Вспомнить всё. Начало - Татьяна Викторовна Гончарова

— Привет, — она подошла так внезапно и близко, что смутила. — Чего так таращишься, привидение увидел?

— П-привет… — в жизни не заикался, но она… Вблизи она реально выглядела как тень духа. Рыжая тень рыжего духа.

— Я Ася, — протянула руку девушка. — А ты застенчивый парень с ноутом?

— Иван.

Мы стояли на берегу и провожали солнце. Потом она взяла меня за руку и повела, повела… Я готов был идти на самый край, прямо к водопаду Светланы и застыть там с молоточком… Лишь бы она вот так держала меня за руку. Я любил её уже давно, тысячи лет. Просто встретились мы только сейчас.»

— Дед, спишь? Похоже, вырвано несколько листов. А я так надеялась на долго и сча́стливо. Дед, ну, дед!

— Я знаю эту историю. Там и правда было счастливо, но недолго. Ася вышла из рода Тени, из водопада Светланы. Иван предрёк себе… Ей… Ох…

— И что? Что было? — Аглая ёрзала на стуле, как гусеница в коконе.

— Дальше было лето. Потом осень, зима. Эти двое были так счастливы на берегу. Между песком и водой. Так счастливы…

Казалось, дед заснул. Аглая боялась спугнуть тишину, словно это могло разрушить счастье в прошлом. Девушка вздохнула, и дедушка встрепенулся.

— Ася родила чудесную рыжую девочку, а Тень приказала принести ребёнка в жертву воде. Молодые люди отказались, и жизнь превратилась в вечный побег.

— Почему Тень поступила так жестоко?

— Не жестоко, милая, нет. Тень просто хотела не быть одинокой. Никогда не хотела. Она создавала и создавала водных людей, а они все покидали её. Находили счастье, рожали детей…

— И что потом?

— Родители решили принести в жертву себя.

— А девочка? Маленькая девочка осталась одна?!

Дед пожевал губу, показал на тетрадь глазами. Аглая поняла и открыла последнюю страницу.

«Чтобы спасти дочь, бросимся в водопад. Пусть Светлана подавится. Ася знает одинокого мужчину на краю леса. Надёжный, отдадим малютку ему. Дневник поручу брату, пусть передаст дочери, когда подрастёт. Прощайте.»

— Помогло? — голос Аглаи дрожал, слёзы катились, оставляя чистые бороздки на пыльном лице.

— Нет, — дед насупился, — нет, старуха взбеленилась и высушила главный источник. И пришли пески…

— А девочка?

— Иван сказал, дочь зовут Аглая…

Глава 5

Аглая долго сидела молча, оглушённая таким поворотом. Она, она… Что делать с этим знанием? Да и можно ли с ним что-то делать?

— Простишь? — одними губами спросил дед.

— Да, — беззвучно ответила она.

— Утро вечера… Давай спать, — дед тяжело поднялся и не прощаясь прошаркал на свою половину.

— Держи, держи меня за руку, — они так долго падали, что привыкли к шуму ветра в ушах, к безмерной тяжести своих тел. Беспокоило только одно — не разорвать сцепление рук. Тогда смерть, тогда она победит.

Тень сидела на самом краю края. Наблюдала. Ждала. Чего ждала она и сама не знала. Ей хотелось сцепиться с Асей в битве, чтобы Иван погиб, а Тень жалела Асю… Или лучше, чтобы оба погибли, а она нашла Аглаю и любила её. Желаний было много, выбрать лучшее она не могла. Тень могла перебирать вечность, а они ту же вечность падать.

— Стоп! — Тень остановила падение, ей пришла отличная идея. — Слышите меня? Я отпущу вас, если Аглая узнает правду и придёт ко мне во сне. В снах я не могу забрать, только предложить. И выбор будет за ней. Согласны?

Две фигурки забились в немом отчаянии. Весь их странный, а капельный танец кричал: «Нет, нет!», но не слышалось ни звука. Иван и Ася знали, что не в силах остановить неизбежное. Тень захохотала эхами всех времён, призвала ураганный ветер, адские молнии.

— Что же вы так медленно пляшете? И без музыки… И меня не приглашаете?! — голос её креп громовым грохотом, заставляя водяной вихрь плотным, стремительным кольцом сжиматься вокруг несчастной пары.

Тень ворвалась в водоворот и завела странную песню-вой, песню-клич, увлекая за собой в дикий пляс всё вокруг. Руки Ивана и Аси разомкнулись. Тень скользнула между ними — р-раз, две фигуры закрутились в отдельных вихрях. Иван резко вскинул руку и схватил старую за край савана. Из Аси исторгся дикий крик, как будто врубились все динамики мира. Тень метнулась к краю водоворота, Иван не отпускал, наматывал и наматывал материю на руку.

Ася всё кричала и кричала. Иван притянул старуху к себе, оскалился и что-то сказал ей на ухо. В тот же миг всё замерло. Звук, свет, движение всего остановилось. Тень вырвала край одежды и растворилась. Остались только кристаллы воды и две застывшие фигуры.

— Аглая, милая, что с тобой? Ты так выла, — над Аглаей склонился бледный дед, — так выла.

— Дедушка, я знаю… — Аглая не могла сказать ему, не могла разделить с ним свой страх, — Дай мне кристалл. И верь мне. Верь, что бы ни произошло.

Глава 6

Кристалл, белый плащ и компас. Что ещё? Бутылка с водой. Господи, можно было бы ещё смелости сложить в рюкзак. Аглая стояла перед зеркалом и всматривалась в незнакомую девушку перед собой. Разве это она?

— Дедушка, я боюсь. Только не отговаривай меня, бесполезно. Посмотри в окно — скоро песок съест нас. Я найду Тень и заставлю вернуть воду.

Дед плакал и молча смотрел на Аглаю. Какая же она хрупкая, как он может позволить уйти ей одной… Как вообще можно что-то сделать с этим песком. А Тень? Разве можно добровольно идти на встречу с Тенью?

— Я расчесала свои лохмы, дед. Заметил? Я похожа на маму? Не говори ничего, а то передумаю. Прости меня. Нет, молчи! Прости меня, и верь. Верь, пожалуйста, это важно.

Порывисто обняла деда и выскочила за дверь. Куда теперь? Она достала компас и в последний раз оглядела привычный, ржавый пейзаж. Стрелка задрожала, дёрнулась и легла на курс. Девушка сжала губы, закрыла лицо защитной маской и зашагала, тяжело проваливаясь в песок. Аглая не знала, как долго нужно будет идти. Не знала, хватит ли воды и сил. Ей было известно одно — где-то есть другая жизнь. И она её найдёт. Надо только перестать думать. Мысли пугали, сбивали с шага, звали домой. Иди, не думай, не плачь. Иди.

Солнце быстро опускалось за бархан, и темнота вязким киселём повисла на ногах, заставляя сделать привал. Аглая боялась останавливаться, но идти было ещё страшнее. Она достала из рюкзака плащ, завернулась в