Сила искусства - Максим Владиславович Мочейко

Концерт Эртерийцев был намечен на следующий вечер в доме отдыха в столовой. Федору удалось передать предложение Эртерийцев некоторым актерам и музыкантам. Но они уже получили это предложение ещё ночью, и Федору оставалось только рассказать, как попасть в дом отдыха. Когда он вернулся, то в столовой уже стояла сцена Эртерийцев, и они готовились к выступлению. Вскоре подъехали и некоторые музыканты, которые горели желанием познакомиться с новой группой, которая выступала прошлой ночью. Некоторые из музыкантов и вовсе не приехали, посчитав это за розыгрыш, или ниже своего звездного достоинства.

Перезнакомившись друг с другом, Эртерийцы и люди стали наигрывать некоторые из произведений. Федор и многие из отдыхающих присутствовали при этом небывалом междупланетном музыкальном соревновании.

Зрители спокойно попивали пиво под общее праздничное настроение. Но в душу Федора как-то само собой закралось какое-то странное предчувствие, что как-то все просто и что-то здесь не так. Он обратил внимание на то, что на микрофонах Эртерийцев изображен голубой глаз, который он не замечал раньше, когда они прилетели в первый вечер.

Он время от времени поблескивал, когда Эртериец проводил или подносил к нему руку. Пиво у него закончилось, и он слегка захмелевший направился к буфету и тут случайно услышал странный механический голос, который давал четкие распоряжения: «….необходимы для развития. Сонорный излучатель, биоподавитель включить сенсорные биоритмы».

Веселая музыка Эртерийцев сменилась спокойной размеренной Сагой, чем-то напоминающей колыбельную песню.

Федор дошел до стойки, взял пиво и тут увидел, как люди стали засыпать и падать на пол. Федор начал кричать, пытаясь привести в чувство людей, но это было бесполезно. Люди просто засыпали. Разгневанный Федор подскочил к Эртерийцам и схватил один микрофон, пытаясь в его крикнуть, чтобы люди проснулись, но все было впустую. Люди просто валились с ног и начинали храпеть.

Он тоже стал чувствовать сонную слабость, но из последних сил он метнулся к стойке буфета, вылив себе на лицо кружку холодного пива продолжая кричать в микрофон, что это засада и чтобы люди не спали, не давали себя усыпить. Но его голос был словно фальшивая нота в слаженном хоре Эртерийцев.

Он метнулся к черной двери кухни. Среди кастрюль и плит вповалку лежали повара и поварихи, храпев на все лады. Музыка продолжала навязчиво играть усыпляющую мелодию. Ноги Федора стали заплетаться, они стали непослушными, голубой глаз продолжал подмигивать на микрофоне в руке у Федора. Он упорно продолжал карабкаться среди спящих поваров к выходу, когда нечаянно обронил микрофон в кастрюлю с горячим компотом.

Федор едва добрался до выхода и когда распахнул дверь, к своему ужасу увидел всюду спящих людей.

Казалось, он один продолжал оставаться на ногах, хотя и слабых. Музыка была повсюду: от неё некуда было деваться.

Он вошел, опираясь о стены кухни, окатил себя еще кружкой холодной воды, но это не помогло. Ноги подкосились, он упал на пол кладовки, и на него навалилась темнота.

Очнулся он от того что, страшно замерз. Голова гудела как после страшной попойки. Мысли путались, мозги не соображали, только некоторые обрывки воспоминаний всплывали в памяти.

Когда он поднялся на ноги, по всему телу прошла дрожь, словно его окунули в ледяную воду и вынули обратно. Федор открыл дверь кладовки и, едва держась на слабых ногах, вышел в коридор. Он словно во сне прошел через кухню: пусто, не одного повара или поварихи. Многие блюда выкипели или наоборот, остыли. В столовой тоже никаких следов, разве что несколько разбросанных стульев. Сцена Эртерийцев исчезла.

Он, вспомнил про место посадки городка инопланетян- музыкантов, почти бегом побежал, всё еще плохо держась на ногах. Вокруг дома отдыха стали просыпаться люди, но Федор их не замечал: он бежал к месту посадки. Добежав до кемпинга, Федор, кроме примятой травы на поляне, не обнаружил и следа пребывания залетных музыкантов.

Он потом еще долго приходил в себя и все время винил себя в том, что случилось с музыкантами, которых похитили Эртерийцы. Вместе с ними исчезли все повара и обслуживающий персонал. Практически все, кто был в это время в доме отдыха кроме его одного. Видимо, Эртерийцы посчитали его лишним или опасным, или же просто не нашли в закрывшейся кладовке.

Он потом вернулся в кухню и выловил Эртерийский микрофон из котла с компотом, но тот сильно искривился, а голубой глаз, поблескивавший на нем, затуманился и поблек.

Федор оставил его у себя на память, боясь кому-либо его показывать, а тем более людям из органов. В тот же день он покинул этот городишко и с тех пор ненавидит и музыку и путевки с домами отдыха.

Нетрудно себе представить, что было бы, если орудие усыпления Эртерийцев, способное усыпить население небольшого городка, попало в руки политиков. Что бы было тогда…

Ведь спящего человека можно уничтожить без особых хлопот. Спящий человек не окажет сопротивления, и что тогда? Попав в руки к человеку злому, это было бы равносильно глобальной катастрофе. Группа из нескольких человек способна уничтожить население города, применив только Эртерийское музыкальное оружие. Я держал в руках это устройство, и я сердечно рад, что оно сварилось в этом компоте и не может работать. Надеюсь, что оно никогда не попадет в руки военных и политиков.