Заклейменная. История о том, как я сбежала из секс-культа - Кристин Гасбарре

Лорен пригласила меня на церемонию инициации, чтобы встретиться с женщинами, которых она назвала моими новыми «сестрами». Понятия не имею, что это за женщины, перед которыми я должна предстать совершенно обнаженной, и что мне нужно будет делать. Лорен сказала, что нам всем сделают одинаковую татуировку размером с монету в десять центов. Я никогда не хотела иметь татуировку. Еще будучи мечтательным подростком, проникнутым идеями хиппи, я подумывала о кельтском узле, а позже, лет в двадцать, об эмблеме Чудо-Женщины. На этом все. Я всегда радовалась тому, что в молодости удержалась от соблазна, осознав, что таким образом просто пыталась найти себя и свой уникальный стиль. И вот теперь я в растерянности сажусь на кровать и пытаюсь поверить в то, что процесс инициации необходим, только после него мы сможем стать по-настоящему избранными. А татуировка должна продемонстрировать мою приверженность идеалам общества, верность нашей миссии, что это не просто кратковременный каприз, а цель всей жизни. Мы должны поднять остальных женщин на борьбу, а они – поддержать нас.

Всякий раз, повторяя речевки NXIVM, я уверяла саму себя в правильности сделанного выбо-

ра. Да, я готова стать лучше, я не стану прогибаться под мир, напротив, буду менять его в соответствии со своей волей и желанием, смогу принять на себя ответственность и стать творцом каждого мгновения своей жизни. Лорен гарантировала, что ничто не даст нам столько сил, сколько обряд инициации. Он должен сделать нас сильнее.

Гостевая комната в доме Лорен маленькая и светлая. Лучи мартовского солнца падают через окна и освещают мое тело. Я родила почти три года назад и вернулась в форму, которая была до родов, но здесь, в чужом доме, я вижу все свои изъяны, словно смотрю на себя чужими глазами. Я изучаю варикозные вены на ногах, груди неодинакового размера, небольшую складку на животе, который был идеально плоским прежде, чем я забеременела сыном. Я аккуратно сажусь на кровать и слышу на лестнице шаги Лорен, а затем чьи-то еще. И тут понимаю, что стянула с кровати одеяло, чтоб прикрыться. Кто там с ней?

Меня буквально накрывает волна паники. В голове вертятся вопросы: Что происходит? Где я? Как я на это согласилась?

«Просто плыви по течению, Сара! – говорю я себе. – Лорен твоя лучшая подруга, ей можно доверять. Мы с ней знакомы уже двенадцать лет. С ней ты в безопасности».

В течение многих лет наставники NXIVM, с которыми я работала, убеждали меня в необхо-

димости превозмочь то, что они называли проблемами с контролем. Если я не справлялась с чем-то, Лорен решительно заявляла, что, желая постоянно все контролировать, я предаю саму себя. Сегодня был решающий день. Я закончила подготовительные тренировки и должна была наконец научиться затыкать свой внутренний голос.

Я взволнованно прислушиваюсь к движению в коридоре. Все органы чувств обострены до предела. Снова какие-то звуки на лестнице. За дверью раздается незнакомый женский голос. В соседней спальне хлопает дверь и звук эхом разносится по дому. Я уже десятки раз бывала здесь, но сегодня все кажется иным. Тяжелые темные деревянные панели словно давят на меня со всех сторон. Бархатное одеяло кажется чересчур толстым. Дом Лорен старый и раньше мне всегда нравилось, что в нем ощущается связь времен. «Что мы тут делаем?» – спрашиваю я у потолка. Но дому мои страхи безразличны.

Теперь дом кажется мне странным, как, впрочем, и сама Лорен. Лорен, глава учебного направления NXIVM и один из самых влиятельных старших руководителей, славится своим умением всегда и везде поддерживать своей авторитет и легкостью общения. До этого дня подруга представлялась мне очень важной, но сейчас, когда она заглянула в спальню, то показалась мне маленькой и слабой.

– Надень это, – шепчет она, передавая мне отрез черной ткани. – И возьми меня за руку.

Иди, Сара. Я стаскиваю себя с кровати и повязываю себе ткань на глаза, чувствуя себя дошкольником, которого вот-вот должен раскрутить учитель, прежде чем он ударит по пиньяте. Тут же вспоминаю сына.

Лишенная возможности видеть и одежды, я медленно ощупываю ладонь Лорен, прежде чем беру ее. Она ведет меня по коридору, помню, как подруга подчеркнула, что мы должны прийти с разницей в пятнадцать минут. Согласно правилам, никто из нас, рекрутов, не должен видеться перед обрядом.

Лорен идет вниз по лестнице, я следую за ней, неуверенно переступая со ступеньки на ступеньку. Все так тщательно продумано, что я понимаю, насколько высоки ставки. Еще когда мы здоровались у входной двери, подруга показалась испуганной, она говорила тихо и явно переживала за то, чтобы все шло по плану.

– Добро пожаловать, – прошептала она тогда. – Рада тебя видеть. Не могу поверить, что это и правда происходит.

Позже причина ее нервозности станет мне понятной.

Я ступаю на линолеум, похоже, мы на кухне, а потом прохожу через фойе в прилегающую гостиную. Вместе с одеждой Лорен заставила меня снять и часы, но я понимаю, что сейчас пример-

но середина дня. Повязка на глазах – это тонкая черная салфетка, скорее всего из итальянского ресторана, который проспонсировала и превратила в клуб для членов общества наследница NXIVM Клэр Бронфман. В организации мы называем это место «Апропос». Главы NXIVM выбрали ресторан из-за его местоположения: всего в четырех минутах езды от Олбани, штата Нью-Йорка, пригорода Клифтон-Парк, где находились дома нашего основателя, Кита Раньера, и высших членов клуба, включая Лорен.

Физическая близость невероятно важна для Кита, а потому все старшие наставницы живут неподалеку от него: Лорен, ее мать Нэнси (президент NXIVM), Эллисон Мэк, Ники Клайн (которую в организацию привела уже я) и еще свыше десятка людей. Не думайте, что они живут коммуной, просто их дома находятся в маленьком кондоминиуме, в пределах пешей доступности. Дом Лорен, например, выстроен между районом Нокс-Вудс и деревенькой, где живет ее мать.

От нашей с мужем съемной квартиры до кондоминиума минут тридцать езды, мы живем в другом пригороде.

Наше решение оставить какое-то расстояние между нами и сообществом привело к напряженности между мной и мужем, когда мы искали квартиру, потому что нам нужно было летать из нашего дома в Западной Канаде.

Мне хотелось найти место рядом с моими друзьями, а он искал дом, который обеспечил бы нам приватность, подальше от наших коллег, но ближе к аэропорту и вокзалу. Я не стала спорить: его доводы казались логичными, и мы сняли квартиру в другом пригороде.

И вот сейчас я ставлю ноги на коврик из овечьей шерсти в