Перелом - Данил Франк

как они оба,

по самые титры,

говорят о

дискретной математике и боге,

о предателях

и героях

красивую чушь.

сниму другое. лучше.

нет

а время —

удержишь?

пару недель до апреля,

до подснежников,

а всё несёт и несёт

куда-то

туда, за сегодня,

за март,

туда, где всё чаще

замирает в воздухе

мерцающая,

холодная

секунда жизни.

бам!

и только брызнуло

на асфальт,

хорошо

пригретый,

крошкой

времени.

а её,

чтоб посыпать на первый букет,

соберёшь?

— …

лес

а бывает хорошо

после прогулки сесть

и вспомнить, как просто шёл

вместе

по лесу с хорошим

человеком,

с его прошлым

ветреным,

как оно блестело

в карих глазах,

налитое

страхом

не повториться.

я видел его к лицу

лицом

и верил. и верю,

когда целую

хорошего человека,

а шею

щекочет веткой

лес.

***

от слова — слову —

это уже не трудно,

когда из полупустого

черепа трубами

один из жителей

не моей земли

— отвратительно!

прогремит

мне. мне

его жаль, он не знает,

как бесполезно

это взмущание.

от писка — писку —

это притча

жалобных списков

и передач.

а где слово?

кто-то ещё или уже

заговорить готов

из всех

нас?

2016

в четырнадцать мне

небо казалось выше,

люди — злее,

а я себе — лишним.

зато сегодня,

почти полное мировоззрение

из окурков историй

и фантиков времени.

сейчас

хватает, наконец, силы духа

не верить в постоянство

разумного,

а встречать колпаком

каждый день —

он будет таким каков

есть.

красный октябрь

о чём весь год

чёрным и горьким

пыхтят заводы

на Волге?

почему никто

их не спрашивает —

что

в ваших башнях

горит,

и почему мне так жарко?

дробью и ритмом

завод красного

октября

прогремел —

— всё было зря,

всё потеряно.

***

чьи губы

отпечатались

на снимке маленькой кухни

между полуночью и часом?

два автора — нет

подписи. в пьяном глянце,

едва одетые,

почти сливаясь

с некрасивой стеной

и тумбами

стояли двое,

а губы

разбегались от шеи

вверх,

и там шелестом,

без мерцаний или фотопомех

целовали

без всякой мысли.

любят — губами,

языком — только описывают.

не бойся

выйди ко мне,

не бойся.

тут опасность одна из всех —

самая простенькая.

это не грех,

не разбитое сердце, не измена —

опасно тебе

на мгновенье

стать

моей любовью.

моя любовь — это сталь,

острый, калёный

сплав несбывшейся

почерневшей мечты

и переспелой вишни.

выйди

ко мне!

такой любви

подносят один фужер

на жизнь,

а ты — отведёшь рукой

косо?

выпей его,

не бойся.

***

мои мысли

останутся на люстре,

просто повиснут,

просто и грустно.

я не дам никому

их собрать.

мои мысли ещё поспеют,

нальются гранатовым

соком,

а когда брызнут красным

на пыльные окна —

тогда-то сразу

ты

всё поймёшь —

наши мысли

похожи.

иди

как будто

кто-то переучил

видеть, слышать, думать,

любить,

прощаться.

вроде, я знал

и где счастье,

и дойти как

к нему —

нет, всё другое.

мир кто-то перечеркнул

надвое —

бог

и невесть что,

я — на пороге,

за мной — прошлое,

а там,

что впереди?

мне кто-то сказал —

иди.

недописанное

вот ещё один