Сначала было… - Анна Беляева

Сегодня холодно, даже в комнатах.

Кошка тычется в руки мордою.

А на мне халат и кофта.

И мне очень, ну очень плохо:

Я почти заболела,

Ломит душу и тело,

Хочется согреться,

Умчаться в детство,

Туда, где память,

К маме.

Обещаний ничтожества…

Если ты к ногам моим положен, ласковый.

Лежи.

М. Цветаева

Обещаний ничтожества

Подари другим,

У меня на пороге

Ты — пепел и дым.

Очарованный странник –

На воле, в плену –

Мой невечный избранник.

Из дождинок к дождю

Обращается время

Кругом в круг изменясь.

Не спеши, мой невечный,

Новых вечных искать.

Если ты — обращенный

До креста не спеши.

Если рядом положен,

То еще полежи.

Рыжий котенок лижет лапки…

Рыжий котенок лижет лапки.

Я надеваю на ноги тапки,

Наливаю себе черный кофе.

Я устала, болею, мне плохо.

На экране TV картинки.

Выгибает котенок спинку.

От кофе горько во рту,

Больше жить одна не могу.

Пока трется котенок о ноги,

Собираю себя в дорогу:

Два свитера, брюки, шапка –

Сбегаю от сюда украдкой.

С рыжим котенком стою на перроне,

Белая, вялая макаронина.

Возвращаюсь в свое детство,

Возле мамы, прижавшись, греться.

Двустишие

Злая ирония — тоже смех,

Может быть, искренний самый из всех.

В воздухе рыжем, туманом закутанном…

В воздухе рыжем, туманом закутанном,

Время бежало, стекая минутами.

Время ложилось травой на листву.

Время вдыхало небес белизну.

Небо упало в рассветные лужи –

Все отболело, и ты мне не нужен.

Тени и ночи, бессонницы сумрак…

Тени и ночи, бессонницы сумрак,

И одиночество больше безумья.

Мысли мои о тебе и с тобой.

Где же ты? С кем же ты? Мой и не мой.

Мечутся тени и мысли, и память.

Нужно забыться, отвлечься, заставить

Мысли утихнуть, тени исчезнуть, память умолкнуть

И спрятаться нежность.

Детство незаметно отлетело…

Детство незаметно отлетело

Как душа.

На себя бездетствую глядела,

Не дыша.

Сединой родительской объята

Как пургой,

Я, прижатая своей утратой

И бедой,

На себя бездетствую глядела,

Не дыша.

И куда-то к вечности летела,

Все кружа.

Когда снимают с креста…

Когда снимают с креста,

Уже не больно.

Когда рана едва-едва

Сочит кровью,

Когда губы остыли,

Высохли,

Тогда сердцем застыну

В выси я.

И больше не жалуясь,

Не скорбя,

Я стану памятью

У дождя.

Сколько нас таких, потерянных…

Сколько нас таких, потерянных,

Бродит по миру?!

В отношеньях скольких временных

Мы оброненны?!

Ожиданий нервных скомканных

Сколько спрятано?!

И хорошие мы все

Только мятые.

И в растерянности все так синхронны мы,

Что рыдаем об одном как бездомные.

Случайная встреча

Всем когда-нибудь по вере по какой-нибудь химере

Воздаётся в полной мере.

Вот и эти дождались…

А. Ерошин

Мы жили так, как нам жилось,

И ошибались… Впрочем, Бог прощает.

Вот истины найти не удалось,

А истина так много обещает.

И вот еще — теперь всегда февраль

И вечные колючие метели.

Мне лета, кажется, немного жаль,

Да жаль еще, что чувства побледнели.

И грустно мне все чаще оттого,

Что тот, с кем говорить могла часами,

Вдруг стал холодным призраком всего

С бутылочно-прозрачными глазами.

Ты знаешь, я пойду… Сибирь, зима,

И город ждет борьбы, побед, успехов.

Одна ли я по-прежнему? — Одна.

Зайди когда-нибудь. Отлично, что приехал

Кружится льдинка на лезвии остром…

Кружится льдинка на лезвии остром,

Ждет предответов к недовопросам,

Ждет окончательных слов и решений,

В преодолениях ждет достижений.

Льдинка прекрасна, льдинка всесильна.

Замерло время в кружении длинном.

Льдинка танцует на тонкой опоре,

Льдинка живет с острым лезвием в споре.

Льдинка все тоньше, льдинка растает.

Время безмолвно на льдинку взирает.

Лезвие остро, солнце жестоко.

Льдинка бессильна и так одинока.

Не нужно слов…

Не нужно слов,

Пока есть любовь,

Мы и взглядами договоримся.

И взглядов не нужно,

Пока есть дружба,

Мы, наверное, не простимся.

Кофейной горечью встречи

Я меряю нашу вечность,

Которая завтра пройдет.

Останется море, останется небо…

Останется море, останется небо,

Сто тысяч земель, в которых ты не был.

Останется два миллиона вопросов

до боли души, до тела износа.

Останется мир — безразличный и вечный

Для дерзких мечтаний и бед человечьих,

Пренебрежительный к нашим порывам,

Нашим надеждам, смешным и спесивым.

Останется все неизменным от века,

Как было и будет без человека.

Когда я совсем одна, и сердце устало биться…

Я подумал, что Ад все равно никуда не денется.

Ч. Паланник

Когда я совсем одна, и сердце устало биться,

Когда я не влюблена и не хочу влюбиться,

Когда все закрыты пути и найдены все решенья,

Когда мне проще уйти, чем снова искать утешенья

В пустых и чужих глазах и незнакомой улыбке,

Тогда на десятый такт я вспоминаю ошибки,

Я вспоминаю боль, я вспоминаю обиду.

Я вспоминаю то, что в ритме жизни забыто.

И в тишине мостов или колес шуршании,

Я подбираю слов новое сочетание.

А на последней строке, в чувств бесконечной метелице,

Я говорю себе: «Ад никуда не денется».

И плакать не могу…

И плакать не могу

Даже от боли,

Оттого и смеюсь

С тобою,

Оттого прижимаюсь

Крепче.

Мое горе тебе на плечи.

Мне, знаешь ли, нравятся Воланды…

Мне, знаешь ли, нравятся Воланды,

Хромые, зеленоглазые,

Всегда слегка неуместные,

С прислугой ловкой и злой.

Мне, знаешь, близки Пилаты,

Верящие и любящие,

Что остаются верными,

Хотя посылают на казнь.

А ты?.. Ты ведь даже не мытарь.

Ты даже, увы, не Иуда.

Дай бог, если дядька из Киева.

О чем нам с тобой говорить?

Вверх по лестнице, ведущей вниз

Странно, когда называют