Сказки Госпожи Радуги - София Владимировна Церетели

И песок у моря тоже почти что жёлтый и мягкий. Если раскопать небольшую ямку в песке прямо у моря, то можно поймать отражение солнца в воде.

Цыплёнок вот — маленький и пушистый комочек счастья.

А если мы с тобой зажмуримся сейчас и посмотрим на блики солнца в воде, то увидим тысячи маленьких танцующих солнышек в воде. И все они будут радостно жёлтыми.

Ну, что-то я не назвал, конечно?

— Да, ты забыл опять средний огонёк светофора, и яблоки, алычу, дыню и бананы! Такого цвета глаза у нашего рыжего кота. И столько всего жёлтого на Земле! Так что теперь — зеленый!

— Прекрасно! У бабушки зеленые глаза. И лужайка у дома вся зелёная. Если выбежать босиком, то прохлада зелёной травы наполнит твоё тело свежестью. А ещё, когда твоя сестричка лежит в колясочке, над ней колышутся ветви и шепчутся листья зелёных берёзок и старого дуба.

Летний лес весь зелёный, а если упасть в мягкий влажный мох, то кажется будто ты лежишь в драгоценных зелёных капельках-изумрудинках.

Рядышком с нашим домом живёт мой любимый клён. Весной и летом он зелёный, а осенью весь разноцветный, как мир в глазке калейдоскопа. А вот у хвои зелёный цвет совсем неповторим — от светлых оттенков до тёмных насыщенных тонов. Очень люблю её запах, он особенный — то новогодне-рождественский, то знойно-летний. Совсем другой зелёный у крымских холмов. Он бархатный настолько, что хочется его погладить.

Бабушка говорит, что зелёный — это цвет самой жизни и будто этим цветом можно дышать. Вдыхаешь зеленый светящийся аромат лугов, разнотравье полей, загадки пышных лесов. Вот такой загадочный цвет. Ну что, добавишь что-то?

— Какой необычный твой зелёный, папа. Вот кузнечики тоненькие, они светло-зеленые и так забавно стрекочут в траве, что сразу и не догадаешься, где же они притаились.

И много ведь вкусного такого цвета — огурчики и горошек, кабачки, зелёный лук и зеленушка всякая. Полосатый арбуз тоже зелёный. Да, и ты опять забыл про светофор, зелёный же снизу! Ладно, пап, давай теперь про голубой, ладно? А то зелёный какой-то необычный, так и хочется вспоминать и перечислять всё на свете зелёное!

— Хорошо. Море в ясный день голубое. Если нырнуть глубоко, а потом поплыть наверх, будет видно бездонное голубое небо в солнечных лучиках. Качаясь на волнах, можно увидеть весёлых дельфинов, и они тоже покажутся голубыми. А ещё у мамы голубые глаза, и когда в них отражается небо, они кажутся без донышка, как моря-океаны. И мамины любимые цветы незабудки тоже цвета неба. Когда день солнечный и светлый, вода в реке, обнимая небо, тоже становится голубой. Люблю этот цвет, он всегда чист и приносит радость. Что думаешь, я не назвал?

— Такого цвета платье у сестрички Аннушки, и моделька автомобиля, которую ты мне подарил. И про воду в бассейне ты не сказал, ну и конечно же слова из песенки, помнишь: «Голубой вагон бежит, качается, медленно минуты уплывают вдаль, ах, как жаль что этот день кончается…?»

— Ага, и мамина любимая песенка так начинается: «Крутится, вертится шар голубой, крутится, вертится над головой…»

— Да, весёлая! Пап, а ещё наша планета Земля из космоса тоже голубая.

— Верно. Ну что, синий?

— Да, теперь синий.

— Синий — это глубокий и бездонный океан или вечернее почти предночное небо над морем.

У моего деда был большой синий зонт, под которым дождливый день казался уютным. Да…, и мой детский мяч тоже был синим. У тебя глаза бывают сине-голубыми, в маму. А когда такие глаза улыбаются, кажется будто расплескалась весёлая горная речка.

У бабушки моей был синий плащ с капюшоном, можно было надеть его и представить себя гномом.

А вот ещё — витражные синенькие стёклышки, особенно мне нравились в детстве. Соседствуя с другими разноцветными и разнокалиберными стёклышками, синие были необыкновенными, они напоминали космос и что-то всеобъемлющее, огромное и вечное. Да, и люстра в гостиной вся из синих стёклышек. Она так загадочно звучит при прикосновении. Ветер из окна, едва потревожив несколько синих стёклышек, приводит в движение всё пространство вокруг. Синие блики пускаются в вальс по потолку, сияя будто морская вода на солнце. Я могу долго-долго любоваться игрой света и цвета в сочетании со звучанием множества синеньких стёклышек.

— Да, пап, а я люблю там засыпать. Будто в сказку попадаешь.

— Синий представляется мне самым глубоким и загадочным, как сейчас, так и когда-то в далёком моём детстве… Это цвет тайны, которую можно постичь лишь сердцем.

И вот ещё, пожалуй, у мамы, есть лёгкая синяя шаль, и когда она заворачивается в это синее бесконечное облако, то кажется невесомой, сокрытой и неизвестной мне тайной…

— Да, папа, мама она у нас почти волшебница!

— Это точно. А твой синий? Добавишь что-то к моему?

— Не знаю…, может чернику лесную…, остался фиолетовый.

— Ладно, фиолетовый. Цвет мечтателей. Цвет маминой вязаной кофточки, такой уютной и сказочной. Твой шерстяной свитер тоже фиолетовый, когда ты в нём — уютнее существа нет на целом свете! У подруги художницы тёпленькая фиолетовая куртка и шапочка. И закат…, в нём кисеёй над розовым и жёлтым расплескался фиолетовый флёр. Фиалки на подоконнике у бабушки, их фиолетовые нежные лепестки так хотелось погладить в детстве. А баклажаны, видимо, по своей натуре — мечтатели, а в духовке с сыром, чесноком, помидорами и базиликом — ещё и гастрономический шедевр! Да…, и ваза из матового фиолетового стекла. На свету вода в ней кажется сиреневой, а стебельки ирисов покрыты множеством кругленьких воздушных пузырьков. В детстве это казалось настоящим волшебством. Фиолетовый флёр над лесом. Когда день ещё только зарождается, этот цвет настолько неуловим и зыбок, что кажется вот-вот растает… Фиолетовые тени в заснеженных горах, штрихи пастели и детский пластилин, свеча в виде куба с запахом ванили и тысячи разных прекрасно-фиолетовых мелочей. А твой фиолетовый?

— Мой, папа, наверное, будет виноград и инжир, книжка с фиолетовой вселенной в звёздочках и ночничок.

— Хорошо как мы с тобой повспоминали радужные цвета. Думается мне, что каждый может добавить что-то своё неповторимое, и так, семи прекрасным радужным цветам не будет конца…, это здорово!

— Да, папа.

P.S. Каждый взрослый и каждый малыш может дополнить этот рассказ своими собственными образами и ассоциациями. Так родятся новые продолжения рассказа, уникальные по своей сути и опыту. Добрых разноцветных историй вам, дорогие!

Семь парусов и Госпожа Радуга