Стадия Рождения - Макс Вальтер

Кружки эмалированные, но уж очень сильно убиты, две успели проржаветь, но до сих пор не выбрасываются. Их используют в качестве ёмкости для хранения всяких безделушек, типа значков, пустых гильз или ещё какой ерунды, что не пролетает в дырку на дне.

А вот почему так случилось? Да собственно, что вообще произошло в этом мире? Мы вроде и не прячемся, но есть полное ощущение того, будто нас окружает крепость. Короче, пока не понятно, но это уже по ходу разберусь.

Какое-то время я видел лишь множество разных лиц и чистое небо над головой. Меня окружали довольно привычные дома и улицы, с той лишь разницей, что у этих все окна и двери закрывались на ночь металлическими ставнями.

Нам повезло жить на третьем этаже, где подобная мера безопасности не требовалась. А значит, враг, скорее всего, не сильно умён и к лазанью по вертикальным объектам не приспособлен. И наверняка возможность жить с открытыми окнами — привилегия.

Ну это ладно, подрасту, сам разберусь. Боюсь, сейчас мне всё равно выход за стены закрыт, если они, конечно, существуют.

Однако враг точно есть, о нём открыто говорят и называют их: «Троперы». Кто они и с чем их едят — не знаю. Моя задача лежать в коляске и не отсвечивать, а в случае любого шухера желательно ещё и не орать. В общем, не жизнь, а сказка: чем дальше в лес, тем ну его на хер.

Главная проблема явилась в тот день, когда я неимоверными усилиями сделал первый шаг. Вот это было счастьем и не только для меня. Родители тоже радовались, словно сами научились ходить вместе со мной. Это они просто не сразу поняли, что их ждёт.

Радость прошла буквально через пару недель, когда я решил осмотреть наше жильё самостоятельно. Пожелтевшая от времени скатерть так быстро сдалась под моим весом, что я не успел ничего сделать, как меня накрыло и ею, и всем тем, что находилось в тот момент на столе.

Но самое веселье началось, когда мои шаловливые ручонки добрались до батиного дробовика. Правда, тут ничего – отобрать успели, молодцы. Хотя их эмоции нужно было видеть.

Мать смотрела на отца с укором, а он улыбнулся и сказал: «Великим воином станет».

Ну это я и без него знаю. Как-никак, генерал армии демонов и даже тот факт, что имя Семён мне всё-таки оставили, никоим образом этого не отменяет.

Присутствует в мире и религия. Довольно простая и незамысловатая: есть Бог, ему воздают определённые почести, делают подношения и всё такое.

По своей сути там нечто похожее на тему Вальхаллы – если ты воин, значит, молодчина, держи пирожок, быть тебе в раю. Вот только есть одна ма-а-аленькая проблема: мне нельзя в рай!

О чём, собственно, и заявила Лилит, когда явилась в наш дом спустя год моей жизни. Прям вот так вошла, поздоровалась с отцом и матерью, будто они ей друзья товарищи какие, а затем попёрла знакомиться со мной.

Стоило симпатичной мордашке нависнуть над моей кроваткой, как я сразу узнал в ней Сансару, впрочем, родители называли её Катька. Но я-то знал, кто она на самом деле.

— Ой, а кто это у нас такой хорошенький? — подняла она меня на руки почти под самый потолок.

«Ага, держи вот так, я сейчас всё улажу», — подумал я и попытался как следует прицелиться.

— Вот только попробуй, я тебе пипирку твою сразу вырву, — едва слышно прошипела она, чётко поняв мой замысел.

«Ах, мы, оказывается, и мысли читать умеем? Тебе чего здесь надо, а?»

— Угадай с шестисот шестидесяти шести попыток, — ухмыльнулась она. — Короче, щегол, если тебя посвятят, можешь распрощаться с занимаемой должностью.

«Э, в смысле? Спецодежду хоть оставьте, здесь, походу, опасно».

— Хрен тебе, — продемонстрировала фигу демонесса. — И до тела моего больше доступ не получишь.

«Вот уж больно надо. Не жили богато и не хер начинать".

— Фу, Сёма, как неприлично, такой маленький и матом ругаешься, — залилась звонким смехом Лилит-Катька.

«Ща точно брызну, прям в глаз», — без шуток пригрозил я.

— Короче, Кот, ты меня услышал, — моментально состряпала она серьёзное лицо. — Пройдёшь обряд – демонов не увидишь, да и про костюмчик можешь забыть.

«Так, теперь вопрос на засыпку: какого хрена происходит в этом мире? Кто такие Троперы? Это кто-то из наших?»

— В смысле наших? А, ты решил, что они выходцы из ада? Нет, то не наши проблемы, сам с ними разбирайся.

«А костюмчик?»

— Мал ещё, подрасти вначале. Вот как только станешь великим воином, мы поговорим о возвращении всех приоритетов, папочка очень сильно на тебя надеется, так что не подведи.

«Ой, да шли бы вы тогда оба. Ага, нашли дурака работать бесплатно. Всё, вали давай, пока я ещё добрый. И Люциму передай, что ты не справилась с задачей, не смогла уговорить щегла остаться у руля вашей вонючей армии. Давай-давай, двигай, дверь показать где?»

— Эй, вот давай только не будем угрожать. Всё же решаемо, ты отмазываешься от посвящения, я возвращаю твоего симбионта.

«Что хоть за посвящение такое?»

— Ой, обыкновенный человеческий обряд, когда ребёнка принимают в общество, как полноценного члена. Хотя член у тебя сейчас...

«Не переживай, я его каждый день оттягивать буду».

— М-м-м, если вернёшь его в первозданный вид, я готова продолжить наше знакомство.

«Ты вообще, в курсе, что за такое в тюрьму сажают. Слюни подотри, старушка, и дальше рассказывай».

— Хам! Ну так вот, тебя быстро пронесут над раскалёнными углями, дунут в лицо едким дымом, окунут в таз с водой и мокрой глиной лоб намажут.

«И что в этом такого? Не святой же водой меня окатят?»

— Ну, здесь ты немного ошибаешься, — задумчиво покрутила пальцами в воздухе Лилит. — В общем, это вопрос бюрократии, знаешь ли, а в аду она такая, что самого папочку бесит. Ну и он бы очень не хотел обходить этот момент со всякими там обрядами... Короче, это же куча подписей, согласований, беготня по кабинетам...

«А, мелочи разные, понял.