется, нет, — ответила она. — А что с пленными?

— Всю ночь допрашивали, — ответил Уильямсон, — довольно много выбили. В принципе, у Волдеморта осталось еще порядочно народу, но всё шелупонь, он их егерями называет. Средней руки волшебники, оборотни, опять же, наверняка еще инфери и дементоры. Поговаривали, что он намерен привести великанов. Но, ясное дело, это не единомоментно будет…

— Может быть, эвакуировать учеников?

— Не стоит, — помотал он головой, так что длинный каштановый хвост запрыгал по плечам. — Это мы уже обсудили… хм… в кулуарах. Тут все в куче и под присмотром, защита у замка хорошая, да и оборонять его удобно, а дома что? Тех же магглорожденных даже завалященькие егеря возьмут голыми руками, и что сделают с ними и их родней… Думаю, сами представляете. Не дело детишкам отбиваться в одиночку, да даже и с семьями!

— Тоже верно…

— Вдобавок, здесь и дети Пожирателей есть, в изрядном количестве, — добавил Уильямсон, сощурившись. — Так что те, кто повменяемее, особенно усердствовать не будут, да и отряды свои попридержат. Там ведь далеко не все идейные, как Лестрейнджи и Кэрроу… Кстати, куда подевалась Беллатриса Лестрейндж, никто сказать не может! Муж ее сообщил, что Волдеморт сам ее обыскался…

— А, не беспокойтесь, — махнула рукой Марина Николаевна. — Так уж вышло, что ее… кхе-кхе… уже обезвредили. Тело можем предъявить.

— Непременно предъявите, но это подождет, — серьезно сказал он. — Что ж, одной головной болью меньше!

— Да, но в связи с ее исчезновением, подозреваю, сами-знаете-кто может заглянуть в «Гринготтс». Оттуда кое-что пропало, — обтекаемо произнесла она, — но он в этом не уверен. Думаю, захочет убедиться.

— С банком пусть гоблины сами разбираются, — буркнул Уильямсон. — А то чуть что, так человеческие войны их не касаются! Вот пускай коснутся, тогда посмотрим, как они запоют… Вряд ли Волдеморт станет золотишко тырить? Ну вот, значит, честным вкладчикам переживать не о чем, а мы заодно поглядим, что там за хваленая охрана, в «Гринготтсе»-то!

— А что за военное положение? — спохватилась Марина Николаевна.

— Обыкновенное, —