На повороте дней - Лев Рахлис

На что Рубцов сказал: «Что выражал Лермонтов, я ответить не могу, потому что он — гений. А я всего лишь — талант».

Рубцов, конечно, великий талант, добавил бы я теперь, хотя пропил мою безрукавку, которая, честно говоря, мне очень нравилась. Видимо, понравилась она и ему.

Кстати, о нем еще такой интересный анекдот рассказывали. Когда ему выписали большой гонорар за его книгу «Звезда полей», он попросил, чтобы ему выдали его в мелких купюрах. Получился довольно солидный мешок с деньгами. И вот он с этим мешком приехал в общежитие Литинститута и заперся. Его друзья, желая отметить столь важное событие, ломились в дверь, трясли, стучали: «Николай, Коля, открывай»! А он не открывает. Что-то там делает. Наконец, открыл дверь и выяснилось: он расстелил эти деньги по полу, ходил и разгребал их по частям: это матушке, это — сестричкам, это — еще кому-то, а это — на пропой.

Семь сорок

Одна из памятных страниц моей журналистско-литературной деятельности связана со строительством в Молдавии большого металлургического комбината, где я ощутил себя в полной мере и журналистом и писателем, принимающим участие в каких-то очень важных событиях.

Не обошлось и без курьезов. Первая плавка произошла в семь часов сорок минут, о чем я добросовестно отрапортовал редактору центральной газеты. Он записал. А потом звонит перепуганный ответственный секретарь:

— Слушай, ну ты не мог сказать хотя бы — 7:39? Ну, что это за 7:40? Нас могут не так понять.

В общем, цифру скорректировали. Напечатали — 7:39. Во избежание аналогии с популярной песней «Семь сорок».

Возвращаясь к альманаху

Время, конечно, летит. Позади — одиннадцать выпусков.

Одному было бы не одолеть такую дистанцию.

Назову имена тех, кто помогал и помогает мне в меру своих сил и возможностей:

Жена Анна Сквиренко, которая всю жизнь делит со мной все тяготы и невзгоды жены литератора.

Моя дочь — Вероника Бари, которая уже в 19 лет стала членом Союза российских писателей, опубликовав к тому времени уже две книги — «Светкина дурь» и повесть «Казармы и любовь».

В нашем журнале Вероника помимо повести «Я живу в Атланте», опубликовала очень хороший рассказ, который был отмечен в высокой московской литературной прессе Людмилой Овчаренко, доктором филологических наук. Она назвала Веронику Бари в числе самых интересных современных писателей из эмиграции, пишущих на русском языке.

География нашего журнала — Москва, Петербург, Киев, Самара, Кишинев, Минск, Рига. В Америке — Бостон, Нью-Йорк, Сан-Франциско, Атланта.

Журнал наш, увы, — бесприбыльный и безгонорарный.

Одним словом — на любителя.

Вместо послесловия

Совсем недавно я получил обрадовавшее меня сообщение о том, что литературный альманах «На любителя» награжден почетным дипломом Всероссийского литературно-театрального конкурса имени Виктора Розова «за популяризацию произведений русских писателей в диаспорах Дальнего Зарубежья».

Что тут скажешь?

Мне ничего другого не остается как поздравить своего коллегу Геннадия Сквиренко и его помощников со столь приятным событием.

Лев Рахлис, Атланта